Форум о Ренате Литвиновой - © RenataLitvinova-Forum "Влюбленные в Ре..."

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Интервью (без комментариев)

Сообщений 1 страница 30 из 61

1

Понедельник, 28 Января 2008 
Актриса, сценарист и режиссер Рената Литвинова ответила на вопросы читателей сайта BBCRussian.com.

Би-би-си: Многие наши читатели спрашивают о вашей режиссерской работе. Почему вы решили заняться режиссурой? Борис из России спрашивает, насколько важна для вас работа режиссером?

Рената Литвинова: Я всегда, между прочим, была сценаристом, свой первый фильм в качестве режиссера я сняла вообще черт знает сколько лет назад. А профессия актрисы - это скорее времяпрепровождение.

Би-би-си: А что вас больше привлекает - актерство или режиссура?

Рената Литвинова: Разумеется, быть автором. Актерство - это некая расплата, не знаю за что. Когда я нахожусь на съемочной площадке в качестве актрисы - это для меня всегда мучительно. Есть, конечно, гениальные режиссеры - Кира Муратова, тот же Гринуэй. Но я не могу сказать, что это доставляет мне удовольствие. Я не считаю себя актрисой. Хотя иной раз, смотря на других актеров, думаешь - господи, ведь они же считают себя актерами...

Би-би-си: Кем для вас, как для творческой личности, является Кира Муратова? Это вопрос Александра из Украины.

Рената Литвинова: Ну, Кира - это такая практически мама, родственница. Я к ней отношусь с бесконечной нежностью, хочется ее щадить, помогать. Она выдающийся человек, уникальный, такой второй нет. Если современники смогут найти в себе силы и признать, что рядом с ними живет такой живой выдающийся человек, который войдет в историю, то это она и есть. Но современники, как правило, не любят с этим соглашаться - всех нас рассудит время. Но я отдаю себе отчет, что Кира - это такой живой классик, с которым мне повезло поработать.

Би-би-си: Татьяна из России спрашивает, как ваша мама повлияла на вашу жизнь в целом, на формирование того образа, в котором зрители вас увидели и сразу заметили?

Рената Литвинова: Ну, как образа вряд ли, а так - она была всегда фанатом кино, бегала на всякие премьеры, поздние сеансы. Она у меня романтичная женщина, и скорее живет в иллюзиях, чем в правде жизни. Но я ее в этом очень поддерживаю. Ей чуждо всякое зарабатывание денег, она скорее находится в такой красивом безумии.

Би-би-си: Артем Пучеглазов из России задает такой вопрос - часто вы играете не в фильме, а в жизни? Бываете ли вы сами собой?

Рената Литвинова: Ну, это может спросить человек, который совсем меня не знает в жизни. Пускай у него будет такое заблуждение.

Би-би-си: Я думаю, большинство наших читателей знает вас по актерским работам. Поэтому им интересно, какая вы в жизни. Похожи ли вы на свои роли? Олег Грант из России тоже об этом спрашивает.

Рената Литвинова: Конечно, я похожа, но в жизни я все же говорю нормальным голосом.

Би-би-си: Не кружит ли вам голову наша всеобщая любовь? Об этом спрашивает Игорь из России.

Рената Литвинова: Не знаю, я этого не чувствую.

Би-би-си: Вы не чувствуйте давления на себя или популярности? Судя по пришедшим письмам, всеобщая любовь все же есть.

Рената Литвинова: Ну, я могла бы попросить и большей любви. Мне как раз любви не хватает иногда в каких-то моментах.

Би-би-си:Майкл из России спрашивает: не надоела еще эта развратная, надувшаяся от жира и бесчестья артистическая тусовка?

Рената Литвинова: А я и не пойму, где я от нее могу устать, я так особенно и не тусуюсь. Я по пальцам могу пересчитать людей, с которыми я общаюсь, работаю. Та же Кира Муратова, сейчас я закончила картину с Земфирой, года два назад я общалась с Лешей Балабановым, с Никитой Михалковым. Я так особенно не общаюсь ни с кем, нахожусь в какой-то изоляции.

Мне кажется, эта способность кучковаться уже не актуальна. Это было в том поколении, когда было государство, кухни, а сейчас этого нет. Если сейчас кто-то кучкуется, то это слабейшие. Настоящий сильный человек - сам по себе, он не склонен кучковаться.

Би-би-си: В обществе усилились настроения враждебности ко всему, что связанно с "богатыми и умными", считает наш читатель Чейн-Стокс. Как вы себя чувствуете в России в этой ее атмосфере? Если вы с ним согласны, что такая атмосфера есть.

Рената Литвинова: Люди необычные, успешные всегда вызывают такую реакцию. Но это смертный грех. Люди завидуют, у них есть гордыня, они тщеславны. Я говорю "они", но я тоже человек. Все люди подвержены этому.

Би-би-си: А есть у вас ощущение, что этого стало больше?

Рената Литвинова: Нет, люди всегда склонны ревновать к успеху. Это вот, когда ты ляжешь, наконец, в могилу, тогда люди скажут - какой человек был, просто прелесть... Есть такое, к сожалению.

Би-би-си: Ну, и есть это, видимо, везде, не только в России же?

Рената Литвинова: Да, со страшной силой.

Би-би-си: Как вы относитесь к тому, что в России развернута пропаганда ненависти к геям? Как вы относитесь к легализации однополых союзов? Об этом спрашивает Влад из России.

Рената Литвинова: Эта гомофобия, это нетерпимость к другим нациям... Если это не связано с насилием, с развратом, мне кажется, это личное дело каждого человека. Если ты никого не растлеваешь... Это нетерпение к тому, чтобы человеку быть таким, какой он есть. Это такой элемент фашизма. Я к этому ко всему испытываю глубокое отвращение.

Би-би-си: Анна из Петербурга спрашивает, в какой стране мира вы бы хотели жить?

Рената Литвинова: Ну, все уже, я смирилась, я живу здесь. Я так выражаю свой патриотизм - я живу в этой стране, говорю на этом языке, люблю именно русский язык.

Би-би-си: В вашем фильме "Богиня: как я полюбила" есть слова о мертвой воде, пишет Олег из России. Что вы вкладываете в это понятие?

Рената Литвинова: Ну, очень много. Я считаю, существуют такие волшебные моменты, когда ты можешь, посидев над какой-то чашкой, напоить потом любимого человека, которого ты хочешь вылечить... Наколдовав даже над простой водой из под крана, ты можешь напоить его, и этот человек поправится. Ты можешь силой своей любви его воскресить. А можно наколдовать над той же самой чашкой смертельные слова. У меня много доказательств, что это существует. Это такой личный опыт.

Би-би-си: Вы верите в эти вещи?

Рената Литвинова: Да, я верю в чудеса, особенно которые связаны с большими страстями. Если человек очень страстный, обладает большой силой, он способен на чудеса. Есть люди, которые в это не верят, живут непонятно по каким законам, без чудес... И это жалко...

Би-би-си: Роксана из России спрашивает, помните ли вы вашу первую любовь. Она принесла вам разочарование или радость?

Рената Литвинова: Что она имеет в виду - первый поцелуй или какие-то физиологические вещи?

Би-би-си: Я думаю, речь тут идет не о сексе, а о душевных переживаниях - первой любви в детстве или юности.

Рената Литвинова: Мне кажется, в юности это всегда очень ранящие душу истории. В принципе любовь - это раны, раны, раны...

Би-би-си: А вы вспоминаете какие-то истории? С радостью или печалью?

Рената Литвинова: Они такие - со слезами на глазах.

Би-би-си: А какая эмоция способна вас довести до слез? Об этом спрашивает Александра из Украины.

Рената Литвинова: А зачем это Александре? Вот удивительно. Она хочет меня довезти до слез? Если бы она спросила, что меня может привести в счастье. Скажите ей, что это секрет, дорогая Александра.

Би-би-си: А что вас может привести в счастливое состояние?

Рената Литвинова: Все что угодно. Такие простые вещи - когда идет снег, когда человек, которого ты любишь, с ним все нормально.

Би-би-си: Маргарита из Украины цитирует Мандельштама: "Нам остается только имя: чудесный звук, на долгий срок...". И спрашивает - что означает имя для вас?

Рената Литвинова: Да, вот, кстати, есть совершенно слабые имена, а есть сильные имена. Есть имена, которые имеют чуть ли не судьбу свою. Я перечислять не буду, чтобы обладатели этих имен не расстраивались. Но, конечно, в имени есть какая-то сила, какая-то информация.

Би-би-си: А как вы относитесь к своему имени?

Рената Литвинова: В принципе, очень хорошо. Я была раньше сильно недовольна, как девушка, живущая на русской территории, так как вокруг были одни Лены. Такое дикое количество Лен... Можно даже было не спрашивать, как девушку зовут, она обязательно была Лена. Лена, Оля, Наташа... Будучи Ренатой, я, конечно, страдала своим детским умом. А сейчас я счастлива.

Би-би-си: А ведь есть люди, которым всю жизнь свое имя не нравится...

Рената Литвинова: Мне кажется, менять просто надо и все.

Би-би-си: А как вы относитесь к пародиям на вас?

Рената Литвинова: Так мне надоел этот вопрос!

Би-би-си: А часто его задают?

Рената Литвинова: Да, а можно я его пропущу?

Би-би-си: Тогда следующий вопрос от Игоря из России. Он спрашивает, каким должен быть мужчина? У вас существует какой-то образ идеального мужчины?

Рената Литвинова: Мне кажется, это какое-то насилие над мужчинами. Зачем мы должны искать все время идеальных мужчин? Мне кажется, это очень индивидуально. У меня нет потребности в идеальном мужчине, поэтому у меня нет мнения на этот счет. Я считаю, это просто любимый человек должен быть, и тогда он будет обладать всеми этими качествами.

Би-би-си: Я немного удивилась, получив следующий вопрос, но решила его все таки задать. Ксения из России спрашивает, что бы вы сделали, неожиданно оказавшись на сутки в мужском теле?

Рената Литвинова: Мне кажется, то же самое, что я и сейчас делаю. Это тело - это всего-навсего оболочка. Меня всегда спрашивают про мужское искусство, женское искусство. Мне кажется, это уже неактуально. Мужчины стали другими, женщины стали вообще хуже мужчин, а мужчины стали вообще черт знает чем. Женщины стали такие опасные, и мужчины...

Би-би-си: Наш читатель pelkos из США спрашивает, какая книга произвела на вас самое большое впечатление в жизни? Что бы вы посоветовали почитать?

Рената Литвинова: Мне очень нравится Томас Манн "Волшебная гора". Я люблю Толстого - "Война и мир", Достоевский - "Идиот", Бунин, и, конечно, Гоголь - "Петербургские рассказы".

Би-би-си: А какой фильм вы мечтали бы снять? Об этом спрашивает Елена из России.

Рената Литвинова: Я сейчас завершила проект с Земфирой. Я считаю она выдающаяся исполнительница, чуть ли не единственная у нас в стране, которая может держать зал в течение часа, и просто у многих наворачиваются слезы. Я закончила с ней картину "Зеленый театр в Земфире". Я сама была поражена результатом. Меня этот опыт с Земфирой очень воодушевил.

Би-би-си: Вам не предлагали сниматься за границей? Спрашивает Лорета из Литвы.

Рената Литвинова: Да, но так как я не готова идти на всякие жертвы актерские, то это ничем не заканчивалось.

0

2

"Дифирамб"     
Echo.msk.ru     
Понедельник, 03 Марта 2008 
Радио станция "Эхо Москвы" , время выхода в эфир: 2 марта, воскресенье, 14:10

Гость: Рената Литвинова

Ведущая: Ксения Ларина

Скачать и послушать интервью можно на сайте "Эхо Москвы"

К. ЛАРИНА: Еще раз приветствую вас. У микрофона Ксения Ларина. Мы начинаем программу «Дифирамб» и сегодня все ваши теплые слова будут сказаны в адрес нашей гостьи Ренаты Литвиновой.
Р. ЛИТВИНОВА: Здравствуйте.
К. ЛАРИНА: Рената Литвинова актриса, сценарист, режиссер, кто еще? Продюсер тоже есть уже?
Р. ЛИТВИНОВА: Да. Контролирую процессы.
К. ЛАРИНА: Моя самая любимая Рената из того, что я знаю, я полюбила ужасно Ренату-телеведущую, а ее взяли и закрыли. Почему это произошло?

Р. ЛИТВИНОВА: Официально мы ушли все отдыхать, а на самом деле, мне кажется, получается, что не востребована на телевидении, не достигала программа нужных рейтингов в нужном формате.
К. ЛАРИНА: Я напомню, что речь идет о программе «Детали», которую Рената вела в один из дней недели. Там был Кирилл Серебренников, Тина Канделаки и Рената Литвинова.
Р. ЛИТВИНОВА: Слишком интеллигентные разговоры, слишком у нас все было не на острие. Сейчас же в основном шоу, филиале желтых газет, некоторые шоу граничат.
К. ЛАРИНА: Жалко, потому, что это была такая отдушина для многих людей. И новое открытие людей, которых ты хорошо знаешь. Потому, что мне казалось, что и Кирилл очень удачно вписался в это качество ведущего, человека, который спрашивает. Когда Вы начали работать над фильмом «Нет смерти для меня», Вы уже были в роли интервьюера. Это первый раз тогда?
Р. ЛИТВИНОВА: Тогда первый раз. Я считаю, что мы с Кириллом не особенно пострадали, потому, что есть вещи поважнее. Он снимает кино, я сейчас вся нахожусь в переживаниях о своем кино и запускаю снимать новый проект.
К. ЛАРИНА: Давайте поговорим о той работе, которая сейчас представлена, которую уже обсуждают, уже многие посмотрели. Это Земфира, концерт.
Р. ЛИТВИНОВА: «Зеленый театр в Земфире». На самом деле он идет, у нас полные залы, как это не удивительно, потому, что считалось, что это очень специальный проект, музыкальный фильм. Но у нас полные залы, была даже проблема с билетами на выходные дни, студенты не могли купить билеты. На Украине идет прокат, там вообще какие-то феерические показатели. Здесь политика, что у нас неформатное кино, его ставят достаточно на специфические сеансы, его не так много. А на Украине это считается коммерческим проектом.
К. ЛАРИНА: А что такое неформатное кино? Которое никуда нельзя поместить?
Р. ЛИТВИНОВА: Это же не блокбастер, это не комедия. А директора кинотеатров, прокатные, структуры стандартные. Но как можно просчитать, соберет кино или нет? Поэтому у всех трафарет, видимо. На самом деле зритель друг другу рассказывает, на что надо ходить.
К. ЛАРИНА: Как в Киеве прошла презентация? Я читала, что там скандальные какие-то истории, то звука не было, то какая-то журналистка на вас обиделась. Что там происходило?
Р. ЛИТВИНОВА: Кстати, это какая-то женщина, в каких-то блестках.
К. ЛАРИНА: Какая-то светская львица.
Р. ЛИТВИНОВА: Я Вас умоляю! Почему-то каждую встречу со мной, с Земфирой, обязательно один или другой малоизвестный персонаж пытается использовать в собственном промо-акции, они тем самым куда-то выбегают, начинают рассказывать, как произошла эта встреча и становятся знаменитыми. Я не хочу это комментировать, я считаю, что это позор для всех журналистов. И данные персонажи, которые пытаются сделать себе имя, провоцируя какие-то ситуации. Она у меня брала интервью, опоздала на 50 минут. Совершенно идиотские вопросы. Причем, я ей сказала, что буду говорить только про фильм. И она пытается это использовать, чтобы на нее обратили внимание. Но, уверяю вас, там не на что смотреть.
К. ЛАРИНА: Вы куда-нибудь возили эту картину?
Р. ЛИТВИНОВА: В Петербурге.
К. ЛАРИНА: Ну как?
Р. ЛИТВИНОВА: Там такие интеллигентные зрители и пресса! Такой вакханалии не было, которые у нас тут происходит. Есть какая-то часть журналистов, я даже не знаю как их назвать, которые провоцируют скандалы.
К. ЛАРИНА: Бог с ними, с этими журналистами. Картина, конечно, рисковая, потому, что мы привыкли, что музыкальный фильм должен быть телевизионным.
Р. ЛИТВИНОВА: Ксения, а Вы видели картину?
К. ЛАРИНА: Да нет, конечно!
Р. ЛИТВИНОВА: Мне нравится. Я должна была Вас заставить сходить, а потом бы мы поговорили. Если бы Вы ее видели, Вы бы со мной говорили по-другому.
К. ЛАРИНА: Нет, я с большим уважением к Вам отношусь и убеждена, что это фильм, который заслуживает внимания. Тем более, что это что-то новое. Я каждый раз с удивлением узнаю, куда еще раз бросает автора! Все с начала, с нуля. Вы же никогда не были ни музыкальным критиком, ни журналистом. Сами поете? Чего-то я никогда не видела. Стихи, песни пишете?
Р. ЛИТВИНОВА: Если я запою, можете меня ударить прямо по лицу. Я разрешаю.
К. ЛАРИНА: Для Вас здесь Ваш человек под именем Земфира.
Р. ЛИТВИНОВА: Я закончила когда-то музыкальную школу при Консерватории и более-менее разбираюсь, даже лучше, чем некоторые поющие исполнители, так называемые. Я разбираюсь в музыке. Почему-то ко мне приклеился образ, что я не слушаю музыку. На самом деле, я не слушаю музыку по радио, потому, что это такой треш! Что у нас передают по радио? Можно слушать несколько радиостанций, и то не все. Много шлака. А так, я люблю хорошую музыку. Я люблю творчество Земфиры.
К. ЛАРИНА: Вам что было важно вытащить отсюда, как автору7
Р. ЛИТВИНОВА: Я настаиваю, что это такая констатация, мы зафиксировали, это фильм-документ, фильм-портрет. Это выдающаяся исполнительница, артист, поэт. Это автор, ее наследие, трудно об этом говорить, потому, что один современник ненавидит другого современника. Это как в книжке «Вокальные параллели» - одно сопрано ненавидит другое сопрано. Современники не могут относиться друг к другу лояльно. Время нас рассудит. Но мы зафиксировали эту звезду. Она в блестящей форме, она поющая, это прекрасно. Блестящие аранжировки. Это были ее лучшие хиты. К сожалению, не осталось от многих вообще ничего, от того же Башлачева, от Виктора Цоя. Его вообще не снял никто, чтобы это было в хорошо записанном качестве, чтобы мы видели близко его лицо. Мы не пришли, как с легендой и мы видим полуразложившийся труп, которого лучше не снимать, пусть он молчит и не поет. А в данном случае мы зафиксировали артиста в блестящей форме. Это как минимум, а как максимум – она интересна как личность. Все равно, это такой портрет, как я ее увидела.
К. ЛАРИНА: А Вы помните впервые, когда она появилась на телевидении? У Диброва. Самое первое ее появление.
Р. ЛИТВИНОВА: Помню. Она была в платье каком-то.
К. ЛАРИНА: В кедах каких-то. И вела себя совершенно…. Это было от невероятного зажима, от внутреннего стеснения, в ней все гиперболизировалось все. Она стучала по голове Диброва микрофонов. Это было что-то феерическое. «Что это???» - все говорили. Вот посмотрите. Я с ней совсем не знакома. Я ее воспринимаю только как человека, как певца, как артиста, я даже на концерте ни разу не была. Но она ужасно изменилась. Это совсем другое существо.
Р. ЛИТВИНОВА: Это человек, который умеет учиться и работать над собой, она всегда начинает все заново. Какой бы проект она не начинала, она перечеркивает все старое и не боится идти по новому пути. Я ее сравниваю с неким сказочным существом. Она же Дракон по знаку. Или Феникс. Это птица, которая умеет сгореть, а потом возрождается, появляются эти сверкающие перья и она выдает нам что-то новое. В ней есть такой дар, что она не боится быть одной против всех, делает все и оказывается победителем. Быть правой. Она себя сохраняет и мое мнение, что над нами существует НЕКТО! Бог. Он тоже любит талантливых людей, ему интересно слушать талантливые песни, смотреть талантливые фильмы, читать гениальные книги и такие люди всегда будут любимы. Когда они сохраняют себя, идут против всех и все равно он им поможет, потому, что ему скучно находиться в обществе полубездарных, активных, послушных, посредственных авторов. Все-таки, Бог любит гениальных людей и им помогает.
К. ЛАРИНА: Вы с такой готовностью восхищаетесь чужим талантом. Это очень редкое качество.
Р. ЛИТВИНОВА: Я не понимаю, почему люди из себя не могут выдавить какое-нибудь хорошее слово в адрес людей, действительно, талантливых, одаренных, просветленных, которые всем нам делают…Я не знаю… Они же счастье приносят своим творчеством. И если на секунду какую-то автор меня порадовал, заставил возбудиться, я всегда об этом сообщу.
К. ЛАРИНА: Даже если вы не знакомы? Бывали такие ситуации, что даже если Вы человека не знаете, но он вас так поразил, что Вам захотелось сказать ему хорошие слова?
Р. ЛИТВИНОВА: Не обязательно в лицо. Я даже предпочитаю не приближаться к людям, которые меня очаровывают.
К. ЛАРИНА: То есть, такой ревности к чужому таланту нет?
Р. ЛИТВИНОВА: Вы знаете, они крайне питательны. Я наоборот, очень благодарна, когда кто-то появляется. Может, я как-то стронусь, они же такие люди, они передают, они бередят, стимулируют. У меня никогда не было этого чувства. Наоборот, бывает неадекватное… К сожалению, очень часто люди не могут отличить настоящее от ненастоящего. И только время расставит все по местам. Хвалят людей, которые, может быть, неплохие, но они не так одарены. Просто в данном случае бывает, что это похвальба построена на каких-то чисто человеческих отношениях.
К. ЛАРИНА: А Вы называли Башлачева, Цоя. Насколько вообще это Ваш мир? Мир рок-музыки.
Р. ЛИТВИНОВА: Цой – это вообще мой любимчик. Я его слушала в юности. Мне он до сих пор очень нравится. Не знаю. В нем что-то такое есть. То, что есть и в Земфире. Они как бы надолго, навсегда.
К. ЛАРИНА: А Вы ходили на дискотеки в девичестве?
Р. ЛИТВИНОВА: Вот не ходила я. Я в школе, помню, как-то пошла один раз на дискотеку и мне там не понравилось
К. ЛАРИНА: «Бони-М» какая-нибудь играла?
Р. ЛИТВИНОВА: Это даже еще ничего. Нет, чего-то меня это как-то все не устроило.
К. ЛАРИНА: А на концерты подпольные, квартирники в ту пору были модны?
Р. ЛИТВИНОВА: Да, кстати, в Питере меня водили. Я там видела и Башлачева, он ходил в кедах. Такой приятный он был… Очень какой-то… Я до сих пор его вспоминаю, какая-то беззащитность. И видела я Цоя, который ночевал там у моего однокурсника. Они там жили всей группой. И, Господи… Гребенщикова я слушала в какой-то школе, в спортивном зале он пел. Все сидели на полу.
К. ЛАРИНА: То есть, эта стилистика Вам знакома? Помните?
Р. ЛИТВИНОВА: Я не могу сказать… Вы понимаете… «Аквариум» в тот момент я совершенно не пронзилась. Я там просто закручинилась и через какое-то время уползла. Меня так и не понял никто. А Цоя я люблю.
К. ЛАРИНА: Рената Литвинова у нас в гостях. Мы сейчас слушаем Новости, потом возвращаемся в программу. И я не напомнила средства связи. Конечно же, вы с нами. +7-985-970-45-45 – это смс и 363-36-59 – это номер телефона прямого эфира.
НОВОСТИ
К. ЛАРИНА: Здесь у нас есть отзывы на фильм «Зеленый театр в Земфире» Рената Литвинова у нас в студии. Я хочу прочитать несколько мнений от наших слушателей, которые стали уже Вашими зрителями. Из Нижнего Тагила, Свердловская область. «Расскажите о Вашем замечательном фильме. Мне фильм очень понравился, спасибо Вам, что возрождаете жанр музыкальных фильмов о всенародно любимых исполнителях. Это фильм для души, о музыке и любви. Его интересно смотреть не только поклонникам Земфиры. И это здорово». Вот еще из Америки письмо пришло на наш Интернет-сайт от Людмилы.
Р. ЛИТВИНОВА: Из Америки? Как она посмотрела фильм?
К. ЛАРИНА: Не знаю, может по Интернету.
Р. ЛИТВИНОВА: Нет, вряд ли.
К. ЛАРИНА: Не украли еще?
Р. ЛИТВИНОВА: Нет, может, потом украдут.
К. ЛАРИНА: «Вы дружны с Земфирой. Что у вас может быть общего?» Это, кстати, вопрос… Я бы, может, задала бы его по-другому. Что вас объединяет? В чем ваши соприкосновения?
Р. ЛИТВИНОВА: Мне так интересно. Она такая питательная личность! Я не верю в отношения, в которых нет обмена. В данном случае это человек, у которого можно многому научиться. Она боец. Вот у Киры Муратовой это тоже есть. Она всегда стоит на своем. И она всегда выигрывает. Люди очень аккумулируются. Для них очень важно пропеть свою песню и они считают это задачей своей жизни. Только когда к ним присоединяются какие-то бытовые проблемы… Но это совершенно не бытовые существа, у них есть какое-то предназначение и они к нему относятся с фанатизмом. Я восхищаюсь этими людьми.
К. ЛАРИНА: Кира Муратова тоже неформатный человек.
Р. ЛИТВИНОВА: Что такое форматный? Она все время говорит, что если бы она умела делать фильмы, которые нравились бы все, неужели я бы их не делала? А Земфира собирает стадионы, одна из немногих. И у нее просто армия поклонников. У нее и 15-летние, и люди 40 лет. И пожилые тоже. Я смотрю, на концертах присутствуют.
К. ЛАРИНА: Что Вас привлекает в таких личностях?
Р. ЛИТВИНОВА: Мне нравятся сильные личности. Я люблю… это такое счастье, находиться рядом с талантливыми людьми, неординарными. А что мне находиться рядом со всякими предприимчивыми посредственными людьми.
К. ЛАРИНА: Но приходится, что делать. Неужели Вас окружают только выдающиеся люди?
Р. ЛИТВИНОВА: Я сотрудничаю только с гениями.
К. ЛАРИНА: Да ладно!
Р. ЛИТВИНОВА: Иногда я поддаюсь на какие-то провокацию
К. ЛАРИНА: До последнего техника, рабочего?
Р. ЛИТВИНОВА: Я не общаюсь с техниками. Если я сотрудничаю с кем-то на фильме, то это обязательно человек, почти гений.
К. ЛАРИНА: Молодец!
Р. ЛИТВИНОВА: А что! Кира, Земфира, тот же Леша Балобанов, безумец наш.
К. ЛАРИНА: А! Он сейчас запустился с «Морфием»?
Р. ЛИТВИНОВА: Его уже снимают.
К. ЛАРИНА: Вы там должны были играть.
Р. ЛИТВИНОВА: Я отказалась.
К. ЛАРИНА: А почему?
Р. ЛИТВИНОВА: Вообще, я не актриса.
К. ЛАРИНА: Вы образ. Вы, как у Феллини. Образ такой нужен человеку. Или он на роль приглашал?
Р. ЛИТВИНОВА: Он приглашал меня на роль одну. Пускай кто-нибудь другой.
К. ЛАРИНА: Сложно Вам существовать в актерской шкуре?
Р. ЛИТВИНОВА: Я считаю, что это для меня как испытание, за все, что у меня хорошего есть, мне такая расплата – сидеть на этой съемочной площадке. И подчиняться.
К. ЛАРИНА: А в театре понравилось?
Р. ЛИТВИНОВА: Театр я люблю, потому, что там ты выходишь и страдаешь. А на съемочной площадке всё кусками. Я у Киры люблю сниматься, никогда не отказываюсь. И потом, как я у Киры откажусь? Она же, практически, родственница моя. Я видела ее несколько дней назад. Она мне уже показала фрагменты из нашего нового фильма. Я там уже в короне и с волшебной палочкой. И опять это шедевр. Короче говоря, иногда я снимаюсь, у меня не было мощностей. И я выпускаю свою картину. Я не хочу обижать Лешу, пускай у него будет все хорошо, но без меня.
К. ЛАРИНА: А «Груз 200» Вы смотрели?
Р. ЛИТВИНОВА: Не смотрела я.
К. ЛАРИНА: А почему не хотите? Или не хотите говорить?
Р. ЛИТВИНОВА: Нет. Я его, конечно, посмотрю. Ой… У меня какая-то своя теория по поводу Леши. Кто его там курирует… Он, конечно, тоже специально существует, как проводник неких сил, очень опасных, на самом деле. И они его курируют очень сильно. При этом он очень религиозный человек. Он очень глубоко верующий. И при этом за его тело и душу борются различные силы. И он под особым надзором.
К. ЛАРИНА: А Вы себя контролируете в этом смысле? Чувствуете, когда Вас куда-то уносит? Как-то подчиняться готовы каким-то силам или есть свои блокировки?
Р. ЛИТВИНОВА: Есть какая-то судьба и я чувствую какую-то режиссуру в своей жизни. Никогда я не хотела сниматься, во ВГИКе всегда отказывалась. Прославилась, как автор журналов. Я существую, как фильм в фильме. Даже у Киры я была каким-то отдельным фрагментом. Не знаю… Есть режиссура, но в данном случае, чем больше я знаю, тем больше я недоумеваю, но режиссура присутствует свыше.
К. ЛАРИНА: Рената! Давайте мы на несколько звонков ответим. Я обещала. Конечно же, интересуют те люди, которые видели фильм, в отличие от ведущей этой передачи.
К. ЛАРИНА: Да уж…
Р. ЛИТВИНОВА: Если у вас есть, что сказать Ренате Литвиновой, какое-нибудь спасибо за это кино, похвалить его.
Р. ЛИТВИНОВА: Мы не выпрашиваем.
К. ЛАРИНА: Интересно просто услышать тех, кто видел фильм. Алло!
СЛУШАТЕЛЬ: Алло! Добрый день. Андрей из Самары.
К. ЛАРИНА: Вы смотрели кино?
СЛУШАТЕЛЬ: К сожалению, нет. Но я бы хотел сказать, что Рената для меня олицетворяет очень светлый образ русской классической женщины. Я ей очень благодарен за всю работу, которую она сделала.
Р. ЛИТВИНОВА: Спасибо большое.
СЛУШАТЕЛЬ: Это песня просто!
К. ЛАРИНА: Давайте попробуем сформулировать – что такое образ русской женщины? Что Вы вкладываете в это понятие?
СЛУШАТЕЛЬ: Интеллект, культура, нравственность, поведение, в общем, всё.
К. ЛАРИНА: Ну что ж. Красиво! Спасибо! Рената, это комплимент для Вас?
Р. ЛИТВИНОВА: Нужно сразу подумать про свою нравственность, про поведение, как мне жить дальше после этого, не знаю… Тяжеловато.
К. ЛАРИНА: Я обожаю таких молодых людей. Андрей! Спасибо Вам большое от всех русских женщин. Потому, что когда говоришь об образе русской женщины и на первое место ставите интеллект – это для меня фантастика. Первый раз такое слышу.
Р. ЛИТВИНОВА: А мне кажется, что умные мужчины общаются с мозгами, а не с оболочкой.
К. ЛАРИНА: Они не любят в этом признаваться. А вот Андрей это сделал сейчас. Спасибо Вам, Андрей. Алло! Здравствуйте!
СЛУШАТЕЛЬ: Алло! Здравствуйте! Приветствую Ренату Амира и Надира. Мы очень любим ее, любим ее нежность, мы согласны с этим мужчиной, она, действительно, человек высокой культуры. А еще мы ее любим, потому, что она нам родной человек, она дочка нашего двоюродного брата. Мы гордимся ею. Ренаточка, милая, спасибо тебе за радость и счастье, которые ты нам всем доставляешь. Мы твои тети, одной 79, другой 83. И мы видим, как ты похожа на свою бабушку. На Амину Рахматуловну. Ты помнишь ее?
Р. ЛИТВИНОВА: Конечно!
К. ЛАРИНА: Мы с тобой виделись на похоронах, ты пришла, такая нежная, воздушная, с белыми розами. Мы тебе никогда не навязываемся и не будем Мы с Ринатиком дружим, с твоим дядей, в честь которого тебя назвали.
Р. ЛИТВИНОВА: Мы с ним созваниваемся. Спасибо Вам.
СЛУШАТЕЛЬ: Успехов тебе и счастья.
К. ЛАРИНА: И только у нас такие бывают чудеса.
Р. ЛИТВИНОВА: Я же наполовину татарка.
К. ЛАРИНА: Я знаю.
Р. ЛИТВИНОВА: И у меня..
К. ЛАРИНА: Хотела сказать «Я тоже».
Р. ЛИТВИНОВА: У меня там очень такой род, состоящий из многочисленных связей. И тут ко мне прозвонился человек, такое древо! У нас там и ученые, и князья, я даже не буду называть громких фамилий. По происхождению очень даже… Я, конечно, помню и мою бабушку, она прожила почти 90 лет. И помню тетю Асю, всех, всех я знаю. И дядю своего Рината, меня назвали в честь него. Просто мой отец умер очень рано. Я его видела можно посчитать по пальцам, сколько раз. Когда мне был год они расстались с мамой. Это душеранимая тема для девочки, которая осталась без отца. И у меня его никогда не было. Так он у меня сейчас существует в виде образа. Очень красивый человек, который прожигал свою жизнь. Мой отец, любимчик женщин, красавец.
К. ЛАРИНА: Эта вся татарская история, часть Вашей жизни, еще одно поле прикосновения с Земфирой. Я уверена, что здесь есть какие-то внутренние точки.
Р. ЛИТВИНОВА: Я так понимаю, что она в чистом виде татарка.
К. ЛАРИНА: А Вы чувствуете в себе татарскую кровь? Она когда начинает подсказывать, что Вы, Рената, будьте осторожны, сейчас мы, Ваши бабушки, прабабушки, прадедушки ринемся…
Р. ЛИТВИНОВА: Мне кажется, что эта кровь – это трудоголики, потому, что русские люди не склонны так работать, с утра до вечера. А вот восточные люди очень трудолюбивые. И это помогает.
К. ЛАРИНА: Получилось такое смешение, философствующий трудоголик. Редкий тип.
Р. ЛИТВИНОВА: Если бы я обладала только славянскими кровями, то лежебокость присутствует.
К. ЛАРИНА: Что нас еще ждет по телефону 363-36-59? Петербург. Алло!
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Максим из Петербурга. Я хотел задать вопрос Ренате. А Земфире понравился фильм?
К. ЛАРИНА: А Вам?
СЛУШАТЕЛЬ: Мне очень понравился.
К. ЛАРИНА: Скажите несколько слов для тех, кто не видел?
СЛУШАТЕЛЬ: Мне больше всего понравился момент, когда Земфира смотрит на фейерверк, это такая награда за проделанный труд.
Р. ЛИТВИНОВА: Да! Вы знаете, в начале на меня все набросились и стали говорить, чтобы я вырезала эти фейерверки. В конце фильма, когда кончается концерт, начинается салют. И я все эти салюты стала показывать.
К. ЛАРИНА: Это случайно получилось?
Р. ЛИТВИНОВА: Они длятся несколько минут. И в конце-концов получилось кино-кино. Мы просто наблюдаем салюты, а она, спрятавшись за колонками, смотрит на салюты и она тогда не знала, что ее снимают. И вот это я поставила в фильм, в конце фильма. И она там такая настоящая, уже не на сцене. Она всегда настоящая, но там она не знала, что ее снимают. А потом уже поставили титры. Все говорили, что это очень долго. Но, с другой стороны, не знаю… Я считаю, что там и начинается какое-то кино, когда тебя уже завораживает именно происходящее на экране. Такая магия какая-то.
К. ЛАРИНА: А спросил человек… Он правильно прочитал, что как награда за труды?
Р. ЛИТВИНОВА: Это может быть, какое-то удовольствие испытываешь. Это же такое шоу в небе.
К. ЛАРИНА: А как Земфире фильм? Она принимала участие в процессе создания фильма?
Р. ЛИТВИНОВА: Сейчас я Вам расскажу. На самом деле, мы его придумали и сделали, нас было 3,5 человека, придумали эту идею, воплотили ее. Мы сняли концерт. Мы сделали это первыми, потому, что никто в нашей стране не снимал еще на цифру музыкальные фильмы. Если, например, в той же Америке много цифровых залов, то у нас едва 30 наберется. На Украине едва 30 наберется. Это был такой поступок, именно такой эксперимент, снять это и выпустить именно на цифру. И она была именно соратником. Она была продюсером этой картины. Мы же пользовались только собственными инвестициями и Земфира вкладывала и свои деньги. И она была сопродюсером. Она со мной вместе делала этот фильм и в данном случае она и соавтор, сопродюсер. Она делала звук, а я отвечала полностью за монтаж и за визуальную часть. Это очень надежный товарищ. Все время комментируют эти всякие…то, что творится вокруг наших двух имен, гораздо труднее найти в этой жизни соратника, человека, с которым ты можешь делать какое-то искусство, творить вместе. Это гораздо труднее, чем с кем-то коротать свои вечера. Так что… В данном случае я нашла этого соратника. Так же, как я всегда сотрудничаю с Кирой Георгиевной.
К. ЛАРИНА: Да. И еще Ваша заслуга в том, что эти отношения продолжаются, потому, что нередки случаи, когда совместное творчество разрушает что-то. Все равно возникают, особенно, когда люди амбициозные, Вы же человек, который хочет подписываться собственным именем?
Р. ЛИТВИНОВА: Меня Земфира и не заставляет подписываться чужим именем.
К. ЛАРИНА: Но какие-то споры возникали? Ведь как делать кино Вы лучше знаете как. Или это не тот случай. А она говорит: «Ты ничего не понимаешь в музыке».
Р. ЛИТВИНОВА: Я особенно и не давала советов в музыки. Это было бы более чем странно.
К. ЛАРИНА: Вы монтировали вместе кино или здесь была Ваша воля?
Р. ЛИТВИНОВА: Я монтировала, но она сводила звук, потому что я в звуке музыкальном… я могу говорить, что мне хотелось бы погромче, я помню, что я ей говорила… И они говорили, что ты молчи, несчастная! «Ну, вы понимаете, что в кино…тра-та-та..» В данном случае они были правы, я им говорила, тут нужно поднять, я настаивала… Они хотели отразить реальность, а я говорила, что кино это не реальность, это над реальностью. Кино – это вторая реальность. В кино можно так сделать, как мы хотели бы. Земфира очень любит, чтобы все было честно. Я говорю: «Боже! Кино это совсем не то!»
К. ЛАРИНА: Как Вы относитесь к возрасту?
Р. ЛИТВИНОВА: В смысле, что мы с Вами стареем?
К. ЛАРИНА: Стареем, да… Я не хочу прямо так говорить… Существует такое устойчивое убеждение, что кризис среднего возраста, не очень понятно, что это такое…
Р. ЛИТВИНОВА: Это у мужчин.
К. ЛАРИНА: А у женщин это бывает? Или у них только…
Р. ЛИТВИНОВА: У них же… когда они там…резкое обрушение внешности идет…
К. ЛАРИНА: Это когда бывает?
Р. ЛИТВИНОВА: Ближе к 50. А если не следить за собой, то раньше.
К. ЛАРИНА: То есть, этот рубеж в 40 лет для Вас не является ничем?
Р. ЛИТВИНОВА: Это всё преодолимо, нужно просто работать над собой.
К. ЛАРИНА: До абсурда только не доводить, мы видим примеры разные перед глазами.
Р. ЛИТВИНОВА: Вы имеете ввиду, когда надувают себе всё?
К. ЛАРИНА: Да жуть какая-то…
Р. ЛИТВИНОВА: Это да. Мне кажется, что это уже перетопка. А груди себе вставлять! Я не знаю, что со мной должно произойти, чтобы я себе вставила груди! Я прочитала, что я себе груди увеличила безоперационно. А как? Что мне их…. Не буду я выражаться, у вас приличное радио. Ну вообще, ужас какой-то читаешь..
К. ЛАРИНА: (Смеется)
Р. ЛИТВИНОВА: Я могу Вам показать, Вы потом расскажете..
К. ЛАРИНА: Я видела грудь Литвиновой!
Р. ЛИТВИНОВА: …что я ничего там себе не сделала. Я буду, конечно, пытаться не распускать. Но можно и красиво состариться. Я надеюсь на это. Главное, чтобы с мозгами ничего не произошло, это же напрямую связано. Тут главное не обветшать мозгом и не терять адекватность, и не молодиться.
К. ЛАРИНА: Не знаю. Ваш любимый режиссер и товарищ Кира Муратова, наверняка, про это вы говорите.
Р. ЛИТВИНОВА: Она прекрасно выглядит! Я ей привезла крема, иногда привожу. Помаду. Она женщина! У нее молодой муж, что б вы знали. Да! Очень хорошие внуки.
К. ЛАРИНА: Пишут про нее тоже всякие небылицы.
Р. ЛИТВИНОВА: Да ну их к черту! Она молодец, она укрылась в своей Одессе, где нет этих папарацций, этих придурков. На самом деле она прекрасно выглядит.
К. ЛАРИНА: Как совмещается Ваше тонкое понимание жизни и себя в этом мире, Вы знаете, для чего Вы существуете на этой земле и что Вам предстоит выполнить дальше. Но при этом я вижу Вас в гламурных журналах, на каких-то фотосессиях, среди фигур сомнительного происхождения, полуженщин-полумужчин. Неужели это Ваш мир тоже?
Р. ЛИТВИНОВА: Я никогда не осуждаю. Каждый человек решает за себя сам. Если это не связано ни с насилием, ни с нарушением.
К. ЛАРИНА: Вы там своя? Как они Вас воспринимают?
Р. ЛИТВИНОВА: Если я где-то появляюсь, то это продиктовано обстоятельствами. В данном случае в связи с выходом картины я давала много интервью и снималась, и где-то появлялась, чтобы не только меня использовала пресса, но и чтобы я ее тоже использовала. Вот и всё. А с кем я там стою…
К. ЛАРИНА: Там есть какие-то близкие люди, друзья?
Р. ЛИТВИНОВА: Кого Вы имеете ввиду?
К. ЛАРИНА: Да я их не знаю.
Р. ЛИТВИНОВА: Я не могу сказать, что я покрыта друзьями. Это для меня роскошь. У меня есть соратники, у меня очень мало времени, я все время повторяю, что у меня нет времени на любимых людей, нет времени дружить. Я хочу общаться и свое время тратить на любимых и на работу. Пока у меня нет возможности проводить время с друзьями. Это, может быть, какая-то прерогатива старости. Хотя мне кажется, что хочется иногда побыть одной даже. Мне этого не хватает. Не хватает времени.
К. ЛАРИНА: Как ребенок-то, скажите?
Р. ЛИТВИНОВА: Хорошо, слава Богу. Уехал сейчас с папой отдыхать, на 8 марта. Так что у меня более-менее сейчас отпуск.
К. ЛАРИНА: Вы ее так и не показываете никому?
Р. ЛИТВИНОВА: Не знаю… Её уже узнают на улицах и это не есть хорошо.
К. ЛАРИНА: Вы бы хотели, чтобы она что-то делала? Фотографировали бы ее, чтобы плясала она где-нибудь, детское Евровидение?
Р. ЛИТВИНОВА: Ужас! Вы что!
К. ЛАРИНА: Намазать, накрасить, навить букли…
Р. ЛИТВИНОВА: Издевается! Издеваетесь надо мной, что ли? Пришли вот Новости читать. Сейчас я Вам все скажу.
К. ЛАРИНА: Мы, к сожалению, все заканчиваем. Возвращаясь к кино…
Р. ЛИТВИНОВА: Хочу, чтобы все пошли на кино! Поддержите нас.
К. ЛАРИНА: Оно уже в прокате идет, в Москве уже есть.
Р. ЛИТВИНОВА: Во всех синема-парках идет.
К. ЛАРИНА: А на DVD будет?
Р. ЛИТВИНОВА: 27 марта у нас выходит все на DVD.
К. ЛАРИНА: Прекрасно! Все, кто не попадут в кино, могут посмотреть дома.
Р. ЛИТВИНОВА: Пусть они попадут в кино. Я этот фильм еще хочу посмотреть. Недавно у нас был закрытый показ, я не могла никак оторваться, я хочу его еще раз посмотреть.
К. ЛАРИНА: Нравится?
Р. ЛИТВИНОВА: Мне нравится! Вот я недавно попыталась пересмотреть «Богиню». Я не могу! Не могу смотреть «Границу», я люблю Митту, но я не могу там на себя смотреть.
К. ЛАРИНА: А «Мне не больно»?
Р. ЛИТВИНОВА: Не могу смотреть! Но мне нравится «Нет смерти для меня» и мне нравится «Зеленый театр в Земфире». Это я могу смотреть.
К. ЛАРИНА: Вы там никого не играете, документальная съемка.
Р. ЛИТВИНОВА: Нет, там каждый пропел свою роль. Мне Мордюкова сказала, что это лучшая ее роль.
К. ЛАРИНА: Вот в этом фильме «Нет смерти для меня»?
Р. ЛИТВИНОВА: Да.
К. ЛАРИНА: Там они все хороши. Окуневская какая там!
Р. ЛИТВИНОВА: Татьяна Кирилловна…
К. ЛАРИНА: Мы закончили. Мариночка, уступаем тебе место.
Р. ЛИТВИНОВА: До свидания, Ксения.
К. ЛАРИНА: До свидания, Рената.
Р. ЛИТВИНОВА: Спасибо!

0

3

Рената Литвинова – девушка, которая сделала себя сама.

Наверное, она одна такая. Она использует во благо себе всех встречаемых ею людей и все посланные жизнью обстоятельства. И это не упрек, а комплимент. Потому что Рената Литвинова – девушка умная. Если бы она была американкой, она бы была Мадонной. Если бы у нас в стране было развито феминистское движение, она бы стала его знаменем.

Она с одинаковым тщанием относится к тому, что говорит и во что одета. Для настоящей девушки это комплимент. Ее не назовешь беззащитной, но всем хочется ее опекать. А она? Она просто всегда делает то, что хочет. Она так устроена. По крайней мере так кажется со стороны. А в душу она никого не пускает, даже саму себя. Дневников, например, не ведет, что меня крайне удивило.

И вот недавно девушка, не побоявшаяся после доронинских вздохов-выдохов («Еще раз про любовь») сыграть по-своему одну из лучших киноисторий о любви («Небо. Самолет. Девушка»), обмолвилась, что хочет уединения, тишины, актерский путь ей не интересен... Но встретились мы как раз в том месте, которого она, как сама же и говорит, сторонится, на съемочной площадке. В фильме Алексея Балабанова «Мне не больно» Рената Литвинова играет главную героиню, чье главное содержание – любовь.

Место съемок – Санкт-Петербург. Балабанов подчеркивает, что история петербургская, со всеми приметами города и времени, которое в нем сейчас стоит. В кадре будет много воды – каналы, мосты, Нева. Вода будет за всеми окнами, которые окажутся в кадре. Но если для режиссера Питер – город, дающий силу, то в актрисе он порождает только тоску и отнимает силы. Это Рената мне уже в самом конце разговора сказала: «Питер такой депрессивный город. Я здесь после третьего дня уже начинаю печалиться». «Как же вы с этим боретесь?» – спросила я. «Как же можно бороться с печалью?.. – ответила она. – Можно ей только отдаваться. Но сознательно печалиться мне не хочется. Мне кажется, в этом есть какой-то демонизм и это неправильно для человека. Человек не создан для печали... Хотя печаль – тоже очень красивое чувство...»

– Да, я сейчас снимаюсь только в одном проекте у Леши и не склонна углублять свою актерскую биографию, – подтвердила Рената слухи.

– А что тогда для вас первично?

– Вы имеете в виду в профессии?

– Да нет, в общем, в жизни.

– Мне нужно какое-то время, чтобы я принадлежала сама себе. Превращаться в популярную актрису мне не хочется. И моя профессия (напомним, что Литвинова окончила сценарный факультет ВГИКа. – Е. К.), и я сама предполагают какой-то момент уединения. Уединения с людьми, которых я люблю. На которых у меня ввиду занятости физически не хватает времени. И есть такое чувство вины колоссальное...

– Недавно в одной телепередаче вы немножко выдали печальную судьбу вашей героини в фильме, где вы сейчас снимаетесь, случайно или специально? Балабанов же наверняка просил этого не делать...

– Выдала, да?.. На самом деле я пытаюсь это скрыть, но вот, видите, вырывается наружу. Но с другой стороны, все эти истории про любовь достаточно банальны. Может, в этом и нет никакого запрета... Ведь они все кончаются более-менее грустно.

– Все ваши героини, по крайней мере последние, умирали. Вам не страшно их играть?

– Ну в конце концов мы все умрем. Это же вопрос времени. Как таковая меня эта тема не пугает. Я к ней более-менее готова. Просто это страшно не для того, кто умирает. А для того, кто остается. И это большая боль не мне. И я это очень-очень учитываю... Но это уже какие-то такие дебри...

– Вернемся к кино и любви. Говорят, если нет «химии» между актерами, то и в кадре любви не будет видно...

– Если ты себе придумал какой-то второй слой, то гораздо легче играть.

– Прежде чем играть с Сашей Яценко, по сценарию с которым у вас здесь любовь, вы как-то изучали его? Смотрели спектакли в «Табакерке», где он играет, или его последний фильм «Солдатский декамерон» Андрея Прошкина?

– Нет. Может быть, даже иногда и не нужно этого делать – смотреть на роли актера. Я в данном случае иду за режиссером и принимаю предельно его позицию. Я вообще считаю, что это разрушительно – слишком вдумываться и анализировать то, что тебе предлагает режиссер.

– А как вы входите в роль? Вот Натали Бай мне рассказывала в интервью, что она читает сценарий, потом запирается на месяц в доме – ни с кем не видится, но и к сценарию больше не подходит. Через месяц в голове все само собой складывается, и роль готова.

– Я бы не хотела жить жизнью артистки, которая существует от образа к образу и запирается в домах. Да я себя и не считаю столь большой величиной, как Натали Бай.

– В одном вашем интервью я прочитала: «Я люблю хороших людей и не люблю плохих». Кто плохой? Кто хороший? Для вас?

– У меня все время спрашивают: любите ли вы людей? Я все время отвечаю: ну как я могу не любить людей? Я люблю тех, кто мне кажется хорошим. В принципе я не верю, что бывают абсолютно плохие или абсолютно хорошие люди. Я верю в то, что есть святые люди. Хочется в это верить. Ну а все остальные не могут подпадать под чисто хороших или плохих. В данном случае я говорю о людях, которых я люблю и которые могут во мне вызывать нечто...

А чтобы кого-то ненавидеть, во мне такого нет. Если иногда и возникает, то очень спонтанно...

– Знаете, как говорят, когда ты начинаешь анализировать человека, которого любишь, то это разрушает любовь. Поэтому не нужно этого делать. Получается, любовь – это все-таки всепрощение?

– Когда ты любишь другого человека по-настоящему?.. Да, тогда другие законы работают. Я знаю, у людей были моменты страсти, а потом они друг друга ненавидят.

Но настоящая любовь подразумевает именно момент жертвенности. Мне кажется, это и отличает настоящую любовь от ненастоящей.

– А вы жертвовали в своей жизни чем-то ради любви?

– Ну конечно. Это непреложный закон, я думаю. Если ты любишь, то все-таки готов на все и эта жертва приносит тебе счастье. Любовь человека питает, делает более качественным. Бывает разрушительная любовь, но тогда это не любовь. Значит, кто-то из двоих не любит.

– Мне кажется, на одном позитиве ничего не бывает...

– У вас, наверное, такой опыт. Ну да, конечно. Значит, вы в своей жизни должны были пройти через такой опыт. Вас это, значит, куда-то двигало. Я в принципе люблю воспринимать жизнь как какую-то череду уроков.

– То есть вы все-таки анализируете?

– Да, мне не хочется рассматривать происходящее со мной с точки зрения негатива. Просто как урок какой-то. Но я не склонна к анализу. Мне все время говорят, что у меня нет логики. И меня подвергают критике люди, которые обладают более логическим складом мышления. Я же предчувствую, выбираю на интуиции... Хотя, наверное, и логику надо развивать.

– Вы дневник ведете?

– Вот никогда не вела. Что-то в этом есть...

– Мне показалось, в «Богине» много дневникового.

– В данном случае да, в этом есть какие-то мои мысли... Я потом все-таки анализировала и поняла, что было какое-то безумие с этим сценарием. Это же дебют, и я хотела сразу снять много фильмов. И он состоит из многих. Начинается как реалистический детектив, потом как триллер, потом вообще какая-то мелодрама. Потом мистика. Заканчивается стихотворным образом. От какой-то творческой жадности попыталась все собрать.

– Жалеете?

– Нет.

– Вообще жалеете о чем-то в жизни?

– Да нет. Даже если эти чувства появляются в какой-то момент, потом понимаю, что это необходимо было сделать. А потом это деструктивно – сожалеть. Я могу сожалеть только о том, чего нельзя вернуть. Об ушедших людях. А все остальное... Если это не кончается смертью, то в принципе... Это должно скорее тебя учить.

– Вернемся к кино. Если вы решили закончить актерскую карьеру, все-таки зачем же согласились здесь сниматься?

– Мне интересен в этом Леша как режиссер. Потому что кино про любовь – для него достаточно неожиданный и парадоксальный опыт. Он же у нас числится в брутальных режиссерах. Он открыл тему бандитских историй, разработал ее и закрыл сам для себя. И мне даже кажется, к этому не вернется.

– А как же после этого всего у него такая романтическая любовная история получается?

– Ну, я не знаю. Наверное, что-то произошло с Лешей. В данном случае я просто в его руках инструмент, который он взял и пользуется. И сам рисует систему ценностей, что такое для него любовь.

– То есть вы целиком подчиняетесь ему?

– Абсолютно. Мне кажется, если ты выбираешь режиссера и соглашаешься быть артистом, то ты даришь свое тело, свой голос, свою органику, все свои чувства...

– На вас не влияет то, что вы были по другую сторону камеры, снимая «Богиню»?

– Нет. А тогда иначе не надо было соглашаться. Если я понимаю, что не буду подчиняться режиссеру, то я и не работаю с ним.

0

4

Рената Литвинова: «Никогда не пересматриваю свои фильмы. Для меня это слишком болезненно»

Ее или обожают, или ненавидят. Кто-то считает ее слишком манерной и неестественной, кто-то уверен: она родилась не в том веке. Все сходятся на том, что Рената — вещь в себе. Она знает, чего хочет, но не всегда понимает, зачем ей это нужно. 12 января одной из самых необычных женщин в нашей киноиндустрии исполняется 40 лет.
«МК-Бульвар» встретился с г-жой Литвиновой накануне юбилея и поинтересовался, как она уживается сама с собой.

— Рената, вы когда-нибудь смеетесь над собой?
— Я смеюсь постоянно. Тут у меня было плохое настроение, и я посмотрела в Интернете нашу программу с Миллой Йовович. Я так хохотала. Еще я очень часто смеюсь, когда вижу себя в каких-то фильмах.
— А когда Галкин вас пародирует?
— Я считаю, что он парень очень талантливый…
— Как, на ваш взгляд, похоже?
— (Вздыхает.) Всегда очень похоже. Пронзительно похоже.
— В ситуации «шли-споткнулись-упали» плакать будете?
— Ой, по-разному. Тут как-то упала и получила так называемый перелом локтя. И поехала сниматься к Кире Муратовой, почти в комедии про стареющего плейбоя. И получилось так, что снимался эпизод, в котором я должна была быть с поломанной рукой. И это поразительно. Это сыграло на роль… Вообще, я заметила, что если ты с поломанной рукой, или у тебя флюс, или ты больна, то почему-то пользуешься особенным успехом у мужчин. А когда ты при оружии, с накрашенными губами, вся такая безупречная — они сторонятся.
— Сами себя жалеете?
— По-моему, это свойственно всем людям без исключения. Любовь — это что? Это когда тебя жалеют, берегут, болеют за тебя. Ты же не казенный. Если человек себя не жалеет, значит, он себя не любит.
— А поплакать любите?
— Ой, этим психическим расстройством я не болею.
— Даже когда постоянно критикуют вашу работу?
— (Вздыхает.) Критикуют часто. Но я как-то примирилась с этим. По-другому и не бывает. Если сравнивать, то все, по-моему, находятся под пристальной критикой.
— Вы сами себя критикуете?
— Ну бывает, конечно. Я и смотреть на себя стараюсь нечасто. Никогда не пересматриваю свои фильмы и передачи. Для меня это слишком болезненно.
— Если спросить случайных прохожих, знают ли они Литвинову, все ответят «да», но мало кто из них назовет ваши фильмы?
— Согласна, я скорее не массовая актриса. А сейчас получилась парадоксальная ситуация, потому что Галкин меня популяризирует. У меня с Максимом уже неразрывная связь образовалась.
— Вам важнее, чтобы был один понимающий или сотня восторженных?
— Я так не разграничиваю. И потом, что такое восторгаться? Это значит, что люди тоже как-то тебя принимают.
— Тогда почему вы пошли ведущей на МУЗ-ТВ?
— Ну это интересный проект и колоссальный опыт. С кем я только не встречаюсь на моей передаче «Кино*Премьеры». С другой стороны, мне кажется правильным, когда программу про кино ведет человек, который понимает этот процесс. И в нем нет желания утвердиться за счет своих же коллег. Я, наоборот, полна сочувствия к любому и каждому.
— Вы не боитесь, что ваша программа затеряется: сейчас на каждом канале говорят о кино?
— Серьезно? И вы считаете, что они все затерявшиеся?
— Нет. Но тем не менее.
— Опасаюсь я или не опасаюсь… Я делаю, а дальше, как говорится, будь что будет.
— Как вам в роли журналиста?
— Отлично. Я чувствую себя очень комфортно, особенно когда ко мне приходят люди.
— Вы поменяли свое отношение к представителям этой профессии?
— Я и говорю, что у меня есть какое-то сочувствие. Общаясь с человеком, я изначально к нему очень трепетно отношусь. Но иногда, когда кто-то из шоу-бизнеса приходит, ты начинаешь думать: «Боже мой, какой ужас». Тяжело бывает (смеется). Вот как-то была у меня одна женщина, такая смешная… Но все же люди.
— Вам кто-то отказывал в интервью?
— Не знаю… Наверное, меня не травмируют такими сообщениями. И правильно делают.
— Вы вообще часто слышите в своей жизни слово «нет»?
— Слышу, конечно. Я такой же человек, как все. И иногда это слово бывает очень трагичным.
— А сами часто его произносите?
— Я умею произносить слово «нет». Но стараюсь, чтобы оно не было намеренно жестоким.
— Своей дочке Ульяне тоже умеете отказывать?
— Ой, крайне редко. И это, наверное, неправильно.
— Ей уже пять лет исполнилось…
— Да, у нее был юбилей. Я помню, покупала гирлянды какие-то, подарки, платья, туфельки с бисером. Боже, она у меня такая модница.
— Как вы думаете, Ульяна многое запомнит и унесет во взрослую жизнь из того, что сейчас переживает?
— Очень трудно прогнозировать. Потому что я, например, себя в этом возрасте не помню. Вообще. Представляете? Может быть, первый класс… А вот до этого я еще была в полной несознанке.
— Ну а как мамины туфли мерили или красились ее помадой?
— Помадами я особенно не красилась. Но помню, что у мамы был целый склад старых чулок. Тогда же даже с чулками проблема была. И вот из этих чулок я плела здоровые такие, жирные косы и надевала их на голову.
— Фату из занавески делали?
— Я юбку бабушкину брала, косы цепляла и у зеркала пела. Это я помню.
— Дочка ваши туфли уже примеряет?
— Да. Постоянно.
— Ругаетесь?
— Нет, что вы. Она очень часто ходит по квартире на высоких каблуках. Ей страшно нравятся белые и красные туфли. Черные она как-то не уважает, хотя уже знает слово «элегантно».
— А вы в каком возрасте полюбили ставшие вашей визитной карточкой черные водолазку и юбку?
— Просто у нас с мамой совсем не было денег. И это был единственный вариант выглядеть элегантно.
— У Ульяны сейчас такой возраст, когда ее можно отдать и в балет, и в спорт, и в музыкальную школу. Уже думали на эту тему?
— Я хочу отдать ее и в спорт, и в музыкальную школу. Сейчас к ней ходит учитель по хореографии, но мне кажется, что это не ее.
— Вы всегда говорили, что в жизни смысла нет, каждый…
— …назначает его себе сам. Ну какой смысл? Конечно, нужно любить. Мне кажется, это один из главных смыслов в жизни.
— Может, когда дочка вырастет, то сама и решит, нужен ей спорт или музыкальная школа?
— Ну как сказать? Я, например, очень благодарна маме, что закончила музыкалку. Хотя сама себе придумала это занятие. Я занималась легкой атлетикой, а потом начала канючить, что хочу заниматься музыкой. И закончила школу при консерватории по классу фортепиано. У меня какое-то время не было инструмента дома, потому что он был дорогой, а у мамы была крайне маленькая зарплата. И где-то первые полгода я бегала в музыкальную школу заниматься. А потом мама купила подержанное фортепиано фирмы «Заря», как сейчас помню.
— У меня тоже дома стоит, черное.
— Да. Мой любимый инструмент. Правда, мама где-то года два назад покрасила его масляной краской, и я чуть ли не рыдала из-за этого.
— Вы ведь росли без отца?
— Он крайне мало со мной общался, а у меня всегда была большая потребность в его обществе. А ведь тогда к неполным семьям относились почему-то негативно. И я, конечно, болезненно это переносила. Я специально вешала в прихожей — сейчас могу в этом признаться — мужской плащ. И подружкам говорила, что это плащ папин, хотя на самом деле он был дедушкин.
— Как вы думаете, современные дети к этому по-другому относятся?
— Мне кажется, они легче все это переносят. А я, кстати, никогда маму не осуждала. Наоборот, решала сама эти вопросы со своими одноклассниками и подружками. Лапшу им на уши вешала (смеется).
— Не боитесь, что скоро и Ульяна будет задавать вам вопросы об отце?
— Что значит — боюсь? Мне кажется, в этом смысле нужно быть честной. Другое дело, что в одном возрасте к этому относятся так, в другом — эдак. Я, например, встречаю людей, которые очень осуждают подобные случаи. Во многих живет какая-то обида. И я не могу понять их. Лучше сочувствовать, нежели осуждать или обижаться.
— Вы готовы к тому, что дочь подрастет и будет читать о вас всякие слухи в прессе?
— В принципе готова. А что сделаешь? Как это может быть по-другому?
— О том, что пишут про вас и Земфиру?
— Вы знаете, я готова говорить про сотрудничество, но я совершенно не готова комментировать что-то другое.
— Как вы считаете, существует дружба между мужчиной и женщиной?
— Мне не хватает времени даже на самых любимых, поэтому дружба для меня — роскошь. Как правило, дружба скорее основывается на каком-то сотрудничестве, работе.
— Или все-таки дружба подразумевает со стороны одного скрытую любовь?
— У меня такого не было. Я не знаю. Этот опыт я еще не приобрела.
— Меня однажды подруга поставила в тупик, задав вопрос: «У каждого человека существует своя половинка, а вдруг моя умерла…»
— …вы знаете, бывает же очень много несчастливых и в семейной жизни. Но есть же какие-то другие смыслы… Свою задачу можно подобрать и приносить добро людям в других областях.
— Вы верите в жизнь после смерти?
— Есть много доказательств того, что это существует, что существует дух. Но с точки зрения религии. .. — ой, очень сложный вопрос…
— А если бы вам предложили после смерти вернуться, но не человеком. Кем бы вы предпочли родиться?
— Нет. Все-таки человеком. Не хочу больше никем быть.
— Тогда Рената Литвинова — это кто?
— Я скорее себя называю человеком.
— Вы уже начали скрывать свой возраст?
— Нет. Пока мне 39 лет, но на днях исполнится 40 — юбилей.
— Вас пугает эта цифра?
— Не пугает. Хотя я иногда вижу 40-летних людей в таком разрушенном состоянии, что думаю: «Боже, боже — какой ужас!». Так что себя нужно беречь.

0

5

Ренате Литвиновой не нужен идеальный мужчина
12 февраля 2008, вторник | Шоу-бизнес / Российский

О Ренате Литвиновой сложилось мнение как о человеке не от мира сего. Она экстравагантна во всем, начиная с манеры говорить. Литвинова производит впечатление какой-то неземной женщины, от которой исходит очень положительная энергетика.

Рената по любому вопросу имеет свое, оригинальное мнение и не перестает удивлять. «Объяснять то, что я делаю, – это все равно, что расшифровывать стихи», - сказала она как-то о себе самой.

– Рената, в ваших фильмах много внимания уделяется любовной теме. Вам самой доводилось жертвовать чем-то ради любви?

– Конечно. Это непреложный закон, я думаю. Если ты любишь, то готов на все или, во всяком случае, на многое. Получается, эта жертва приносит тебе счастье. Любовь вообще питает человека. Бывает разрушительная любовь, но тогда кто-то из двоих не любит.

Я в жизни много встречала людей, которые хотят любви, но не могут никого полюбить. Вот у меня есть один знакомый, который почти сорок лет никого не любил, а сейчас, слава богу, полюбил. Он как заново родился!

Я рада за него, потому что в моем представлении, смысл жизни заключается в том, чтобы испытать к кому-то любовь. Я в принципе люблю воспринимать жизнь как какую-то череду уроков.

- То есть в одном негативе, что ли?

- Нет, ну что вы. Уроки же разные бывают. Вот мне все время говорят, что у меня нет логики. И меня критикуют люди, которые обладают логическим складом ума. Что делать, если я больше доверяю ощущениям и выбираю способ действия интуитивно?

- Когда у вас плохое настроение, вы это скрываете?

- Да, я предпочитаю не тяготить людей своим плохим настроением. К счастью, у меня не так часто бывают периоды отчаяния. Я чаще вот мужиков вижу, которые страдают от каких-то там кризисов. У женщин не бывает такого кризиса, который испытывают мужчины в связи со своим тестостероном.

Мне даже кажется, что мужская активность напрямую связана с активностью творческой, ну, или чем они там занимаются? Я могу судить по своему кругу общения. Мне кажется, что женщины талантливее и интереснее сейчас.

- Ну, уже давно говорят про повальную феминизацию и вас чуть ли не в лидеры этого движения прочат!

- Да вы что? Мне еще только движений не хватало. Нет, я сама по себе! Но объективно сейчас - обострение женского начала. А мужчины как-то мутировали, стали загадочными и непонятными. Во всяком случае, мои папа и дедушка были совсем другими. А теперь какой-то третий пол везде шуршит!

- Сейчас почти все жалуются на мужчин.

- Ну, а как не жаловаться, если позитива нет? Мужчины стали менее ответственными, менее изобретательными, более компромиссными. Где яркое мужское начало? Нет его, хоть убейте! А может, природа специально так задумала и устроила такой период, чтоб они женщин меньше тиранили? Кто знает?

Я считаю, что мужчины у нас развращены тем, что их по статистике на двадцать миллионов меньше, чем женщин. Вот они и пресыщены вниманием! А на самом-то деле настоящих мужчин не хватает. А остальных раздражает, если женщина успешна. Я вот, например, знаю, что очень раздражаю многих мужчин-режиссеров.

Мнение некоторых, конечно, удалось изменить, но далеко не всех. А вообще, знаете, в России уже сложилась такая традиция – пока тяжело не заболеешь или не умрешь, о тебе доброго слова не скажут и не пожалеют.

– Скажите, а вы о возрасте задумываетесь?

– Задумываюсь. На самом деле, человек стареет изнутри, с этого все начинается. Может, чуть-чуть устает, ломается, и начинается. Мне кажется, очень несправедливо несоответствие постаревшей оболочки юному самоощущению.

Я не зацикливаюсь на этом, но я всегда буду приветствовать желание ухода от старости любыми способами. Вообще, я думаю, один из способов не стариться - много работать, рожать детей, меньше есть.

- А вы могли бы представить себя домохозяйкой?

- Я? Да вы что! Конечно, нет. Если закрыть меня в четырех стенах, я тут же удавлюсь на первом попавшемся карнизе. Нет уж, надо чем-то жертвовать. Хотя я и так уже жертвую.

- Чем?

- Ну, например, своей свободой. С того времени, как у меня появилась дочь, я навсегда утратила свободу. Это не раскаяние, а факт. Когда у женщины появляется ребенок, она становится более ответственной, в ее жизни возникает нечто большее, чем личные интересы.

- Есть мнение, что сильные женщины привлекают слабых мужчин. Согласны?

- Начнем с того, что я не считаю себя такой уж сильной женщиной. В работе я действительно культивирую жесткость, и это правильно. Потому что жесткий человек знает, чего он хочет, и добивается цели. А вот в обычной жизни я вполне лояльный человек.

Я, например, любимому человеку могу простить практически все. Что касается вашего вопроса, то мне кажется, что существует определенный тип людей, которые западают на какую-то женскую харизму. Я не скажу, что они слабые, просто ведомые, и им это нравится.

- Извините, а ваше стремление к уединению связано только с рабочими моментами или это отголосок некоторого разочарования в браке?

- Откровенно говоря, я вообще считаю, что институт брака себя изживает. Я смотрю на себя, на многих знакомых и убеждаюсь в этом. Если любишь человека, просто будь с ним вместе, не связывайся узами. Мужчины потом сами от этого страдают, распутываясь в отношениях.

- У вас существует какой-то образ идеального мужчины?

- Мне кажется, это очень индивидуально. У меня нет потребности в идеальном мужчине, поэтому у меня нет четкого мнения на этот счет. Я считаю, это должен быть любимый человек, и тогда он, возможно, будет обладать всеми этими качествами.

0

6

Рената Литвинова: Весь актерский мир пропитан лицемерием
Известная актриса когда-то и не помышляла об актерской деятельности, считая себя нефотогеничной

О своем сегодняшнем душевном и творческом состоянии Рената Литвинова отзывается как о счастливом, особенно после того, как закончила работу над картиной «Зеленый театр в Земфире». Кинолента, как вы уже, наверное, догадались, посвящена певице Земфире Рамазановой, близкой подруге известной актрисы. О Литвиновой, а точнее, о ее манере поведения говорят всякое: ее любят, ненавидят, над ней смеются и ее пародируют, а кое-кто даже пытается перенять ее пластику, жестикуляцию и манерную интонацию, что явно говорит о неординарности ее персоны. Согласитесь, что, увидев на каком-нибудь из каналов Ренату, мало кто переключится на другой – хотя бы, чтобы просто обсудить… Но и это не все. Интерес к актрисе настолько силен, что ей посвящают стихи, например: «Эстетствующей Ренате Литвиновой посвящается»… Сегодня заслуженная артистка РФ пишет прозу, активно снимается в кино и плодотворно занимается режиссерской, сценарной и продюсерской деятельностью.

ЛИТЕР-Неделя: Рената, вас признают красивой, интересной, своеобразной актрисой российского кино, как вам удается соответствовать этому образу?

Р.Л.: По этому поводу есть отличное высказывание: надо не казаться, надо быть. Так вот никакого образа на самом деле нет. Я не навешиваю на себя никаких ярлыков, и перед зрителем моя душа остается совершенно обнаженной. Порой это крайне сложно, потому как весь актерский мир, вся богема буквально пропитана лицемерием, и искренности и чистоте в таком климате бывает неуютно.

ЛИТЕР-Неделя: А как относитесь к негативу, зависти? Наверное, это составляющие вашей жизни?

Р.Л.: В моей жизни этого нет, во всяком случае, я делаю все для того, чтобы оградить себя от негативных влияний. Ауру надо беречь смолоду, это не рубаха – и отстирать ее не получится. Я стараюсь жить в гармонии с собой. Ну, если мне кто-нибудь и завидует, то это уже не моя проблема и меня не касается.

ЛИТЕР-Неделя: Известно, что с детства вас мама очень часто водила в кино. Не это ли сыграло впоследствии свою роль в том, что вы выбрали именно мир кино?

Р.Л.: Действительно, то, что родители  дают своим детям в детстве, позже очень во многом предопределяет их судьбу. Мамино воспитание, конечно, оставило свой отпечаток. И любовь к искусству и кинематографии сложилась во мне уже тогда. Я слишком неравнодушна к кино. Чересчур. Еще я очень много читала, можно сказать – все подряд, запоем.

ЛИТЕР-Неделя: Не думали ли о выборе какой-то другой области?

Р.Л.: Да что вы! Что, мне в певицы податься? (Смеется.) По-моему, плохо поющих девиц сейчас на сцене и без меня хватает.

ЛИТЕР-Неделя: Рената, известно, что вы не так давно сняли картину про Земфиру под названием «Зеленый театр в Земфире», почему не привезли ее на кинофестиваль «Евразия», на котором были недавно?

Р.Л.: Ой, вы знаете, у меня такой загруженный график и было так много работы, что позаботиться о наличии моей картины в списке фестивальных вовремя, к сожалению, не получилось. А уже перед самым приездом мы узнали, что программа фестиваля забита под завязку, и для фильма места, увы, не оказалось. Но казахстанский зритель увидит мою картину, это ведь не последняя «Евразия».

ЛИТЕР-Неделя: А почему именно Земфира стала героиней вашего фильма?

Р.Л.: Потому что она очень талантливый человек.

ЛИТЕР-Неделя: Удалось ли вам посмотреть на фестивале казахстанские картины и что понравилось?

Р.Л.: О да, фильм «Тюльпан», продюсером которого является Гульнара Сарсенова, потряс меня до глубины души. Я даже расплакалась на его показе. Таких картин очень мало в последнее время, хотя именно такие фильмы достойны спонсорской поддержки. И я рада, что госпожа Сарсенова помогла «Тюльпану» появиться на свет.  Не исключено, что этот фильм непременно привезет в вашу страну первый «Оскар».

ЛИТЕР-Неделя: А знаете ли кого-нибудь из казахстанских режиссеров?

Р.Л.: Я знаю многих ваших режиссеров, слышала много лестного о Ермеке Шинарбаеве. И, безусловно, отмечу такого мэтра, как Рашид Нугманов, его фильм «Игла» будет актуален во все времена.

ЛИТЕР-Неделя: Если кто-то из казахстанских режиссеров вдруг предложит сотрудничество, согласитесь?

Р.Л.: Смотря что предложат. Надо все рассматривать в отдельности. Хотя возможно все, от интересных предложений не откажусь.

ЛИТЕР-Неделя: Известно, что вы пишете рассказы, новеллы и по некоторым из них было осуществлено несколько постановок. Но в одном из интервью вы признались, что чаще оставались недовольны результатом. Почему? И есть ли сейчас картины, которые ставятся по вашим сценариям?

Р.Л.: Просто я очень критично отношусь ко всему, над чем работаю и что создаю. А по поводу постановок и сценариев, знаете, есть отличная поговорка: хочешь рассмешить бога – расскажи ему о своих планах. Вы, конечно, можете подумать, что я суеверна, но о своих будущих постановках или постановках коллег по моим сценариям я, как правило, ничего не рассказываю заранее. Всему свое время. Так что ждите. (Улыбается.)

ЛИТЕР-Неделя: А когда к вам пришло осознание того, что вы свяжете свою жизнь с кино, с актерской стезей?

Р.Л.: Не сразу, несмотря на то что во ВГИК я пришла учиться в 17 лет. Там я была счастлива от присутствия огромного количества талантливых и интересных людей, но не думала, что стану актрисой. Я никогда не чувствовала в себе актерских талантов. Более того, свое лицо я считала нефотогеничным и всегда отказывалась, когда меня звали сниматься. Но однажды меня пригласила поучаствовать в съемках сама Кира Муратова, вот ей отказать я не смогла, это было просто невозможно. И уже позднее я стала пробовать себя в качестве режиссера, сценариста и продюсера.

ЛИТЕР-Неделя: Не было ли конкуренции с коллегами-мужчинами в этой области?

Р.Л.: Конкуренция есть всегда, но не по гендерным причинам. Скорее, конкуренция в выпуске качественного продукта: она – да, всегда присутствует. А кто выпускает этот продукт – мужчина, женщина или собака, это уже к конкуренции не имеет никого отношения.

ЛИТЕР-Неделя: Вы много пишете, может, стоит выпустить книгу? Не думали об этом?

Р.Л.: Вообще-то, книги есть, просто вы, наверное, об этом не знали. Хотя, впрочем, чему удивляться, я никогда их особо не пиарила. К этому ведь надо много готовиться, и это очень серьезный шаг.

ЛИТЕР-Неделя: Сергей Соловьев как-то сказал, что вы человек авторского кино, и снять такого рода фильм у вас бы здорово получилось. Не планируете?

Р.Л.: Ну, кое-что в планах уже намечается – опять же всему свое время. Хотя мой фильм о Земфире, думаю, можно назвать авторским.

ЛИТЕР-Неделя: Рената, ваша самая любимая роль? И кого, к примеру, хотели бы сыграть?

Р.Л.: Все роли любимы по-своему, это все равно что у матери спросить, кого из своих детей она любит больше. Все родные, и всех она родила в муках. Поэтому у меня нет приоритетов среди своих ролей. А вот кого хотелось бы сыграть? Наверное, себя саму, хотя сделать это будет очень сложно. (Смеется).

ЛИТЕР-Неделя: Известно, что у вас с Ксенией Собчак произошел раздор, какие на сегодняшний день у вас с ней отношения? И разрешите поинтересоваться, по какому поводу произошел конфликт?

Р.Л.: Ой, ну я о той истории даже и думать забыла, потому что она, поверьте, не стоит того, чтобы о ней говорили и вспоминали. А что касается конфликта, я бы не стала называть ту ситуацию конфликтом, скорее – просто недоразумением.

ЛИТЕР-Неделя: Вы тусовочный человек?

Р.Л.: Скорее нет, чем да.

ЛИТЕР-Неделя: Разрешите поинтересоваться дальнейшими планами? 

Р.Л.: Ну вот, опять планы…

ЛИТЕР-Неделя: Рената, а что вы скажете по поводу того, что вас называют чуточку странной? Это вас не обижает?

Р.Л.: Знаете, раньше обижало, а потом это стало на руку, это даже удобно. Вот захотят меня, к примеру, в чем-нибудь уличить или потребовать того, что не входит в мои планы, а я скажу: ну что вы, ведь я же странная.

0

7

Кleo.ru   
Среда, 12 Ноября 2008

Трудно представить Ренату Литвинову в домашнем халате, готовящую борщ. Рената и сама себя такой представить не может. Она считает, что в жизни важно уметь оторваться от быта — только это может позволить женщине достичь чего-то в творчестве, карьере.

По мнению Ренаты, нельзя позволить быту уничтожить мечты. Так что важно порой отбросить домашние хлопоты и заняться чем-то интересным.

«Мне нравится писать, снимать кино, фотографировать — я всюду вожу с собой фотоаппарат, — рассказывает Рената в интервью журналу «Моё». — Мне нравится общаться с моим ребёнком. Но я не вижу смысла посвящать свою жизнь быту. Хотя есть такие женщины, которые всё это любят, и я им удивляюсь. Они говорят: «Я рождена для семьи». Но с другой стороны, может быть, они просто не видели другой жизни и не знают, что есть альтернатива? Мы живём в такой стране, где холодно, и не успел встать, а на улице уже темно. И ты куда-то тащишься, сражаешься с этим общественным транспортом, с авоськами, с безденежьем... Приходишь домой, включаешь телевизор, пожаришь картошки и думаешь: «Какая там диета!» Вот так и уходят в быт все твои мечты и планы, а этого нельзя себе позволять…»

0

8

Kleo.ru   
Четверг, 13 Ноября 2008
«Талант не надо ругать, от него надо заряжаться энергией»

Рената Литвинова считает, что люди не правы, когда позволяют себе едкие высказывания в адрес талантливых людей. По ее мнению, от талантливых людей идет особая энергия, драйв, которым надо заряжаться, потому что это делает людей счастливее. По-настоящему талантливых людей не так уж и много, и относиться к ним надо бережно.
«Я не понимаю, почему люди из себя не могут выдавить какое-нибудь хорошее слово в адрес людей, действительно талантливых, одаренных, просветленных, которые всем нам счастье приносят своим творчеством, — рассуждает Литвинова в интервью радиостанции "Эхо Москвы". — И если на секунду какую-то автор меня порадовал, заставил возбудиться, я всегда об этом сообщу. Вы знаете, такие люди крайне питательны. Я очень благодарна, когда кто-то появляется. Может, я как-то стронусь, они же такие люди, они передают, они бередят, стимулируют. К сожалению, очень часто люди не могут отличить настоящее от ненастоящего. И только время расставит все по местам».

0

9

Интервью с Ренатой Литвиновой

27.11.2008

27 ноября в зале Государственной Академической Капеллы состоится литературный вечер с участием одной из самых экстравагантных актрис современности – Ренаты Литвиновой. Накануне этог особытия корреспондент Metro TV поговорил с актрисой о наверное самых важных для нее видах творчества – литературе и кино.

– Творческий вечер Ренаты Литвиновой в Капелле – звучит довольно необычно. Как родилась идея этого проекта?
– Это не творческий вечер, а чтение  моих любимых поэтов и писателей - в моей интерпритации. Достаточно специфический будет вечер, тем более я никогда раньше такого опыта не имела. В театре я играю единственную  роль Раневской во МХАТе.Моя мотивация, как собственно и у устроителей этого вечера - вспомнить, вернуться к главным людям  нашей территории - к великим писателям. Именно они у  меня главные, не буду говорить за всех,  а вовсе не люди из телевизора или журналов. Это моя версия смысла нашей территории - рождать великих поэтов и писателей для всего мира. И даже Бог, мне кажется, любит читать талантивые тексты, иначе, зачем бы он создавал такую нашу территорию?   

– Какой зрители услышат классику в вашей интерпретации? Есть ли какая-то основная идея, которую вы хотите донести в своем выступлении?
– Собственно я ответила и на этот ваш вопрос. Я не профессиональный чтец, но  буду стараться читать внятно и с душой.

– На ваш взгляд  - есть ли достойные имена в современной русской литературе?
– Есть несомненно. Мне нравится Ольга Славникова. Конечно, Людмила Петрушевская и Иванов Алексей, который написал "Географ глобус пропил". И Мамлеев и Болмат, который жил когда-то в Питере. И Дмитрий Быков. Вообще русская территория придумана для того, чтобы там  рождались, страдали, влюблялись,заболевали и потом все это описывали именно литераторы. Другого более  масштабного смысла я и не подберу, если уж по большому счету. Правда, есть ещё ученые, вот ещё они, как послеедние блаженные, спасают города...  И татантливых литераторов множество. Таня Москвина тоже такая мною любимая. Я мноих не перечислила. А из любимых, кого я непременно хотела бы читать- Пушкин, Бродский, Есенин, Тарковский Арсений.

– На какой стадии сейчас находится экранизация романа Виктора Пелевина «Generation П», в которой вы играете одну из главных ролей.
– Никакой главной роли я там не играю. Там же нет главных ролей у женщин, в этом романе.. И судя по сценарию - некоторые сцены до сих пор не досняты. Так что я давно не знаю об этом проекте, недавно на улице встретила Епифанцева, который теперь живет совсем рядом - он играет одну из главных ролей - он тоже говорил о досъемках. Так что сведения противоречивы. И роль у меня - совсем небольшая. Играли мы вместе с Мишей Ефремовым и Алексеем Васильевым, как сейчас помню, я секретарь у Миши (то есть у его персонажа) - отлично провели время с утра до ночи - такой был длинный съемочный день. И ещё накануне нового года. К ночи все стали выпивать, конечно. Было то ли тридцатое декабря что ли...

– Как вы относитесь к телевизионным экранизациям русской классики, которые снимаются в последнее время в огромном количестве?
– Нормально отношусь. Только мало хорошего, как было когда-то, хотя бы качественного.

– Хотели бы принять участие в таком проекте и кого-бы сыграли?
– Даже не знаю. Я же не отношусь к себе, как к актрисе, и тем более не мечтаю о ролях. Просто иногда бывает интересно принять участие в каких-то проектах, как например, у Киры Муратовой или у Балабанова.

– За избыток пошлости, насилия и прочего, cовременное телевидение не ругает только ленивый. Чего по-вашему не хватает телезрителям?
– Я почти не смотрю телевизор. Только на Новый год, наверно, включу по привычке - послушаю поздравление народам и бой курантов. Раньше  к телевидению было какое-то уважение, как и к газетам, а теперь только пачкаются  об них руки. Все переместилось в интернет.

– Во многих юмористических программах любят пародировать Ренату Литвинову. Как вы относитесь с пародиям на себя?
– Уже никак. Правда, давно когда-то на нескольких я рассмеялась.

+1

10

РЕНАТА ЛИТВИНОВА: ДАРИТЕ ЛЮБИМЫМ СЕБЯ 

"Вояж", декабрь 2008
Рената Литвинова - актриса, сценаристка, красивая и успешная женщина. Советы от Ренаты пригодятся не только женщинам, ведь праздник и для мужчинотличная возможность порадовать любимых. Итак отправляемся по магазинам вместе с Ренатой.

Новый год - самое время дарить и получать подарки. Мы подготовили большой обзор об улицах мира, где это делать лучше всего. А кто, как не Рената Литвинова, знает, где и какие модные, но небанальные подарки можно купить. Расскажите об этом, пожалуйста.

Небанальные подарки я выискиваю в антикварных магазинах или покупаю картины у художников. Прихожу за чем-то одним, а в результате покупаю что-то совсем наоборот. Вот мне нужен шкаф, а я покупаю в подарок старинную корону или серебряных крысят… или цветные бусы из старого стекла. Или кусочек старинного бархата. Им можно очень красиво обить какую-нибудь поверхность. У меня сейчас такой период - дарю почему-то мебель. Вот настанет кризис - перейду на что-то помельче, ведь даже чашку старинную и чайник куда красивее и приятнее подарить, нежели отыскать что-то новое, но все равно грубое и поточное. Ведь сейчас же все делается в Китае и даже самые дорогие фирмы пользуются конвейерным трудом.

У каждого человека наверняка есть любимые или самые удачные места для шопинга. У кого-то это небольшая улочка в Париже, кто-то любит ездить в Милан и его пригороды… Расскажите о ваших любимых местах.
Мне нравится и Венеция, где много улочек с антиквариатом, и Париж, где на блошином рынке можно ходить весь рабочий день, и Лондон. Но чаще всего я делаю покупки в антикварном в Москве, напротив здания ТАСС. Или обожаю в Питере шунтоваться по таким магазинам, не в центре, а поодаль. Там такая красивая мебель еще попадается. И множество мамок, зеркал, шкатулок. Я даже однажды купила горностаевый воротник, как из сказки. Я, конечно, ужасная растратчица, если попадаю в питерские антикварные отделы. Мне нравится все-таки русское покупать, во Франции, например, все какое-то, как мне кажется... менее благородное, что ли. А у нас на развалах может попасться шедевр.

В жизни красивой и известной женщины наверняка много подарков. Как вы к ним относитесь? И что больше любите - получать или дарить?
Хотелось бы считать себя благодарным человеком, я очень люблю людей, способных сделать широкий жест, неважно - поддавшись порыву или это подробно планированный жест. И в ответ надо уметь радоваться, а иногда люди воспринимают это как должное. Я люблю подарки и счастлива сама их дарить. Особенно любимым. Во-обще, это ценный дар человеческий - уметь дарить, делиться.

А какие самые необычные и интересные подарки вы получали?
На белой тарелке с голубой каемкой лежал миллион! Что бы ни говорили, а тем более это была некая реплика из литературного произведения, - этот подарок
меня очень взволновал и развеселил.

Какие оригинальные подарки делали сами?
А сама я дарю, следуя по списку мечтаний. Могу любимому человеку подарить половину своей жизни - если что. И даже всю жизнь. Это нигде не купишь, это надо
уметь отдать.

Тарелка с голубой каемкой - это, безусловно, ярко и незабываемо. Это мечта. А если говорить о земных подарках - что было бы приятно получить Ренате Литвиновой? И что из этого списка она уже получила?
Мне недавно из Америки привезли настоящую шляпу с двумя сразу вуалями - и сзади, и спереди. И платье длинное. Там же у них не было войны, и дамы в самые красивые периоды моды 1940-х, 1950-х годов ходили во всем этом, многие вещи сохранились, и купить их можно практически только там. Я была просто счастлива. И на ледующий
день уже сыграла в этой шляпе третий акт в «Вишневом саде» во МХАТе. А недавно
друзья мне подарили еще вуали и шляпы, купленные в Лос-Анджелесе. И еще один подарок, который мне запомнился, - мне подарил свою шляпу Филип Трейси, а я ему - русскую старую вуаль. И он был счастлив, и я хожу в этой шляпке везде.

Вы предпочитаете отправляться за покупками одна или в сопровождении кого-то? Нужен ли вам чей-то совет?
Советы, что покупать, а что не покупать, мне не нужны. Мне кажется, я сама
могу работать стилистом. Вообще, лучше одной. Но у меня так мало времени. Я не
успеваю ходить по магазинам. А бывает так приятно потратить все свои деньги на
какую-нибудь роскошь или подарок. И бывает, бежишь со стучащим сердцем. Очень
улучшает настроение.

Вы, безусловно, модный человек. Расскажите о ваших любимых модельерах и дизайнерах.
Из дизайнеров я очень люблю Нину Донис, их одежда продается в «ЛЕФорме», шляпника нашего Константина Гайдая - все время покупаю его «шедевры» и стараюсь в них все время сниматься, он делает такие красивые шляпы из
перьев. Еще я люблю платья Вики Газинской, Теплова. Вообще, мне многие нравятся. Еще я люблю и драгоценности, и сейчас много красивых русских брендов
появилось - например, я ношу украшения JOO, это русский бренд, а украшения
для него придумывает японская аристократка. Очень красивые камни. Я лично
верю в то, что они способны защищать.

Различаются ли подарки к разным праздникам? Считаете ли вы, что дарить что-то надо только по поводу, или самый приятный подарок тот, который получен неожиданно?
Я не различаю подарки по праздникам - часто не выдерживаю и дарю раньше. И вообще приятны все подарки, даже ожидаемые.

Дайте, пожалуйста, совет от Ренаты Литвиновой нашим читательницам о том, как
правильно подобрать модный аксессуар или духи. Чем вы руководствуетесь, выбирая это для себя?

Я люблю духи с историей. Безошибочные - это Шанель № 5 или моя любимая Красная Москва. Но я все время экспериментирую, мне нравятся насыщенные ароматы, натуральные, тем более они так согревают зимой, в холода. Я считаю, что и среди русских духов можно выбрать что-то очень хорошее и пахнуть «по-русски». Что-то можно найти в тех же антикварных магазинах, например, в «Розе Азора». Я, как попаду туда, накупаю старинных духов, то есть с советских еще времен. Некоторые даже не распечатаны. И как же они удивительно пахнут, не прокисают, темно-коричневого цвета - именно такого цвета и должны быть духи. А точнее, именно такого цвета духи мне нравятся.

Что бы вы пожелали читателям и читательницам журнала в новом году?
Я бы пожелала любви, как наиважнейшей мотивации и оправдания нашей
жизни, такой ужасно бессмысленной без нее.

Отредактировано Galina (12-12-2008 14:33:05)

0

11

Актриса и режиссер Рената Литвинова считает, что по-настоящему талантливых людей не так уж и много и их нужно беречь. Она не верит в несостоявшихся гениев, потому что убеждена: если человек талантлив, то рано или поздно он добьется признания и успеха. Кто-то считает ее странной, а кто-то поклоняется ей, словно идолу. Красивая женщина не любит давать интервью, но для газеты «Россия» она сделала исключение и рассказала о своих новых работах и о дочери, которая для нее – главный жизненный приоритет

Актриса и режиссер Рената Литвинова считает, что по-настоящему талантливых людей не так уж и много и их нужно беречь. Она не верит в несостоявшихся гениев, потому что убеждена: если человек талантлив, то рано или поздно он добьется признания и успеха.

Кто-то считает ее странной, а кто-то поклоняется ей, словно идолу. Красивая женщина не любит давать интервью, но для газеты «Россия» она сделала исключение и рассказала о своих новых работах и о дочери, которая для нее – главный жизненный приоритет.

Кинодокумент о Земфире

– Ваш фильм «Зеленый театр в Земфире» стал ярким и неожиданным для коллег…

– В этот фильм мы вложили собственные деньги. Через несколько лет он превратится в кинодокумент. Мало артистов оставили после себя хорошее видео. Например, почти ничего нет от моего любимого Виктора Цоя, от Башлачева. Мы рассказали о выдающейся певице, авторе и музыканте – Земфире. До нас никто еще не снимал цифровые концерты, не выпускал их на экран. Мы просто стали первыми.

– Вы сняли для нее несколько клипов как режиссер?

– Я делала ролики Земфире только потому, что я – поклонница ее творчества. Но мне неблизко клиповое мышление. Я сняла три клипа – «Блюз», «Прогулка», «Самолет». Сюжеты родились сами собой, по вдохновению. Больше не хочу, пусть другой кто-то попробует.

Очередной шедевр Муратовой

– Говорят, вы нетерпимы к некоторым людям?

– Я очень компромиссна, но только в работе. В жизни стараюсь сама выбирать людей для общения. Знаете, ведь есть не люди, а биосущества, недумающие и бесчувственные. По отношению к ним у меня есть некоторая гордыня.

– Сейчас вы работаете над фильмом «Мелодия для шарманки» с Кирой Муратовой?

– Я видела рабочие материалы фильма. На мой взгляд – это очередной шедевр Киры. Такое впечатление, что она неиссякаема, настолько это снова совсем другой ее фильм. В нем я составляю семейную пару, страшно сказать, с Олегом Павловичем Табаковым! Играю женщину-фею, которая хочет спасти беспризорника, но… не успевает. Такой странный образ а-ля волшебницы, с палочкой и короной. В фильме я стою на небоскребе и говорю: «Боже мой, город такой огромный… Так много неспасенных детей. И вот еще один. Не успела, не спасла». Некоторые вещи не нужно понимать, их нужно чувствовать. Очень пронзительный фильм. Хорошо, что здесь у меня роль положительная, а то в последнее время она мне доверяет роли каких-то алкоголичек и авантюристок.

– Вы подруги?

– Я к ней отношусь с огромным уважением и любовью и никак не могу перейти барьер «в подруги». Вообще это определение человеческих отношений не для меня. Я признаю соратников, любимых. На другие ответвления у меня просто нет времени. А время я хочу тратить на самых дорогих для меня людей. К Кире у меня с годами, кроме уважения и восхищения, большая нежность, как к родному человеку, очень теплое чувство. Она всегда среди моих самых любимых людей, которых не так много, смею заметить. И необязательно созваниваться каждый день и трещать о своих напастях – она в моем сердце, если выражаться высокопарно.

– А когда ждать ваш новый режиссерский проект?

– Как только кризис окончательно наступит – тогда и начну. Я заметила по всей своей жизни, что кризисы для меня – самое любимое время. У меня это скорее отчаяние. И я люблю погрузиться в него. Оно так питательно. Наверное, странно, но я стараюсь полностью отдаваться этому чувству. Не все ж себя хранить, есть да наслаждаться. Отчаяние стимулирует к чему-то новому. Дает мысли, эмоции, заставляет двигаться дальше.

Классика вместо борща

– Вы могли бы предсказать свое будущее?

– Вряд ли это нужно обсуждать вот так. Уверяю вас – наказуемо. Не стоит думать об этом вообще. Судьба – вещь насильственная. Надо научиться быть свободным, жить, творить, говорить глупости. Тогда лишь появится шанс попасть туда, куда нужно.

– Хотите ли вы, чтобы ваша дочка верила в чудеса?

– Чудеса и со мной случались, особенно в детстве, когда ты не понимаешь, что это чудо, а воспринимаешь умение летать под потолком или схватывание мысли близкостоящего человека как норму. Когда к тебе приходят умершие, особенно в дожди или у моря, или в оттепель, и ты не умеешь еще бояться мертвых, а воспринимаешь их как живых и радуешься встрече, а не седеешь от ужаса. Если Ульяна не будет бояться... Вообще все дети верят в чудеса и тайно – все взрослые.

– Тогда какой судьбы вы хотели бы для Ульяны?

– Самое главное, чтобы она сформировалась как личность. Она мне уже сообщила, что, как мама, будет актрисой или певицей. Для меня важно, чтобы она была в первую очередь образованной. Ходила в музеи, читала книги, имела свое мнение и не боялась его высказывать. Не хочу, чтобы она стала «бабой», такой кухонной теткой, которых называют хорошими хозяйками, потому что, кроме как варить борщи, они ничего не умеют. Не нужно нам этого, лучше классику почитаем. А остальное все со временем приложится.

0

12

Хорошее люблю
Должен ли потребитель быть патриотом?

За

Рената Литвинова, актриса:

- Быть патриотом - это всегда хорошо, это прилично. И, конечно, хорошо бы, чтобы в магазинах все люди, делая покупки, были патриотично настроены. Хорошо бы - если бы наш человек выбирал не китайские товары. Мы ведь сейчас практически все пользуемся китайским рынком. Даже если на ярлычках написано "Италия" или "Англия", все равно все производится в Китае, и все равно покупаем.

При выборе автомобиля я, разумеется, патриотическими чувствами не смогу руководствоваться: русский автомобиль давным-давно проиграл схватку. Но овсяную кашу я покупаю русскую. Гречневую кашу я тоже покупаю русскую. Покупаю все русское, что осталось откуда-то там с детства, с советских времен, когда был такой "знак качества". А сейчас его в принципе не существует, и это очень жаль. Однако есть молокозаводы, которые выпускают молоко не из порошка. Я знаю, что нас там опосредованно не обкармливают химией, поэтому покупаю их продукты. Я, например, знаю, и что наших лососей не откармливают гормонами. А других - откармливают. Когда лосось в человеческий рост - понятно, как его кормили, и понятно, что нам не стоит его есть. И все эти курицы нерусские - мне кажется, это все какие-то корма-анаболики их такими здоровенными и гладкими делают. И поэтому из двух куриц - нашей и импортной - я выбираю нашу, это и для меня самой, и для российского крестьянина полезно.

Что касается одежды, мне лично нравятся русские дизайнеры. Если у них все сшито в России, это гарантировано хорошее качество. И отечественные кофточки, всякие свитера, брюки ничуть не хуже импортных. Я тут вошла в товарищество с одной крупной русской фабрикой, которая в Питере, и сейчас выпущу свою коллекцию одежды, но она же ведь будет русская! Там уже сшили несколько образцов платьев летних, и все мои подруги, и я сама уже загорелись купить себе такие, потому что это очень хорошее качество. И фабрика будет все вещи изготавливать только из качественных материалов - натурального шелка, натуральной шерсти. И это будет такой покрой, чтобы все вещи могли надевать не только девочки-подростки, а женщины, которых можно назвать женщинами. Потому что иногда я смотрю на все эти импортные вещи в магазинах и не понимаю, для кого они сшиты: для человека, для женщины или для маленького скелетика?

Так что нашего производителя как могу, так и поддерживаю.

А если бы наших производителей еще и государство поддерживало... Все эти западные бренды - это ж огромная индустрия, в них же такое бешеное количество денег закачивалось. У нас же никто никого не поддерживает. А все финансы куда-то в другую сторону уходят. Наши же талантливые люди находят каких-то инвесторов и шьют себе в каких-то маленьких мастерских. И у них маленькие магазины, которые в принципе не могут делать им ни славы, ни денег.

И кто говорит, что нет русских брендов? Например, есть известные с советских времен духи - ведь это же замечательные духи. Но, к сожалению, русские женщины лучше выложат 100 долларов за иностранную какую-то туалетную воду. А мне нравятся эти наши духи. Есть специальный магазин - об этом даже не все знают, - где их купить всегда можно. И фабрика, которая их выпускает, слава Богу, еще существует.

На самом деле наш производитель по полету творческой фантазии, умению давать качество ничуть не хуже импортного.

0

13

ОК, №7 12 февраля 2009

Образ Ренаты Литвиновой — утонченной интеллектуалки, где-то даже неземной, не от мира сего — заставляет многих задаться вопросом: а какая она в обычной жизни? Невозможно представить себе, как она, например, стоит у плиты и жарит яичницу. Но Рената возражает: «Очень даже жарю! А если начинаю мыть пол, могу даже и увлечься, часа на три. И клокочу, клокочу... Перехожу на стены, на мебель... Но это бывает редко. Обычно у меня просто нет такой возможности: на быт остается очень мало времени». Так что в ресторанах актриса бывает гораздо чаще, чем готовит дома. Мы поинтересовались у Ренаты, как она себя там ведет, а она рассказала еще и о многом другом: почему не ходит на пляж, чем плохи браки с богатыми мужчинами и зачем надо вступать в конфликты.

В нашей фотосессии вы предстали в роли капризной дивы, которая третирует официантов. А в реальной жизни вы какая? Можете официанта отругать?
Нет. Как можно унижать человека, который в силу своей профессии и так в зависимом положении? Правда, встречаются еще поразительно советские работники быта, продавцы, консьержи, охранники, и думаешь — когда же все они кончатся? Почему они не поумирали вместе с СССР? Эти врачи в травмопунктах, милиционеры, чиновники… Они смотрят на тебя утомленно, как на проблему.

Как вы себя ведете, когда сталкиваетесь с такими охранниками? Отвечаете или терпите?
Иногда не выдерживаешь: «Почему такой хамский тон, почему такой момент одолжения?» Мне это непонятно. Ну если ты так ненавидишь людей — зачем тут сидишь? Найди себе другую работу. С неживыми предметами. Многие люди, конечно, свою работу ненавидят. И думаешь: господи, как хорошо, что мне нравится то, чем я занимаюсь!

Вы уже столько разных профессий перепробовали. Вот сейчас выпустили собственную коллекцию одежды совместно с брендом ZARINA. Почему вы решили стать дизайнером?
Я не претендую на звание дизайнера, это не моя профессия. Это скорее некая акция, когда ты открываешь шкаф и вынимаешь оттуда свои самые любимые, выстраданные платья. Я хочу ими поделиться. И переодеть наших дам по демократичной цене, что в условиях кризиса очень актуально. Мои наряды лаконичны и просты и будут шиться из качественных натуральных тканей. Я вообще считаю, что русские женщины самые красивые. И с неистребимой волей быть на шпильке, быть всегда роскошными, чтобы все на них оборачивались... Только ведь так трудно найти хотя бы простое черное платье за нормальную цену. Из шелка или из шерсти. Без всех этих рисунков, стразов, складок, нашлепок, ненужных подробностей, которые я всегда с ненавистью отрезала. В последнее время все одинаково одеваются, как-то стало трудно одну блондинку отличить от другой. А ведь быть ни на кого не похожей гораздо ценнее, чем быть... как из журнала.

То есть глянцевых журналов недостаточно, чтобы развить вкус?
Нет, конечно. Вкус — это и образование, и наличие мозга, и опыт посещения музеев, театров, просмотров великих фильмов. Вот моей «Ренатиной коллекцией», которая поступит в магазины 1 апреля, мне буквально хочется привить манеру носить вуаль! Я бы выдавала ее бесплатно ко всем своим платьям. Этот анна-каренинский элемент, абсолютно русский, который был так несправедливо утерян русской модой. Вуаль на шляпе, вуаль на заколке. Ею можно просто обмотать волосы, и это возвращает женщине женское — ее беззащитность. Мне кажется, что мужчины в нас перестали это замечать, они могут позволить себе ударить женщину, толкнуть автомобилем... Не уступить место тоже считается нормой. Это поразительно. Может, в конце концов, вуаль убережет кого-то от удара в лицо… Не знаю.

А вас когда-нибудь бил мужчина?
У меня не было такого опыта, скажу честно. Может, даже скорее я склонна чем-то шваркнуть. Но это по молодости было.

По лицу шваркнуть?
Нет, конечно. Я не умею бить по лицу, это все же лицо. Если возникает такое желание, то лучше уж пристрелить.

Есть громкие женщины, темпераментные. А вы как с мужчинами ссоритесь?
Знаете, есть очищение в том, что ты отстаиваешь свою точку зрения. А долготерпение — это я поняла с возрастом — непродуктивно. Если задевает какая-то проблема, надо ее решать, но, конечно, без рукоприкладства. Люди, которые отстаивают свое поле влияния, всегда в выигрыше. Есть люди, которые ленятся вступать в конфликты, пытаются их обтечь, обойти, но это в конечном счете ни к чему не приводит. Можно промолчать всю жизнь и с этим чувством не удовлетворенности отправиться в мир иной.

Вы считаете, обязательно надо вступать в конфликты?
Ну а как же? Если вы имеете какую-то внутреннюю проблему, какую-то претензию, то она разъедает вас и надо ее озвучивать. Люди не любят выслушивать претензии, но что же делать. Надо.

А с врагами вам приходилось сталкиваться? С такими, которые явно вас ненавидят, и есть ощущение, что они постоянно что-то там роют, копают, совершают подлости?
Враги бывают разного масштаба. Есть интересные враги, из них можно извлекать какие-то плюсы. А если это человек мелкий по своей сути, то он скорее вреден для здоровья. Разменивать свою жизнь на него достаточно непродуктивно. Может, у него такой смысл жизни — ненавидеть тебя, но это его смысл, не твой. И если ты имеешь свободу и счастье исключить его из своей орбиты, это и нужно сделать.

Вы считаете, судьба человека зависит от него самого? Или от тех, кто его окружает, от встреч, в том числе случайных?
Характер и есть судьба. Но иногда бывает, что тебя прямо ведет в заданном направлении, как будто кем-то срежиссированном. Оглядываясь назад, я благодарна многим событиям, которые, возможно, были на первый взгляд негативными, но в результате, спустя годы, обратились в плюс.

Это режиссура свыше?
Можно и так сказать. В молодости ты не можешь контролировать все свои глупости. И как будто кто-то от тебя отводит несчастья. Конечно, когда ты еще совсем незрелый человек, хорошо, если будет кто-то, кто сможет на тебя повлиять, что-то подсказать.
Сейчас установка у большинства молодых девушек, что надо выходить замуж непременно за богатого. Все это внушают люди из телевизора, наверное. Вот бы этим девушкам что-нибудь подсказать…
На самом деле это тяжелое испытание — выходить замуж за состоявшихся людей. В какой-то момент они подчиняют твою жизнь своей жизни. Надо обладать большим запасом прочности, чтобы сохранять себя в этой ситуации. Но, как правило, это не проканывает. Я вот не понимаю, как можно любить человека и одновременно требовать от него то, что ему не свойственно? Может, они боятся быть использованными? Ведь, как правило, тут льстятся на дивиденды. Есть замечательная сказка про мхатовскую звезду. Она узнала, что ее коллега выходит замуж, и спрашивает: «Он артист?» — «Нет». — «Может, режиссер?» — «Нет». — «Пьесы пишет?» — «Нет». Она помолчала: «Неужели кто-то из публики?!» Есть и такое разделение. Может, не стоит выходить замуж за кого-то из публики, включая этих дурацких бизнесменов.

И еще сейчас распространен такой образ красоты: силикон в груди, губы надутые. Причем в большинстве случаев это дико выглядит.
Я в этой связи думаю о корректности врачей. Господи, кто же лезет в эту профессию! Тут же надо руки поотшибать, они так человека уродуют! Я считаю, что для любой операции нужны показания. Или если вы охвачены психозом, что вот у вас нос ужасный и вы с ним жить не можете. Но надо не перебарщивать, надо научиться принимать себя такой, какая ты есть… Мне тоже этому надо научиться, я в постоянных претензиях к себе. Зачем мы так зависим от этого лица, думаю иной раз. Как сделать, чтобы не страдать из-за дурацкой кожи, из-за прыщика?

Как вы ухаживаете за собой, чтобы поменьше расстраиваться? Чтобы избежать прыщиков, морщин, кожи обвисшей?
Я не хожу на фитнес — у меня нет времени. Я всегда с удивлением читаю в интервью известных людей: «Я хожу пять, шесть, семь раз в неделю по два часа». Туда хотя бы добраться нужно — час, уйти оттуда — час, там еще провести час. Три часа из жизни вырываешь… А если есть люди, которым ты хочешь посвятить это время? Нет, я так не могу. Я все думаю: а если бы дома крутить педали? Но пока тоже ничего не решила. Вообще я знаю, что фитнес затягивает, это какая-то наркотическая история. Я занималась им в периоды своей глубочайшей несчастности. Вдруг ты начинаешь попадать в какие-то кроссы, в фитнес-центры — странный перекос в сторону тела идет. Это когда людям чего-то не хватает в жизни.
Удивительно, что вы физкультурой не занимаетесь, но при этом худая, хорошо выглядите.
Я худая? Хорошо выгляжу? Как-то некоррект-но мне об этом выкрикивать на всю страну. Конечно, надо меньше есть. Я все время говорю, что, чем старше становишься, тем больше надо склоняться в сторону какого-то аскетизма по поводу еды. А с другой стороны, нельзя же вообще ничего не есть. Когда люди не пьют совсем, это подозрительно. Или совсем не едят масла, хлеба.

Вы себе в этом не отказываете?
Нет. Я ем и масло, и хлеб.

А что больше всего любите? Раз уж у нас получилась в некотором смысле кулинарная съемка.
Я не ем взбитые сливки, конечно, — это очень жирно. Мне нравятся устрицы, но это надо не в Москве есть. Я вам скажу, что у меня был период, когда я ела одни салаты. Я перемешивала листья салата с оливковым маслом, с лимоном, и можно было это есть, например, с лавашем.

Это было с целью похудения?
Мне просто нравилось, да и денег особенно не было тогда. Сейчас я с утра могу съесть какой-нибудь бутерброд или яичницу. Обеда у меня, как правило, не бывает. Ну, вечером салат с чем-то. Да, я мало ем, если дома, но мне нравится пить чай с вареньем. Господи, мне нравится пить белое вино, я не знаю, что должно случиться, чтобы я вообще не пила. Не хочу до такой степени охотиться за внешностью… Хотя, конечно, грустно, когда ты с возрастом теряешь ее по кусочкам. Это место не можешь показать, тут не можешь открыть, тут надо закрыть купальником, тут лучше надеть ночную рубашку. Потихоньку закрываешь все больше мест. И на пляж уже не тянет. Но это нормально.

А за кожей вы как ухаживаете?
Кремы я накладываю и утром, и вечером, но ничего специального. Вот есть замечательные таблетки имедин, они очень положительно влияют на состояние кожи. Иногда я начинаю ходить на процедуры, но сейчас уже давно не была. Надо пойти. Вообще если за кожей ухаживать и делать припарки, она будет благодарно реагировать. Я вот пришла к выводу, что большой вред иммунитету кожи приносят по любому чиху прописанные антибиотики — это какой-то недооцененный враг. Мне кажется, что если только что-то совсем смертельное — только тогда можно их применять. А у нас сейчас такие врачи, не вглядываются, и сразу по схеме выдают сильнейшие препараты.

По отношению к врачам люди делятся на несколько категорий: одни игнорируют врачей, другие ходят к ним постоянно. А вы как?
У меня мама — вообще-то, врач — все время мне говорит: «Зачем ты ходишь по врачам?» Я говорю: «Ну а как иначе, если болит?» — «Не надо, у меня было то же самое, причем самые страшные показания». — «И что, мама?» — «Само рассосалось». (Смеется.) И еще она говорит: «У тебя были ноги колесом, ты, если надо было быстро, перебегала на четвереньках и пугала гостей. И глаза косили, а один глаз особенно был смещен к носу». — «И ты, мама, меня лечила, наверное...» — «Нет, само все прошло. Глаза сами расставились по местам. И ноги раз — и выпрямились». Я прямо даже не знаю, бывает такое? При этом она хирург.

Действительно, смешно. И вы так и не ходите к врачам?
Я, как правило, не дохожу. А еще появилась мода, что нужно пойти к психологу.

У вас есть проблемы?
Все-таки не до такой степени... Есть в жизни вопросы, которые не всегда разруливаются. А может, их и не надо разруливать? Надо просто принимать такими, какие они есть. Меня часто спрашивают журналы, что мужчины должны знать о женщине. Да пусть они ограничиваются тем, что они никогда до конца ее не узнают, пусть они ее любят такой, какая она есть! Зачем ее разгадывать? Это же не часовой механизм, чтобы думать, что вот здесь втулка, вот тут ролик… Сердце же дано не для этого. Иногда совсем не понимаешь человека, но любишь. Надо просто любить.

Вопрос как раз про отношения с мужчинами. У вас в январе был день рождения…
Да.

И появились фотографии в Интернете. Ваш бывший муж приехал вас поздравить — до этого его почти никто не видел. Он производит впечатление человека совсем из другого мира. Во всяком случае, его очень трудно представить мужем Ренаты Литвиновой… Что вас с ним связывало? Как получилось, что вы не просто стали жить вместе, а поженились?
(Пауза) Я не смогу ответить на этот вопрос, не задевая кого-то. А врать не хочется. Все-таки я промолчу. Промолчать бывает так правильно.

0

14

Рената Литвинова о том кто для нее мужчина мечты:
"Секс-символ для меня - это, безусловно, Шон Пенн. Мне вообще нравятся такие чуть-чуть уроды - гениальные, отрицательные в общепринятом смысле парни, которые нарушают табу. Они какие-то исключительные люди. Ты видишь, что все остальные просто играют, а эти - настоящие личности".

Журнал "ОК", март 2009

0

15

Рената в журнале "GRAZIA"

GRAZIA: Правда, что вы недавно
болели?
Рената Литвинова: Никак не могу выздороветь. Изодрала свой иммунитет, нет мне покоя.
GRAZIA: Некоторые девушки часто простужаются, потому что даже в холода носят легкую одежду, хотят выглядеть красиво. Вы к таким не относитесь?
Р.Л.: Относилась в юности, сейчас– лишь отчасти. А тогда со мной боролись: заставляли надевать какие-то ужасные шапки-ушанки, обрезанные дедушкины рейтузы с начесом, чтобы было тепло.
GRAZIA: Кальсоны?
Р.Л.: Да! Моя мама вообще была таким иезуитом– перешивала для меня дедушкины кальсоны. Отрезала концы и выдавала, чтобы я надевала под юбку. Как я страдала, если б вы знали! И еще было одно горе: купили мне белые сапоги из кожзаменителя. Вся одежда в моем гардеробе более-менее темная– и вдруг эти белые ноги! Но ведь мы жили в Советском Союзе. 
Тогда что продавали, то и носили. А дети вообще бесправны были: дали– надевай. Но я считаю, что когда люди носят белые сапоги– это запредел.
GRAZIA: Пижонство?
Р.Л.: Нет, это болезнь мозга. А есть же дамы и господа во всем белом! Даже в холодную и слякотную погоду. Главное, чтобы все было белое– пускай испачканное, но из белой ткани. Прямо из учебника по психиатрии: склонность носить белое– ботинки, носки и выше,– признак шизофрении.
GRAZIA: Вы совместно с маркой Zarina выпускаете собственную коллекцию одежды. Расскажите о ней поподробнее.
Р.Л.: 1 апреля в продажу поступит летняя коллекция. В ней будут маленькие черные платья, шелковые пиджаки, в которых не жарко летом, платья в классический горох, сарафаны с открытой спиной, много шелковых платков, очки дымчатые (одну пару у меня украли в Венеции– это был пробный экземпляр), а главное– вуали. Наконец в российских магазинах появится такой бесконечно женственный и давно утерянный аксессуар! А буквально сейчас отшивается зимняя коллекция: шапочки из каракуля, маленькие черные пальто без плечей, чемоданчики– знаете, как у слесарей были? – и пелерины из перьев к Новому году.
GRAZIA: Любите черный цвет?
Р.Л: Есть у меня склонность к нему. Что бы ни говорили, я считаю, черный– это очень русский цвет. То есть в некотором смысле мы все какие-то сицилианки. Черный скрывает, окутывает тайной и стройнит. И сколько бы его ни критиковали, ни называли мрачным, женщины все равно покупают 80% одежды черного цвета.Я могу посоветовать носить простые вещи, без лишних аксессуаров, но разбавлять их чем-нибудь цветным.
GRAZIA: Вам хотелось бы выпускать под своим именем еще какую-нибудь продукцию? Духи, например?
Р.Л.: Отнеслась бы к такому предложению ответственно. Я фанат духов «Красная Москва». Лучше них трудно что-то сочинить. Это шедевр. Как соз­дать аромат, популярность которого длилась бы веками?
GRAZIA: А как насчет чипсов или соков «Рената»?
Р.Л.: Да ну, они же все невкусные! И вредные, в них одни химические добавки.
GRAZIA: Вам не бывает обидно от того, что ваш образ заслоняет собой творчество? Люди знают, какая вы, копируют вашу манеру поведения, но при этом зачастую не в курсе, где вы снялись, что написали.
Р.Л.: Есть такой перекос. И он всегда был. Потому что я ведь начинала как сценарист, училась на сценарном факультете ВГИКа. И уверяю вас, мне с первого курса предлагали сниматься в кино. Я всем говорила нет. Я как-то по-юношески была высокомерна, прямо брезговала. Мне не хотелось подчиняться каким-то придурочным режиссерам. У меня была другая жизнь. Но потом поступило предложение от Киры Георгиевны Муратовой, я не смогла отказаться– и вот, понеслась душа в рай… Именно после этого я и начала приобретать известность. Судьба так сложилась, что я вдруг стала больше узнаваема как исполнительница, нежели как человек, который пишет сценарии. Интересно еще и то, что в какой-то момент мне даже расхотелось продавать сценарии другим людям. Или писать их для кого-то, кроме себя.
GRAZIA: Боялись, что испортят?
Р.Л.: Я физически не хотела никому отдавать их. Например, продала права на экранизацию своей повести «Обладать и принадлежать» Валере Тодоровскому, и он снял фильм «Страна глухих». Там нетронутой осталась, собственно, только вот эта глухонемая героиня Яя… Потом, это уже в последний раз, я отдала Кире (Муратовой. – Примеч. Grazia) новеллу про мужчину, стареющего плейбоя– в этой роли снялся Богдан Сильвестрович Ступка. Фильм этот опять был очень радикальный. И все. Я, конечно, не склонна продавать свои тексты. Мне жалко.
GRAZIA: Предпочитаете откладывать идеи в стол?
Р.Л.: Лучше самой снять фильм. Я все время думаю: мне, например, приятно рисовать, но не сильно нравится играть в кино, это достаточно мучительно. А снимать как режиссер люблю, даже не устаю никогда. Монтировать обожаю.
GRAZIA: Вы часто встречаете тех, кто вас не принимает?
Р.Л.: Встречаю и даже могу понять: иногда смотрю на себя со стороны, и у меня тоже появляется странная реакция.
GRAZIA: Вам говорят гадости?
Р.Л.: Очень мало кто решается высказываться прямо в лицо. А за спиной– имя им легион. Есть и те, кто самоутверждается за счет оскорбления других.
GRAZIA: Можете сказать человеку всю правду в глаза?
Р.Л.: Ну, если я его очень уважаю и люблю, а остальным нужна ли эта правда? Вообще, я встречала одного-двух человек, способных всегда отвечать честно.
GRAZIA: Что вас заставило на церемонии вручения премии «Золотой орел» резко высказаться о нашем телевидении, наз­вать его «перегноем» и «шлачиной»?
Р.Л.: Ну это же правда!
GRAZIA: Вы сказали то, что все и так знают, просто предпочитают лишний раз не озвучивать.
Р.Л.: Я подумала: господи, ну что опять мне такая странная номинация досталась (Рената объявляла победителя в номинации «Лучший телефильм или мини-сериал».– Примеч. Grazia)? А что можно сказать про телевидение? Это некий поглотитель времени, хотя я же уточнила, что среди сериалов, среди шлака, встречаются очень приличные работы. Есть люди, которые стараются, несмотря ни на что. А есть те, кто даже не утруждает себя. Это такой бизнес– мыльные оперы. А если не нравится то, что я говорю, тогда, может, не надо меня приглашать?
GRAZIA: Никита Михалков вам что-нибудь сказал?
Р.Л.: После того как мы снялись вместе у Балабанова (в фильме «Мне не больно».– Примеч. Grazia), он от резкой неприязни перешел к противоположному чувству. Он мне тогда честно– вот, кстати, человек– признался, что не любил меня и, что называется, раздражался. Но после близкого контакта, видите, принял.
GRAZIA: Вы часто ошибались в людях? Например, представляете себе человека, а при встрече он оказывается другим и вызывает разочарование?
Р.Л.: Это естественный процесс, но с возрастом я особенно не очаровываюсь. Наоборот, люблю людей, которые не прикидываются хорошими. От двуличных исходит зло.
GRAZIA: Я вот часто разочаровываюсь в актерах, когда вижу их вне экрана. Расстраивает несовпадение реального человека с его кинообразом…
Р.Л.: Насчет актеров не обольщайтесь. Ну да ладно, я не буду их пинать, они люди зависимые. Им надо нравиться с первого раза. Это вообще такая профессия– женская, чего уж тут говорить…
GRAZIA: Планируете ли вы в ближайшем будущем снова поработать вместе с Земфирой?
Р.Л.: Обязательно. Я считаю ее выдающимся композитором и исполнителем.
GRAZIA: А что вы можете сказать о ней как о человеке?
Р.Л.: Это же неразрывно связано: она очень благородный человек. Я знаю ее достаточно длительный отрезок времени, поэтому говорю не в ослеплении или эйфории. Мой ответ абсолютно продуманный и выстраданный. Она– очень цельный, честный, бескомпромиссный человек, абсолютный трудоголик, который никогда не согласится петь под фонограмму. Вообще она одна такая.
GRAZIA: Как вы думаете, существует ли связь между характером человека и его творчеством?
Р.Л.: Да!
GRAZIA: А если кто-то, например, пишет гениальные книги, но сам по себе омерзителен, примете его творчество?
Р.Л.: Если он талантливо пишет, то просто не может быть омерзительным. Потому что масштабные люди масштабны во всем.
GRAZIA: Вы помните, о чем были ваши первые сценарии?
Р.Л.: В начале я сочиняла немые этюды, довольно идиотские. А потом писала как литературу только то, что видно и слышно.
GRAZIA: Вы зачитывали свои тексты перед другими студентами. Легко справлялись с этим?
Р.Л.: В институте довольно быстро стало понятно, кто талантливый. Некоторые казались мне неинтересными. Я была критичной.
GRAZIA: По отношению к другим или к самой себе?
Р.Л.: Ко всем. Хочу рассказать вам про специфику сценарных факультетов. На них же принимают людей достаточно пожилых– по крайней мере так мне, девятнадцатилетней, казалось. Когда я увидела свой курс, пришла в ужас. Подумала: «Боже, какие они все старые и страшные!» Было несколько юных существ, включая меня. А на курс старше, например, учились талантливейшие Петя Луцик и Леша Саморядов (сценаристы фильмов «Дети чугунных богов», «Лимита», «Гонгофер», «Дикое поле». – Примеч. Grazia), мои сотоварищи-ухажеры. Они были такие маргиналы. Я могла прийти к ним в гости и обнаружить, что у них нет кровати, они спали на сорванной с  петель двери! Помню, у них из карманов выпадали пачки денег– они первые начали писать сценарии сериалов и вообще зарабатывать, еще будучи студентами. А Саморядов, он же очень плохо видел. Однажды перепутал меня с бабушкой. Представляете? Ошибся дверью, зашел в соседнюю. А там моя бабушка. Он сел рядом с ней, повернулся и сказал: «Привет, Рената!» Причем был от нее на расстоянии десяти сантиметров. Она хохотала. И он, бедный, видите, полез через балкон (Алексей Саморядов погиб в 1994 году, сорвавшись с балкона ялтинской гостиницы.– Примеч. Grazia). Он был феерически одаренный человек.Поразительно, конечно, что я ни с кем особо не общалась, а с ними у меня достаточно много историй происходило, и все какие-то сказочные. Помню, Саморядов приг­ласил меня на пельмени. Варит их, а они не всплывают. Берет ложку, вынимает один, и вдруг у него этот пельмень вываливается из ложки и начинает катиться. Мы смотрим на пол– сквозь тесто просвечивает железо. Выковыриваем вместо мяса железный шарик. Короче, выключили плиту, заглянули в кастрюлю– а там все пельмени начинены этими шариками. И Леша такой: «Я купил,– говорит,– несу и думаю: чего они такие тяжелые?» И вы понимаете, это правда! Саморядов меня пригласил на пельмени с железными шариками! С ним постоянно такие случаи приключались. То есть они с Луциком писали истории не из головы, а из своей жизни.
GRAZIA: А может, Саморядов просто подшутил над вами, разыграл?
Р.Л.: Нет, там публики не было. Чего меня разыгрывать? Он сам ужасно расстроился. И я была девушка серьезная, водку не пила. Встала и сказала: «До свидания». Я помню, все дворы были завалены этими шариками. В перестроечный период выкидывали шарикоподшипники, у меня во дворе они катались, все дети играли ими.
GRAZIA: Сейчас пельмени с железными шариками, конечно, не продаются, но как вам кажется, жизнь стала лучше? Ведь именно вам приписывают фразу «Как страшно жить!» 
Р.Л.: Никогда ее не произносила. Ее придумал и распространил по людям Андрей Мановцев, покойный уже. Я, наоборот, с возрастом становлюсь более счастливой.
GRAZIA: Один мой друг считает вас и Константина Мурзенко главными современными писателями.
Р.лЛ: Ну ваш друг хватил! Но мне приятно. Писатель должен сидеть и писать весь день.
GRAZIA: У вас так получается? Слов двести в день пишите?
Р.Л.: Нет. Для этого нужна концентрация, чтобы все и всех отмести, подстроить под свой график. Знаете, бывают быстрые планеты и медленные. У меня– очень медленная. Может, я обольщаюсь, но такое усердное писательство– следующий этап моей жизни. Когда я наконец состарюсь, уймусь, перестану сниматься на эти обложки…
GRAZIA: Вы как будто ждете этого?
Р.Л.: Ну рано или поздно тургор кожи ослабеет, как говорит моя мама-врач, и я смогу сосредоточиться над листочками и не быть такой востребованной...
Интервью: Андрей Захарьев 

http://pic.ipicture.ru/uploads/090316/thumbs/eLqG5cm4dT.png http://pic.ipicture.ru/uploads/090316/thumbs/u5sWP0NM53.jpg http://pic.ipicture.ru/uploads/090316/thumbs/WYjjIKA7aR.jpg

+1

16

10 ВЕЩЕЙ, КОТОРЫЕ СТОИТ УЗНАТЬ О ЖЕНЩИНАХ

1. Дайте женщине время, чтобы побыть одной, умейте отпускать.
2. Невыносимо, когда мужчина торчит дома сутками напролет.
3. Предполагая в женщине худшее, это и приобретете. Вывод: обожествляйте ее, говорите ей об этом, и она никогда не поступит плохо.
4. Любящий не прячет свои деньги по сусекам. А если вы что-то прикапываете втайне, вы не любите эту женщину — вы от нее отдельно.
5. Качество мужчины проявляется, когда ему сделали больно. Умейте благородно расставаться.
6. Почему вы бежите под душ с утра, но не после работы перед сном?
7. Мужчина-сплетник — уже полу-баба. Интимные детали про бывших дам пусть умрут внутри вас.
8. Способность делать жесты восхищает!
9. Страсти утихают года через три. Остается щедить женщину, прощать ее, учитывать ее, великодушничать, смешить и, наконец, соединиться в одно и умереть.
10. В конце концов, не нужно ничего понимать и знать о женщине. Ее нужно просто любить.

Рената Литвинова, Esquire, март 2009

0

17

Влюбленная в Ре написал(а):

10 ВЕЩЕЙ, КОТОРЫЕ СТОИТ УЗНАТЬ О ЖЕНЩИНАХ

Просто философские изречения! Молодец, Рената!

0

18

"РОДНАЯ ГАЗЕТА" № 3(255), 20 марта 2009 г., полоса 1

Рената Литвинова: Я телевизор не смотрю, и меня ничего не раздражает уже
На съемки фильма "Зеленый театр в Земфире" Литвинова и Земфира вкладывали собственные деньги и не брали для работы людей из «телека».
Рената Литвинова удивляет разнообразием интересов: пишет рассказы и сценарии, снимает фильмы, работает актрисой и телеведущей. А недавно она еще выпустила собственную линию одежды. О том, насколько легко ей было пробиться, она рассказала "Родной газете”.

- Рената, с Земфирой у вас давние творческие отношения - она писала музыку к вашему фильму, вы снимали ее клипы, были режиссером концерта. Кстати, к кому из вас пришла идея снять "Зеленый театр в Земфире"?

- Был выбран правильный момент, правильное время. Она встретила свою группу, они все друг друга полюбили. Это был волшебный момент. В нем есть настроение. Все-таки это документальный фильм, который фиксирует такую выдающуюся личность на определенном отрезке времени. Я думаю, если бы я сейчас снимала этот фильм, то он бы не получился. Все произошло в нужный час. Всегда нужен час, когда надо сделать какое-то телодвижение. Мы с Земфирой сидели в монтажной и работали над клипом на песню "Мы разбиваемся". А Земфира как раз готовилась к своему концерту в Зеленом театре. И как-то вдруг родилась мысль снять его, а потом сделать, ну, просто, небольшой фильм. И никаких разговоров тогда про прокат не было. Да и до нас никто еще не снимал цифровые концерты, не выпускал их на экран. Мы просто пробили эту брешь и стали первыми. Получился не просто фильм-концерт, а фильм-портрет, скорее. Ведь самый лучший и самый точный портрет Земфиры это ее песни. Земфира выдающаяся личность. Очень питательная. Для молодых очень полезная. Я уже немолодая, но после энергетики, которая исходит от этого человека, хочется жить, сражаться. Пообщавшись с ней, ты можешь идти один против всех и победить.

- В "Зеленом театре в Земфире" вы попробовали себя в качестве продюсера. Что оказалось самым трудным?

- В тот фильм мы с Земфирой вкладывали собственные деньги, между прочим. И потому принципиально не брали для работы людей из телека, потому что они все испорченные. Про "окупилось не окупилось" глупо говорить - не это был целью. Пройдет чуть-чуть, и этот фильм превратится в документ. Мало больших артистов оставили после себя хорошее видео. Например, почти ничего нет от моего любимого Виктора Цоя, от Башлачева. Очень жаль, на мой взгляд. А мы имеем дело с выдающейся певицей, автором, музыкантом Земфирой. В принципе, это такая удача, что удалось зафиксировать ее блестящий концерт.

- За вами закрепилась слава арт-хаусного режиссера. Это сознательный выбор?

- Мне нравится, что я у вас ассоциируюсь с арт-хаусом. Но никогда не ставлю своей целью именно его. Это всегда продюсеры требуют от нанятых людей ориентирования на конкретную аудиторию, им же надо отбить бюджет. Хотя сама я рано или поздно окончательно уйду в литературу. Ну, когда устану от актерства и режиссуры.

- Вы кажитесь такой неземной, отстраненной от жизни. Например, за тем, что происходит в стране вы следите?

-Удручает постоянное физическое напряжение, которое испытываешь, живя в России. У нас тут все сделано против детей, женских каблуков, стариков, инвалидов. Иногда смотрю, идет какая-нибудь женщина: в одной руке сумка, в другой ребенок, и думаю: "Боже, Боже!". Да еще этот наш климат, грязь. Очень трудно.

- Сегодня с кем в тусовке общаетесь, дружите?

- У меня нет ни друзей, ни подруг. Есть только хорошие знакомые. Дружба - это роскошь, на которую нужно время. Я, например, не понимаю, как можно аккумулироваться, общаясь каждый день с кем-то. Ловлю себя на мысли, что неделями не могу побыть одна, и это меня опустошает. Ничего хорошего нельзя создать, постоянно находясь среди людей. Есть навязанный стереотип, что чем больше появляешься на публике, тем больше востребован. На мой взгляд, публичные люди - это шлак, пена.

- Тогда скажите, что сами цените в людях известных и не очень? Каким должен быть человек, чтобы заинтересовать вас?

- Все-таки передо мной должна быть личность. Что-то неординарное. Конечно, мне интересна индивидуальность больше, чем техника, которую может продемонстрировать тот или иной артист. Но больше всего мне нравится, когда человек рвет сердце. Или он какой-то интересный, странный. Я же люблю безумцев.

- На ваш взгляд, в чем сегодня основная проблема нашего шоу-бизнеса?

- В непрофессионализме. Я не слушаю музыку по радио, потому, что это такой треш! Что у нас передают по радио? Можно слушать несколько радиостанций, и то не все. Много шлака. Я не смотрю телевизор по этой же причине. Сейчас ведь нет там хорошего, качественного разговора, качественного кино.

- С творческим кризисом вы знакомы?

- Скорее, с отчаянием. Я люблю погрузиться в него. Оно так питательно. Я люблю поотчаяться, отдаваться этому чувству. Не все ж себя сохраняться: есть да наслаждаться. Отчаяние стимулирует для чего-то нового.

- Как вы думаете, ваша дочь Ульяна, когда вырастет, пойдет по вашему пути?

- Для меня же важно, чтобы она была в первую очередь образованной. Ходила бы в музеи. Была бы читающим человеком. А недавно моему ребенку подарили крысу. Лысая такая порода. Она жила у меня, я ее питала нормально, и вдруг она стала у меня страшно полнеть. Я ее посадила на легкую диету - одни яблоки. А она все равно раздувается и раздувается. И в тот день, когда ко мне домой приехала съемочная группа брать интервью, мы обнаружили двенадцать крысят. Какое там интервью?! Мы всех отдали, осталась одна самая здоровая - мама, сейчас она сейчас живет со своей дочерью.

- В одном интервью вы говорили, в какие игры вы играете со своей дочерью. А в своем детстве во что вы любили играть?

- У нас было лотто - такие мешки, где все перемешиваешь. Мы в каких-то партизан играли бесконечно. У меня была насыщенная жизнь - я еще играла в волейбол и ходила в танцевальный кружок. Но из всех танцев умею танцевать только грузинский.

- К цирку как относитесь? Вас ведь считают актрисой-клоунессой.

- У меня была подружка, она крутила кольца. У нее была челюсть, как будто ее отшибло, и она решила сделать пластическую операцию. Она так переживала, что позвала меня с собой к врачу. Врач постоянно разговаривал со мной и говорил, глядя на меня: "Какой красивый профиль!" После операции эта подруга позвала меня на выступление. Мы сидим с мамой и ничего не можем понять, потому что переживаем полнейший ужас. Я стою на сцене и кручу обруч. Врач сделал ей мой профиль. После этого у нее жизнь резко поменялась - у нее появился клоун международного масштаба. Вот так я отношусь к цирку.

- Вы всю жизнь живете в Москве. Что цените в ней больше всего?

- Я родилась в роддоме на Арбате, напротив кинотеатра "Художественный". А жили мы на улице Гиляровского. Это мои родные места. Наблюдаю, как меняется город. Наверное, не все в лучшую сторону, но все равно очень люблю Москву.

- Какие темы в кино сегодня вам наиболее интересны?

- Все те же самые – про любовь. Никто же нового ничего не придумает. Все сюжеты достаточно разработаны и только твоя яркая индивидуальность имеет ценность. Вообще самую большую ценность имеют только талант и время. Больше же ничего не купишь за деньги.

- О чем вы мечтали в детстве и все ли сбылось?

- Я отчаянно мечтала, и мечты имеют способность сбываться, даже самые ненормальные. Но людей, на которых бы я равнялась, не было. У меня очень позднее зажигание. Люди бывают с быстрыми планетами, а у меня медленная планета. Ты вызреваешь, вызреваешь и вот тебе уже скоро 50.

- Читаете ли вы статьи о себе и не раздражает ли вас то, что про вас пишет желтая пресса?

- Может, мне комплимент сделать желтой прессе? Упиваюсь просто статьями в этих изданиях. Не будем это теребить, не хочу я.

- Что вас раздражает в современном искусстве, на телевидении?

- А я телевизор не смотрю, и меня ничего не раздражает уже. У меня отключили все – и телефон, и каналы какие-то не работают, которые могут раздражать. У меня этих проблем нет. Книжки можно читать. Столько книжек непрочитанных.

- Вы нашли свой смысл жизни?

- Мне кажется, смысл жизни можно легко себе назначить. Я вот хочу любить. Единственное, что может оправдать мое существование. И людям, которых люблю, хочется, чтобы им было хорошо.

- Сальвадор Дали сказал: «Я отличаюсь от сумасшедшего тем, что я не сумасшедший». А чем вы отличаетесь от сумасшедшей?

- Я не буду отказываться от этой должности.

Беседовала Наталья Ртищева

увеличить

0

19

Девочки, Галина, ИННЕСС! Спасибо вам за доставленное удовольствие - за эти статьи.
Для меня просто смотреть на Ренату не то полноценное, что ощущаю, когда ещё слышу её мысли, т.е. внешний аспект её красоты - это ещё не единственное за что к ней так прикипаешь.. - за каждым её словом, выражением можно ставить многоточия, настолько они множественны в своём смысловом продолжении.
Ещё раз спасибо вам.

0

20

БелоеСолнцеПустыни, спасибо, так приятно такое слышать...тем более твои мысли в отношении Ренаты я полностью разделяю тоже..)

0

21

МАЛОВАТО БЕЗУМИЯ 

Перемены, 23.09.2009
Среди деятелей отечественного шоу-бизнеса очень мало симпатичных людей – по-настоящему интересных и на самом деле талантливых. Рената Литвинова – одна из таких немногих... Даже мимолетные ее появления на публике (на вручении какой-нибудь кинопремии, например) – становятся событием… Потому что она обладает своим голосом, собственным тембром.

В рубрике «Вокзал» я беру интервью у людей, имеющих то или иное отношение к шоу (и иногда к бизнесу). И непременное условие – чтобы эти люди были интересны и симпатичны мне лично. По той причине, что такие люди редки, «Вокзал» обновляется очень редко. Но вот пришло время… Я созрел для встречи с Ренатой Литвиновой.

Когда я решил взять интервью у Ренаты, выяснилось, что она – особа чрезвычайно занятая, и не раздает интервью без повода и налево. Повод должен быть обязательно. Иначе никак... Подход бизнес-леди...

И вот повод возник. Рената Литвинова выпускает свою линию женской одежды. Черные и красные газообразные платья в духе серебряного века – шелковые, длинные, без всяких рюшечек и украшательств. Строгие, элегантные и неземные. Кроме платьев – юбки-карандаши, блузы, брюки-дудочки, плащи, платки и темные вуали…

Собрали журналистов, устроили небольшую пресс-конференцию, а после Рената стала по очереди раздавать заинтересованным журналистам интервью. Мне не хотелось в этом участвовать, но пиар-агент Ренаты уверила, что другой возможности пообщаться с кино-дивой не будет. Пришлось вписаться в 12 минут.

Здравствуйте, Рената!
Здравствуйте! А вы из какого издания?

Я представляю веб-журнал Peremeny.ru.
А...

Вы, я слышал, не очень-то часто бываете в Интернете…
Да, у меня нет своего ЖЖ, нет официальных сайтов. Максимум я пользуюсь имейлом или читаю какие-то новостные сайты. Без мыла уже сейчас невозможно. Когда тебе шлют это мыло, ты отвечаешь…

А вы всегда отвечаете?
Нет.

Почему, интересно…
Почему я не всегда отвечаю? Может Маша ответить, моя помощница. Ну да, если это такая важная переписка, то я отвечаю. А так, в принципе, я ни с кем не переписываюсь. Хотя это приятнее, чем телефон. Я вообще ненавижу телефон и думаю, может вернуться к этим пейджерам… Есть еще пейджеры?

Вроде бы их используют на радио, значит какие-то пейджинговые компании функционируют.
Да, это хорошо. Чтобы тебе не могли звонить. Мне не нравится, когда мне звонят. И я тоскую по тому времени, когда были эти автоматы. Чтоб никакая сволочь не могла тебе позвонить и спросить, где ты есть.

То есть иногда стараетесь избегать коммуникаций?
Не иногда, а всегда. Для творческого человека это очень важно. А, в принципе, мне кажется, это для любого человека важно. Нужно какое-то твое личное пространство. А то получается, что ты все время в какой-то несвободе, под контролем, под каким-то странным колпаком.

Ну да, вот то, что сейчас я наблюдаю – ведь вы весь день будете раздавать интервью? – это, конечно, ужасно.
Ну, во всяком случае, целый день будет какое-то общение. А ведь это от тебя отщипывают по кусочку, как будто ты хлеб… Вот так вот: чик-чик-чик-чик. Но здесь ведь есть мотивация жесткая. И если я даю интервью, значит у меня есть мотивация. Я не просто так даю. Я хочу, чтобы жительницы нашей замечательной родины, наши многострадальные дамы все-таки пошли 1 апреля и купили себе по очень адекватной цене действительно качественные и красивые вещи, за которые я отвечаю. За каждую из них. И которые подписаны моим именем. Это действительно элегантные, действительно совершенно недорогие вещи. Это приблизительно такие же вещи, которые выходят в коллекциях Jil Sander и Chanel, но здесь они стоят в десять раз дешевле, а качество абсолютно не хуже.

Вы к созданию этой коллекции относитесь как к творчеству? Для вас это сопоставимо с написанием сценариев, например?
Да, вы знаете, это абсолютно творческий жест. Да, мне хочется, чтобы женщины это носили; это красиво и элегантно.

Ну а сам процесс создания был похож на режиссуру? Или, например, на написание сценария?
Абсолютно да. Ты так же работаешь с людьми, так же пытаешься отстоять свою точку зрения, сражаешься за качество, сражаешься за каждую строчку. Ты хочешь, чтобы была действительно натуральная ткань. Конечно, легко было бы отдать все на откуп кому-то. Но что останется? Ведь я же отдаю свое имя! Я под каждым платьем должна подписываться…

Вы знаете, я ведь спрашиваю о каких-то более глубоких, метафизических, скажем так, процессах. Здесь есть сходство?
Ну, чуть-чуть похоже на какие-то мини-фильмы. Потому что, работая над платьем, например, ты рисуешь эскизы. А когда работаешь над картиной, ты тоже рисуешь эскизы – раскадровки, героев, как они одеты… В каком-то смысле да, это такая маленькая фильма. Ты рисуешь своих героинь, и это как первый этап перед фильмом.

Когда вы делаете фильм, можно ли сказать, что вы переходите в какую-то другую реальность, в другой мир?
А по-настоящему же фильм это и есть какой-то сон. Это же вам не показать реальность, это что-то над реальностью. Всегда надо взлететь. Это же не публицистика, не беллетристика, не репортаж… Ты должен строить свой особый мир. Показать какую-то другую реальность. Которая внутри тебя. И которая может вас поразить. И поэтому так много совершенно безликих фильмов. Потому что у людей, которые их делают, нет этой реальности. Они на это претендуют, но они не обладают этим даром погрузить вас в какое-то свое безумие.

А у вас есть эта реальность?
Ну, если я не чувствую в себе знания, силы сформировать этот особый мир, я и не пытаюсь этого сделать.

То есть речь идет о формировании какого-то отдельного мира, который происходит из вашего внутреннего мира.
Разумеется. Да. В принципе, что такое человек творчества? Это человек, который из воздуха – делает нечто. И поэтому, наверное, и надо беречь творческих людей. Ведь они из воздуха только делают вам продукт… Никак нельзя их сравнивать с людьми, которые зарабатывают деньги, сидя на какой-нибудь там водокачке или нефте-дыре или еще где-то. Это же совсем две разные истории. Там человек при том, из чего он может делать деньги, а тут человек из воздуха, - потому что он – такой, особый, - делает нечто, что может поменять мир.

Но ведь вам еще и приходится потом заниматься продвижением этого продукта, полученного из воздуха…
Ну, вот это такое необходимое зло, которое – попробуйте смягчить.

То есть вам большой дискомфорт доставляет то, что вы сейчас…
…разговариваете со мной…

Я, признаться, хотел устроить это интервью в другое время. Но мне сказали, что иначе вас будет очень трудно заполучить для интервью.
Ну да, уж если страдать, то страдать до конца. А зачем же это размазывать по всем дням?

Ну, я лично прошу прощения у вас за то, что вношу свою лепту в ваши страдания.
Нет, что вы, вы очень тактичны, большое вам спасибо за это. А есть такие журналисты, которые даже и не журналисты, наверное, хотя и называют себя так. Абсолютно бестактные.

Вы знаете, мы, кстати, с вами уже когда-то общались. Давно-давно, когда я еще учился на втором курсе журфака МГУ…
Да что вы? Ну-ну-ну!

Да, и вы пришли туда тоже давать интервью кому-то.
На журфаке? Наверное меня там попросили лекцию прочитать, было один раз такое…

Может быть. Так или иначе, вы с кем-то там разговаривали, а потом, когда вы уже уходили (ну, я вижу, что это вы, а я уже тогда очень интересовался вами)… я вас перехватил и подарил вам книжку.
А как она называлась?

По-моему, это была «Якутия» Егора Радова.
А да-да-да. Так это были вы? Помню эту книжку. А Егор умер же недавно совсем.

Да. Недавно.
А что с ним такое случилось?

Я думаю, он был уже очень слаб после того активного образа жизни, который вел.
Ну, я знаю, да. Но он вроде бы этот образ жизни поменял?

Видимо, все же последствия...
Дело в том, что совсем незадолго до этого ушла его мама.

Римма Казакова.
Как-то они, видите, друг за другом?

Видимо, они были очень связаны друг с другом. А у вас есть такие люди, с которыми вы настолько связаны?
Есть любимые люди, да, от которых ты зависишь практически на физическом уровне. У каждого человека есть такой человек, я надеюсь. Если у человека нет таких людей, тогда я не понимаю, зачем ему жить. Его ж ничего не держит. Такие люди, мне кажется, они бессмысленные, без любви. Человек без любви, он же злой. Бессмысленный. А человек с любовью – он же добрый ко всем.

У вас фильм «Богиня (Как я полюбила)» об этом как раз…
Так вот у нее, да, у нее были проблемы с этим. У массы людей ведь существует проблема, что они как-то и не могут влюбиться. Все как-то от ума идет.

Что ж, вы прочли ту книжку?
Ну да, я помню, я ее читала. Ну, это вот такой отдельный мир… этого человека.
Но он печальный, очень грустный автор.

Собственно, поэтому я и подарил вам эту книжку. Увидев, что вы уходите, я быстро подошел к книжному лотку и купил именно ее, потому что это как раз некий отдельный мир, некое такое безумие. А я в вас уже тогда отчетливо видел человека, расположенного к какой-то такой… инаковости.
Я поняла. Был такой знаменитый театральный режиссер – он все время смотрел театральные постановки и говорил: «Маловато безумия…» Потому что иногда все так нормально… А это несовместно с каким-то актом творчества.

Так вы сильно изменились с тех пор? Стали более безумны? Или менее?
Как вам кажется?

Мне кажется, что вы сейчас абсолютно нормальный человек. Тогда вы были, конечно, более неадекватны общепринятой реальности…
Вот видите, я адаптируюсь постепенно… Могу принимать всякие формы.

Это компромисс?
В какой-то степени все мы в компромиссах… Вы же тоже носите кофточки. А может быть вам хотелось бы ходить голым… Это же тоже компромисс.

Нет-нет, мне голым не очень бы хотелось. Но, кстати, нормальная кофточка, как вам кажется как дизайнеру одежды?
Фиолетовая. Почему вы купили фиолетовую, расскажите мне?

Там был еще вариант красный, но фиолетовый цвет мне больше понравился.
А что за вариант? Вам дарили это бесплатно что ли?

Нет, в магазине были две кофты с двумя разными цветовыми решениями.
Так можно было бы пойти в другое место…

Вы знаете, я очень долго искал достойную кофту. Настроение было в тот момент – купить вот такую вещь. Ведь с хорошей мужской одеждой у нас в стране не меньше проблем, чем с женской.
Да, мне уже говорили об этом мужчины. Ну ладно-ладно…

Так вот. Я нашел вот эту, и был очень рад. Мне кажется, что мне идет… Как вам?
Ну да, ничего…

Спасибо.
Пожалуйста. Стрижку можно поменять. А то она у вас какая-то старообрядческая. Вы же молодой человек…

Согласен, стрижка чудовищная. Поменяю.

0

22

Рената Литвинова: «Я вечно в претензии к себе»
Рената Литвинова бесподобна в своей неподражаемости. Придуманному однажды образу она не изменяет. Странная, с узнаваемыми манерами, жестами и интонациями, похожая на героиню немого кино. Одни называют ее «богиней», по аналогии с ее же фильмом. Другие пытаются пародировать. Узнать, какова же она - настоящая - попытался корреспондент «ТВ7».
Вспоминая все профессии, в которых попробовала себя Рената Литвинова, диву даешься, что училась она всего-навсего на сценариста! Актриса, режиссер, продюсер, телеведущая, фотограф, а теперь еще и модельер. Уже в апреле модницы будут щеголять в платьях, созданных ею.

― Рената, не могу вас представить с линейкой в руках, с лекалами, со здоровущими портняжными ножницами…

― Я только рисую эскизы, выбираю ткани ― принципиально натуральные. Первые готовые платья надеваю на себя, на тех, кто рядом ― проверяю. Потом меняется длина, уменьшаются воротнички и так ― до бесконечности... Весь наш коллектив в предвкушении, когда же эти платья и плащи появятся в магазинах и все желающие смогут ими обладать. Кстати, за вменяемую цену на фоне всех этих бутиков. В моей коллекции будет много черного цвета, который особенно любим русскими женщинами, он очень элегантен. Еще там представлены серый и желтый. Вещи ― очень простые по крою, лаконичные, без огромных плеч. Тело они будут закрывать минимально. Никаких пышных воланов и юбок, что я считаю самым уродским в моде. По моему мнению, в шкафу должно быть не так много платьев, куда важнее небольшие детали ― сумки, туфли, шляпы, платки, вуали. Да, в моей коллекции будут и вуали, и дымчатые очки, которые идут всем женщинам на свете.

― Что подтолкнуло вас к созданию собственной коллекции одежды? Неужели ассортимент модных бутиков не удовлетворяет?

― Поводом было интересное предложение от компании Zarina попробовать себя в этом деле, а дальше мечты понеслись «вдоль берега реки». Но я понимала, какие это ответственность и тяжелый труд, и не могла себе позволить выпустить под моим именем уродство. Весенняя коллекция ― первый шаг. За ней последует зимняя ― там уже столько красот! Именно русских деталей ― каракулевые воротнички, фетр, чемоданчики, а на Новый год ― пелерины всякие... Меня вдохновляет крой самый классический ― лекала тридцатых годов вплоть до начала шестидесятых. Обязательные шелковые струящиеся платья в пол. Маленькие черные платья плюс пристегивающийся белый воротничок, как в школе. Черные короткие пиджаки из шелка. Хорошо бы еще линию белья потом


Я ТЕРЯЮ СЕБЯ ПО КУСОЧКАМ


― Сегодня вы считаетесь эталоном вкуса, утонченности, женственности. А когда сами поняли, что красивы?

― Мне нет покоя в этом вопросе, я в вечной претензии к себе. В первом классе вообще не заострялась на внешности, потом мне не нравилось мое имя, к тому же я была слишком длинной, и меня обзывали Останкинской башней ― все мальчики были мне буквально по пояс. Прошли годы... И теперь я теряю себя по кусочкам, если так можно сказать о потере молодости... Но стареть нужно уметь красиво.

― Как-то в метро подслушал разговор девушек, рассматривающих ваши фотографии в журнале. «Посмотри, она же совершенна! Ни единой морщинки!» ― вздохнула одна из них. Скажите, ведь все-таки есть у «богини» какие-то секреты красоты?

― Да я не успеваю ничего особенного делать с собой. Надо меньше есть. Я не пью водку, например, но люблю белое вино. Пью таблетки красоты «Имедин» ― для кожи полезно. И мечтаю, наконец, куда-то уехать, побыть сама собой, не знаю, хоть в старости это сбудется?

― Нет-нет, не уезжайте! У вас же столько поклонников ― ходят в театр «на Литвинову», ездят за ней по стране, скупают журналы с вашими фотографиями и интервью. Как же они?

― Если это их внимание не вламывается в мое личное пространство ― съемки у подъездов, подкарауливание, слежку практически, то мне оно приятно.


Я – ЖЕРТВА КИНЕМАТОГРАФА


― Сегодня вы очень востребованы. Порой кажется, что можете зарабатывать деньги уже тем, что просто выйдете на сцену... И будут восторги. А на чем вы заработали первые деньги и на что их потратили?

― Я снялась в рекламе в девятом классе ― на меня надели много-много золотых цепей и колье. Это было что-то из русских драгоценностей. 25 рублей заплатили. Я ехала в автобусе после съемки ― везла маме деньги.

― Началось все с казенных драгоценностей, а сегодня вы что предпочитаете?

― И золото, и серебро, и жемчуг, и алмазы. Не буду себя ограничивать, хотя бы в ответе.

― Когда играете Раневскую в «Вишневом саде» и блистаете изумрудами-жемчугами, вас можно просто завороженно рассматривать. Кстати, предложение сыграть на драматической сцене было для вас неожиданным?

― Конечно, я ведь не театральный работник. Театр рискнул, и вот уже пять лет у нас, между прочим, полные залы, а скоро мы опять уезжаем на гастроли ― в Нижний Новгород. Но это мой единственный опыт в театре. Я все-таки «жертва кинематографа».

― Поклонники уже заждались выхода нового полноценного игрового фильма с вашим участием. Ходит много слухов, называются разные имена и проекты. Хочется получить достоверную информацию от вас. Где сейчас снимаетесь?

― В апреле в прокате появится замечательная картина моей любимой Киры Муратовой «Мелодия для шарманки». Осенью можно ждать «Весельчаков» Феликса Михайлова. А скоро уезжаю в Таллинн, буду там сниматься в роли злой ведьмы в картине у молодого режиссера Кати Граховской. Это будет настоящая сказка в стиле Тима Бартона, фанатами которого являемся мы с Катей. Там много детских ролей. Там пионерский лагерь накануне Нового года. Детские страшные мифы сбываются ― призрак пионера проходит сквозь стены каждую ночь... А я ― такая пионервожатая, очень положительная женщина. И вдруг около одной лесной просеки в меня вселяется дух злой ведьмы. Я резко украсивливаюсь, рыжие волосы развеваются на ветру... Я буду там ― наотмашь! Фильм выйдет на экраны 1 января 2010. Ждите.

+1

23

БелоеСолнцеПустыни

БелоеСолнцеПустыни написал(а):

Ещё раз спасибо вам.

на здоровье! Сами рады, так сказать...

0

24

РЕНАТА ОБЪЯВИЛА МОРАТОРИЙ ПРЕССЕ

Это правда, насчет моратория прессе?
Да, я не хочу с ними общаться. Я так с ними наобщалась, что хватит.

То есть, это временно? Это период?
Дело в том, что должна быть какая-то мотивация, для того, чтобы общаться Моя мотивация была, когда моя коллекция выходила, когда я выпускала фильм «Зеленый театр в Земфире».

Когда Вы вернетесь в режиссуру?
Скоро.

Что в ближайшем будущем?
Сказку буду играть. Злую ведьму. Детская, семейная сказка.

Вы знаете, Анастасии Вертинской очень давно предлагали сыграть Бабу-ягу или ведьму, что-то такое. Говорят, что она не смогла пересилить себя, чтобы уйти в этот образ. Вы считаете, что "доросли" до того, чтобы играть ведьму? Это же такой характер, так круто.
Да, смогу. Если я смогу кого- то повеселить... Это же хорошо, мне нравится.

Что такое «любовь» в Вашем понимании?
Это временное обладание любимым человеком. Восторг вызывает просто сам факт его существования.

А что такое «гений»?
Они приносят счастье. Их надо держать на особом положении и оберегать.

Гении – это музы для людей?
Они должны себя сохранять. Они должны быть оберегаемы. Они должны себя лимитировать. Они дают такое счастье нам, остальным жителям планеты…

People's Choice, 16.04.2009

0

25

ОТ ЛЮБВИ Я ПРИМУ И БОЛЬ. ДАЖЕ ТАКУЮ, ОТ КОТОРОЙ УМИРАЮТ

Теленеделя, №17(83), 04.05.2009

Сценарист, режиссер, продюсер и актриса Рената Литвинова дебютировала как модельер. Ее коллекция одежды уже появилась в магазинах Zarina. Рената не боится тиражировать свой стиль: «Меня можно копировать, пародировать. Но ведь своим личным безумием — важной составляющей моего образа — я поделиться не смогу». Подробнее о коллекции и о себе Рената рассказала Наталье НИКОЛАЙЧИК.

Рената Литвинова

Когда и где родилась: 12 января в Москве
Знак зодиака: Козерог
Семья: дочь Ульяна (7 лет)
Образование: окончила сценарный факультет ВГИКа в 1989 году
Карьера: автор сценариев к фильмам: «Ленинград. Ноябрь» (1990), «Нелюбовь» (1991), «Трактористы-2» (1992), «Страна глухих» (1998) и др. Снималась в фильмах и сериалах: «Увлеченья» (1994), «Граница. Таежный роман» (2001), «Небо. Самолет. Девушка» (2002, также — продюсер), «Мне не больно» (2006) и др. Режиссер фильмов: «Богиня: как я полюбила» (2004), «Зеленый театр в Земфире» (2008) и др. Играет роль Раневской в пьесе «Вишневый сад» (МХТ им. Чехова)
Вкусы: еда — салаты; напитки — белое сухое вино, шампанское брют; авто — Jaguar, для загородных поездок — Volvo

Я реально верю в чудеса, еще с самого детства — у меня сохранились абсолютно реальные воспоминания, как, например, умела взлетать в своей комнате. Но ведь если расскажу, то в глазах многих это превратится в очередную мою «странность». Так что перед любопытным носом эту крышку я захлопну...

Я всегда жила будущим. В детстве ложилась спать и начинала мечтать. Это были счастливейшие моменты в моей жизни. И, видимо, так мощно мечтала, что многое сбылось, сбывается и будет сбываться.

В школьные годы я чувствовала себя особенно одинокой. Я спешила домой почитать, к своему попугаю, но не к подружкам — они как-то не образовывались у меня. Наша классная учительница несколько раз пыталась меня, например, учить, как выкручивать огромные половые тряпки в ведре, чтобы ими мыть полы. В такой мутной воде. В конце концов она смирилась с моей «бездарностью» в деле выжимания тряпки и сказала про меня, как Сталин когда-то про Пастернака, «оставим эту небожительницу».

Читала я все подряд, что стояло в мамином книжном шкафу, даже Большую медицинскую энциклопедию, в которую были вложены гибкие грампластинки с шизофреническим бредом. Я аккуратно все прослушивала, как настоящий ребенок медработника.

А мама моя была истинной «жертвой кинематографа» — обожала кино, и я вечно оказывалась с ней на вечерних сеансах. Видимо, чтобы я молчала, мама давала мне пакет с яблоками. Помню, как страдала от тоски, глядя на черно-белые силуэты, но, скорее всего, заражение кино так и передается — после школы я поступила во ВГИК на сценарный факультет. И, конечно, это была судьба, потому что и институт мой был рядом с домом.

Соблазнилась — и не жалею

Сама я не считаю себя модельером, а просто мысленно вынимаю свои любимые силуэты из таких же воображаемых шкафов и свожу их к необходимому минимуму. Честно: даже в самых смелых мечтах не предполагала, что моя одежда будет выпускаться как коллекция. Ведь это именно то, что люблю носить я сама. Это был весьма смелый шаг. Какая женщина хочет, чтобы другие дамы, потенциальные соперницы, одевались так же, как она? Но когда мне предложили, я все-таки соблазнилась — и ничуть не жалею. Если хорошенько подумать, 20 тысяч платьев, пиджаков, плащей в коллекции на всю страну — до обидного мало, практически эксклюзив! А ведь в нашей стране так много красивых женщин, которым за адекватную цену нужны элегантные вещи высокого качества. Главное, чтобы они об этом узнали. Ведь, например, летний костюм реально сшит из натурального легчайшего черного шелка. Я себе таких купила несколько штук. И маме тоже купила.

Мне искренне нравится то, что продается под моим именем. Размеры там не только для женщин-скелетиков. Цены щадящие — шелковый костюм стоит не больше четырех тысяч рублей. И не делайте такие большие глаза. Это не странная цена, если учитывать то, какие странные зарплаты у большинства наших людей — врачей, учителей, артистов в театре, у интеллигенции в целом. Студенты и молодежь тоже хотят красиво одеться. Конечно, будут люди, которые мою одежду не наденут категорически, — те, кто предпочитает бренды, любит стразы и яркие пятна. Мою одежду будут игнорировать и те, кого я раздражаю. Но это поправимо, в конце концов, бирочку с моим ненавистным именем можно и оторвать.

Уже почти готова зимняя коллекция. Она будет прекрасна. Сама мечтаю купить из нее маленькое пальто с каракулевым воротничком, платки из тонкой шерсти, эскизы для которых сделал сам Рустам Хамдамов (сценарист и художник, режиссер фильма «Вокальные параллели», в котором снималась Рената. — Прим. «ТН»). А также вечерние накидки из черных перьев для Нового года.

Еще у меня есть мечта — выпускать чулки и качественное нижнее белье из натуральных материалов. Меня раздражают синтетические яркие кружавчики и уродские стринги. Люди думают, это сексуально, а это же кошмар какой-то...

На выпускном я пробыла от силы час

Ближе всего мне стиль 30-50-х годов прошлого века. Именно тогда женщины были женственными, а мужчины мужественными. Я часто оттуда цитирую.

Признаюсь, многих мне отчаянно хочется переодеть! И публичных персон в том числе. Но есть немало красиво одетых молодых людей, все-таки вкусу можно научиться, и есть множество персонажей, которые талантливо самовыражаются через одежду.

Мне нравится, как одевалась Грета Гарбо — плащи, сумки-авоськи, шляпки, которые закрывали пол-лица. Ее стиль мне очень близок, как и ранние коллекции Джил Сандер и Коко Шанель. Как бы к Шанель ни относились, это она придумала гениальные костюмы и маленькие черные платья. Ее бы я не решилась переодеть.

В детстве я могла экспериментировать только со своими куклами. У меня их было две. Одной, играя во врача, делала уколы (она хорошо протыкалась). Вторая была огромная, ростом с ребенка, со стеклянными глазами, похожими на настоящие. Вот ее-то я почтительно причесывала и переодевала в свои старые колготки, кусочки тканей.

Саму меня в детстве одевали по средствам — скромно. Одну дубленку перешивали раз шесть, наверное, — надставляли рукава и подол. С детского сада до класса восьмого. И денег не было особо, да и в магазинах тоже ничего не было. Бабушка моя все время покупала отрезы разной ткани и шила платья одного и того же фасона. Ей нравились ткани с крупными цветами. Она часто снится мне, всегда в ярких платьях с пионами и розами.

В прежние времена пошив платья был целым ритуалом. Женщины придумывали модели и шили сами или нанимали портниху. Хорошая портниха была редкостью. Ее подолгу искали. У каждой был свой круг заказчиц. И каждая могла капризничать сколько угодно: профессионалу прощалось все. Но за портнихами я наблюдала со стороны. У меня прекрасно шила мама.
Когда они вместе с бабушкой начинали обсуждать модель моего будущего наряда, страсти кипели нешуточные. Обычно побеждала мама. У нее были золотые руки, и за ночь она могла пошить для меня прекрасное платье. Конечно, из старых вещей. Меня это не печалило. Ведь раньше все ткани были изумительные, исключительно натуральные — шифон, шелк, шерсть. Помню, на выпускной я пошла в наряде, который мама сотворила из бабушкиного шифонового платья, в маминых туфлях 1960-х годов на высоченной шпильке. Вы спрашиваете — какой эффект? Никто даже не заметил, да и мне было безразлично чье-то мнение. Я побыла на выпускном от силы час и ушла. И больше никогда не заходила в школу.

Первый клатч сделала из мужской борсетки

Я поступила во ВГИК в 17 лет. Именно там я «нашла» свои вещи, впервые поняла, как можно превратиться в красавицу, научиться ею быть. Черный свитер, белая рубашка, черная юбка — черно-белый вариант казался мне идеальным. Из-за строгих нарядов меня стали обзывать эсэсовкой, но меня это не смущало. Элегантные сумочки тогда можно было купить или за дикие деньги, или не в России. В магазинах продавались только мужские борсетки. И однажды я купила самую скромную борсетку, отрезала от нее хлястик, и у меня получился черный кожаный а-ля клатч. К тому времени я уже насмотрелась фильмов черно-белых — Антониони, Де Сики, Годара... Там так минималистично и так красиво были одеты женщины. Меня это как ослепило когда-то, так и осталось в крови. И кстати, все эти режиссеры, особенно гении, могли легко перейти в модельеры — ведь мир моды цитировал их образы, да и сейчас дизайнеры делают целые коллекции, вдохновляясь тем или иным фильмом. Та же Брижит Бардо, открытая Роже Вадимом, например, ввела в моду бабетту. Помню, как моя мама ночами пыталась расчесать у себя такую же штуку на голове. Ведь мода в Россию всегда запаздывала. Так вот, с этой сумочкой я ходила не один год.

Мама для института шила мне маленькие обтягивающие платья.

д В подобных нарядах я хожу до сих пор. С тех студенческих лет я только похудела разве что. Чтобы не растолстеть, существует только один рецепт — мало есть. Никто ничего нового не придумал. А ведь чревоугодие входит в семь смертных грехов. И противиться ему, не спорю, особый труд. Недавно я была в Нижнем Новгороде на гастролях с театром. Пошла в буфет — и с ужасом вижу худую еще, молодую пока девушку, которая берет огромную тарелку макарон и кучу чего-то мясного сверху. Я думала: боже, что же будет с ней через год, два? Ее же разнесет!

Полные люди часто говорят: «Вот не худеется мне». У меня был один такой знакомец, все сидел на диетах, а потом попал в камеру предварительного заключения недели на две и похудел на 15 килограммов. Или вот одного сбросили с моста (он вел преступную жизнь). Он пробил собой лед, как-то выплыл — и знаете как похудел!

Сексуальная униформа

Существует аксиома, что сексуальна любая военная или какая-то другая форма. Даже одежда уборщиц, которую несколько сезонов подряд цитировали многие дизайнеры. Мне, например, тоже нравится, как одеваются рабочие. Их униформа безупречно элегантна. В ней продуманы все детали, нет ничего лишнего. И любой рабочий в ней потенциально безупречен. А если он еще чистый и обладает высоким ростом — это ах!..

А вот из школьной формы, например, элегантность ушла. Куда девались те платья, которые мы носили много лет назад? Как же это было красиво! Сейчас дети носят какое-то уродство. Девочки в старших классах почти все в брюках... А на выпускной приходят уже готовые тети. Только по праздничной ленточке можно понять, что это выпускницы, а не женщины — матери семейства. Иной раз думаешь, что большой процент женщин родится исключительно для того, чтобы размножаться. И больше ничего. Я — не против. Почему бы и нет? Я, в конце концов, тоже размножилась. Но у меня это было не с таким страшным посылом!

Красавицу из себя можно слепить

Женщины часто ошибаются, когда считают, что выглядеть сексуально — это значит большая грудь или губы-плюшки, которые хочется подрезать ножницами.

Я уже давно поняла: меня и в мужчинах, и в женщинах больше всего возбуждает мозг, талант. А уж если ты обладаешь и внешней основой, и характером — это уже невероятная сила. Тогда ты можешь слепить из себя безумную красавицу. Правда, ради достижения красоты нужно пережить какие-то легкие невзгоды, потрудиться над усовершенствованием тела. Но когда возникает серьезный перекос в сторону оболочки, это тоже неправильно. Согласитесь, совмещать многочасовые тренировки в спортивном зале с чтением «Маленьких трагедий» Пушкина практически нереально. Люди исступленно тренируют тела. Но ведь мозги и душу нужно не менее, а даже более тренировать!

Дедушка был близок к идеалу

Из мужчин идеальным с точки зрения стиля считаю Иосифа Бродского. Он никогда не выплескивался через одежду, но был мужчиной, пленительным во всех смыслах. Во-первых, он был гением, во-вторых, поэтом, а в-третьих, еще раз гением. Я же говорю, что лично для меня сексуальное очарование идет от мозгов. И потом, этот его прищур, сигареты, мятежный характер, парадоксальность мышления... Насколько я поняла из воспоминаний о нем близких и далеких — он нравился женщинам, а любил всю жизнь только одну. Он никогда не одевался специально, но при этом выглядел идеально. Я помню его черные свитера, в которых он стоит на молодых фотографиях. И элегантные твидовые пиджаки, которые предпочитал в зрелом возрасте.

Так же близок к идеалу мужчины мой дедушка. Он был худой, очень красивый и, что невероятно важно, — молчаливый. Господи, это такая ценность, когда мужчина говорит мало, а если говорит, то умные вещи, достойные быть услышанными!.. Дедушка много читал, из-за чего испортил зрение и носил очки. Мне бесконечно нравилось, как он одевался. Имел склонность к белым рубашкам, пиджакам, плащам. Был до предела элегантным!

Есть у меня и кинематографические идеалы. По моему мнению, самые красивые мужчины в фильмах у Антониони, Феллини, Висконти. Молодые Марчелло Мастроянни, Ален Делон — и именно у этих режиссеров, не у других.

Не все новое лучше старого

Правильная одежда не отвлекает от лица и подчеркивает индивидуальность. Вот почему я склоняюсь к черному цвету. А моя дочь только воспитывает в себе вкус, учится — она ходит в художественную школу, в музеи по выходным и зорко следит за мной. Но иногда я ей прямо навязываю одежду, например то же черное маленькое платье. А ей хочется пышное и белое, а я горячо доказываю преимущество черного. А потом корю себя — пусть лучше сама разберется. Но, конечно, всегда высказываюсь... Вот, например, у нее в классе модно собирать наклейки с персонажами из мультиков, с барби всякими уродскими в розовом. Они все такие страшные, так что я это не поддерживаю.

Вот мне приписывают коллекционирование настольных ламп. Нет, я их просто покупаю, так как не люблю верхний свет. Не понимаю жилища без нижнего света. Поэтому у меня есть лампы с абажурами или старые стеклянные. И ненавижу маленькие лампочки, которые все вворачивают в навесные потолки — свет как в полуморге, некрасивый. И тело под таким светом волнистое, как сквозь аквариум. Не понимаю также, зачем выбивать деревянные рамы и вставлять уродские пластмассовые? Не все новое лучше старого, может быть наоборот — в разы некачественнее! Жалко, что теряется индивидуальность, красота.

С безумицами общаться тяжело, но заманчиво

Конечно, красота — весьма спорное понятие. Мне, например, наряду с Гретой Гарбо, очень нравится, как одевалась и мексиканская художница Фрида Кало: яркие платья и тюрбаны, множество колец, сросшиеся брови, которые сама себе дорисовывала... Какой-нибудь обыватель, встретив подобную даму, скажет: сумасшедшая!

Мне нравятся городские сумасшедшие. И они вдохновляют меня гораздо больше, чем модели из журналов.

Помню, когда я жила на «Бабушкинской», там обитала дама по прозвищу Северный Ветер. Это была женщина с острым профилем и концептуальной копной идеально прокрашенных рыжих волос на голове. Она бегала по станции метро и, сверкая очами, кричала: «Сейчас начнется северный ветер!» И, что удивительно, после ее истошного вопля в самом деле разыгрывался настоящий буран... Зимы тогда были такие пронзительные, не то что сейчас. Я даже думаю одну из коллекций зимней одежды назвать ее именем.

Была еще одна чудачка. Я ее назвала Шапка-на-Шапке. Она путешествовала в вагонах метро. У нее в руках всегда было много пакетов, а голову украшала пирамида из шапок, надетых одна на другую. И все время у нее то там, то сям были накручены бинты. Она долго-долго разматывала их и рассматривала раны. Помню, женщины вскрикивали, и ей это нравилось. Может, она нуждалась в такой публичной жалости... При этом Шапка-на-Шапке всегда была при макияже. Просто прелесть. Правда, рядом с ней нужно было соблюдать осторожность. Категорически запрещалось смотреть в глаза, после этого можно было упасть и очень сильно удариться. Как будто одним взглядом она наносила невидимую травму.

Что-то колдовское есть в безумицах. А может, они и есть колдуньи. Или такие, как они, блаженные должны напоминать нам об уязвимости человека ближнего? Общаться с ними тяжело, но невероятно заманчиво. Я иногда разговаривала. Но только какая-то одна пронзительная нота исходит от них — грустная такая, которая не может обещать счастья впереди. Такое общение и питает, и забирает силы одновременно.

Была среди моих знакомых еще одна странная дама. Жила она в самом центре города. Очень интеллигентная. Ее образ меня завораживал. Дама была очень тонкая, издалека казалось, что по улице идет совсем юная девушка. Но вот она приближалась — и ты мог видеть перед собой морщинистую старуху со смертельно-бледным лицом. Было в этом что-то пугающее! Толстым слоем на ее лице лежал грим, похожий то ли на посмертный слепок, то ли на макияж японок, которые выбеливали себе лица рисовой пудрой и при этом красили ярко-красным губы и подводили угольно-черным глаза. Вот она такая проходила мимо тебя — и действовала посильнее многих фильмов! Как арт-объект, как очередной месседж кому-то, кто всмотрится.
Мне приходилось видеть много талантливых женщин, которые сильно себя раскрашивали. Мне нравилось в юности такое утрирование. После нанесения толстого слоя белой пудры лицо мое становилось бледным-бледным. Я тоже как будто надевала на себя маску защиты, как боевую раскраску. В юности люди еще более-менее ранимы. Теперь понимаю, что ранимость и незащищенность — это так прекрасно! В этом мире полно деревяннокожих людей, которые идут по жизни как трактора, без страданий, без провалов, без взлетов. Имя им легион. Они делают такие страшные, такие стыдные вещи на телевидении, в политике — везде — и продолжают жить как ни в чем не бывало. Им не нужны маски, чтобы защитить свое лицо. Потому что там его нет.

Отчаянию и любви отдаюсь до конца

Я не вполне согласна с тем, что то, что нас не убивает, делает нас сильнее. Есть события подтачивающие — и есть нечто такое, что добивает прямо в сердце. Человек ведь очень беззащитное существо. Есть, конечно, люди, которые живут, никого не допуская к своему сердцу слишком близко. Таких полно! Но я предпочитаю все-таки чувствовать — и любовь, и, как продолжение любви, боль. Даже такую боль, от которой умирают... И отчаянию всегда отдаюсь до конца.

Есть раны, которые не лечит даже время. А счастье... Видимо, человек рожден не для постоянного потребления счастья. Его ощущаешь так фрагментарно — возможно, количество его лимитировано на единицу человеческой жизни? Вот тебе стакан, хочешь — сейчас расплескай, хочешь — экономь всю жизнь. Счастье для меня — это осознание краткого обладания, например, любимым человеком. Счастье можно извлекать и из того, что вышло солнце из-за туч, или из того, что появилось время, когда можешь принадлежать самой себе: просто молчать, не отвечать на звонки. Бывали же такие полезные обеты молчания: человек внутри себя накапливал энергию, а не «патронил» ее почем зря. Кстати, интервью бесконечные — та же растрата, я так часто осуждаю себя за то, что соглашаюсь. Как правило — формальные вопросы-ответы. А зачем?

Мне не все равно, откуда деньги

Я часто отказываюсь участвовать в рекламе. Из смешного: озвучивать селедку, которой отрубали голову, перед тем как полить майонезом, или недавнее предложение говорить за курицу, которая довольна тем, что из нее вываливаются крупные яйца. Кстати, я так и не спросила, что же это рекламировалось?

Мне не все равно, откуда приходят деньги. Не хочется впадать в бедность, тем более я знаю, что это такое, но все-таки есть разные способы зарабатывания. И, кстати, презираю людей, которые обманывают часто наивных в денежных вопросах творческих личностей. Как можно обманывать того, кто из ничего сделал хорошую песню или фильм и тем самым принес людям радость?

Кстати, сама я стала зарабатывать довольно рано — в первый раз снялась в рекламе каких-то русских драгоценностей и помню, как после съемочного дня везла маме в автобусе 25 рублей.

Мне искренне интересен как личность режиссер Алексей Балабанов (в его фильме «Мне не больно» Рената сыграла главную роль. — Прим. «ТН»), который круглый год ходит в старой шерстяной шапочке и может себе позволить получать за работу минимальный гонорар. И это не поза.

Деньги надо уважать. Моя бабушка говорила: нельзя их разбрасывать, комкать в сумке. Но бережно складывать их в кошелек я так и не научилась. У меня нет кошельков как таковых.

Уважаю тех, кто заработал деньги своей профессией, талантом. Я говорю именно о специалистах — врачах, ученых, певцах, писателях. И это не касается чиновников или неясных мне предпринимателей. Я имею в виду чистые деньги и людей, изначальной мотивацией которых были не финансы.

Любовь и смерть — это сестры

В годы моего детства умерших хоронили всем двором. И в бытовом смысле смерть была уродским и неэстетическим действом, любой спектакль-похороны — это пошлость и горе. Все выбегали на улицу, где долго стоял гроб, потом его медленно катили в открытом грузовике, все за ним шли, женщины плакали, кричали напоказ. Я не знала, как проходить мимо крышки гроба, выставленной в подъезд. И страшно боялась похоронного марша. Моя учительница музыки, услышав дворовый оркестр, останавливала урок, прислушивалась и возмущенно говорила: «Безобразие, как фальшивят!» А меня пробирал леденящий ужас. Когда я повзрослела, понятие смерти в нематериальном смысле перестало меня страшить. Она даже представляется мне, в конце концов, неким избавлением. Как у бегуна, который, касаясь финишной ленточки, испытывает облегчение... Я даже часто вижу покойников во сне и не страшусь этого. Они мне снятся, когда дождь или оттепель. Или близко много воды, например море. Сны — это моя чересчур частная территория. Иногда у меня бывают совсем «реальные» сны, как будто это было на самом деле. Словно бы я одна в комнате: вот туда входит абсолютно живой и плотный объект, разговаривает, а потом растворяется — и даже непонятно, кто кому приснился...

Человек так устроен: ценит только то, что ускользает. Гениальные драматурги хорошо понимали: любовь и смерть — сестры. Они оттеняют друг друга, напоминают о легкости потери. Ромео и Джульетта должны умереть, и Гамлет, и Офелия... И вы, и я. Так цените же нас, когда мы живы и нас можно взять за теплую руку.

Думаю, влюбленность для нас — некая тренировка. Я вообще думаю, ее надо испытывать всегда, очаровываться талантливыми людьми, увлекаться личностями. Это так питательно — испытывать симпатию. И даже необязательно с последствиями, можно просто на расстоянии.

А любовь — зависимое драматическое чувство, неизлечимое, встречаемое в жизни раз, ну... два. Когда любишь, восторг вызывает сам факт существования любимого человека. Ненавидеть в подлинной любви невозможно, настоящая любовь не мстительна. Кстати, так проверяются чувства. Если вам мстят, то любви нет и, кстати, не было.

В идеале смысл жизни — это любить: и себя, и дело, которое должен выполнить. Недавно мама сказала, что у нее «остается все меньше времени», ей «надо успеть»... Такие грустные слова. Но помнить об этом все-таки надо: жизнь кончается каждый день — начнется ли она завтра?

0

26

СОВИНЬОН РЕНАТЫ ЛИТВИНОВОЙ
Simple Wine News, июнь 2009 (С)

«Преимущество хорошего вина в том, что от него не грустнеешь. От него нет тяжести. Хорошее вино всегда тебе впрок идет, дает какое-то состояние полета, тебе приходят в голову хорошие мысли, и ты становишься очень добрым».

«Мне кажется, неправильно настаивать, что вино обязательно должно быть в сопровождение к еде. Это же не муж и жена! Вино — отдельный персонаж. Одинокая независимая женщина. Вдова Клико».

«Все белые вина можно убить, если они теплые. Если они теплые, они становятся просто на грань отравы. Чувствуешь себя кислым алкоголиком: такой во рту вкус, как будто у тебя там распалась печень».

«Есть такие оттенки в аромате вина — как оливковое масло. И мне иногда нравится, что вина в бокале крутятся, как масло. Такие «жирные» вина очень хороши и в холодное время, потому что они согревают».

«В редких случаях я люблю вина с маленьким остаточком сахара. Есть такое очень милое вино Pfefferer, я его называю «Пфайффер», как актрису Мишель Пфайффер, так легче запомнить. Оно такое девичье-девичье и нравится всем, даже непьющим».
Образцы №1-3

«Первое такое сухое-пресухое. Второе мне сначала понравилось, как запахло, но если говорить о том, что заказала бы я из этих трех, то предпочтение третьему, потому что оно очень вкусно пахнет. И мне не нравится первое на вкус. У такого вина какая-то другая задача. Может быть, открыть правду жизни. А в вине ищешь нечто другое.

«Мне нравятся насыщенные вина. Есть такие совершенно сухие, кислые вина, и они как будто лишены всяческой информации, они просто несут в себе суть сухого белого вина, это некое оскопление. Мне все-таки хочется, чтобы был запах, как у духов, как у человека. Человека, вокруг которого нет никакой атмосферы, ты даже запомнить не можешь. Надо, чтобы был какой-то шлейф, чтобы было излучение, — это как улыбка».
Образцы №4-5

«Странный парадокс: четвертое вино такое приятно-вонючее, и вот такие же бывают приятно-вонючие шампанские, которые долго-долго стояли в каких-то погребах. Это приятная такая вонючесть: затхлых подвалов, мокрого мела. Такая готичность. И если вино с таким запахом, то у тебя сто процентов настроение поднимется. Мне всё нравится, и пятое тоже».
Образцы №6-7

«Ой как это последнее пахнет! Вот оно, полусладкое. Вкусное. Может, потому, что я голодная (смеется). Если говорить о моих предпочтениях, то мне нравится вот это девичье шестое и третье. Седьмое слишком сладкое для меня, хотя потрясающее».
Итоги

«Первое все-таки не нравится. Больше всего мне нравится третье, оно самое очевидное. А из четвертого, пятого и шестого я не могу выбрать, они непохожие, но равноценные для меня, они все очень приятные».
Мы открываем этикетки

«Рислинг я терпеть не могу. Второе — это пино гриджо? Странно, что оно у меня не прозвучало, я люблю пино гриджо. Хотя сейчас оно набрало воздуха и стало очень прикольное. Что же я его не оценила?.. Наверное, я выбрала самое девичье и демократичное».

Образец №1 Trimbach Riesling Cuvée Frédéric-Emile 2001, Эльзас, Франция
Образец №2 Vie di Romans Dessimis Pinot Grigio 2006, Фриули, Италия
ВЫБОР РЕНАТЫ Образец №3 Te Mata Cape Crest Sauvignon Blanc 2006
Образец №4 Oremus Furmint Mandolas 2003, Токай, Венгрия
Образец №5 J.-M. Brocard Chablis Premier Cru Beauregard 2006 Шабли, Франция
Образец №6 Château Le Grand Vostock Cuvée Carsov 2004, Краснодарский край, Россия
Образец №7 Colterenzio Cornell Gewürztraminer 2006 Альто-Адидже, Италия

Дегустация проводилась в винном баре Grand Cru вслепую, без указания каких-либо характеристик вина (год, регион и пр.).

0

27

Postimees, 8.06.09

Рената Литвинова, известная российская актриса, модельер, сценарист и режиссер любит уезжать из Москвы. Ей не хватает времени, не хватает одиночества и она почти не может побыть наедине с собой.

Вы приехали в Эстонию в холод и дождь, которому, кажется, конца нет и не будет. Как вы считаете, вам повезло с погодой?
Да! Мне не нравится, когда жарко. В Эстонии я была очень давно, в юности, поэтому сейчас для меня это новое открытие.

Любите уезжать из Москвы? Вам чего-то там не хватает?
Очень люблю уезжать из Москвы. В первую очередь, мне там не хватает времени, не хватает одиночества, я почти никогда не могу побыть наедине с собой. Только ночью, когда все засыпают. Это плохо, я бы сказала.

Когда вы уезжаете так надолго, как вы оставляете дочь?
Она со мной постоянно на связи, сейчас поехала к своему папе. Дочь очень любит путешествовать со мной, наверное, я ее сюда тоже привезу.

Вы приехали в Таллинн на целых два месяца, сколько чемоданов с собой взяли?
Два. И я беспокоюсь, все ли с ними в порядке (интервью проходило в VIP-зале Таллиннского аэропорта). Понимаете, в Шереметьево мои чемоданы постоянно пытаются открыть. И я никогда не могу найти правды, там никто ни за что не отвечает. В итоге я нахожу свой одинокий выпотрошенный чемодан.

Будьте уверены, ваш багаж будет в порядке. Насколько вперед вы планируете свою работу?
Минимум на год. Хотя иногда хочется не планировать, в этом есть какая-то загнанность. Отдыхать я буду, возможно, только осенью и, желательно, в пасмурном месте.

Вы начинаете сниматься в главной роли фильма ужасов «Карантин». Что привлекательного вы нашли для себя в этом сценарии?
Мне кажется, что это мечта для любой актрисы - сниматься в отрицательной роли, это самая выигрышная роль в принципе. Это не только мое мнение, это так и есть. О чем еще мечтают артистки? О «Вишневом саде»? Но это сказка, роль ведьмы. Все великие артисты, как правило, становились заметными после отрицательных ролей.

Отрицательные персонажи - сложные, в них, среди прочего, интересно вложить положительные черты и понять, почему же они стали такими плохими.

В моем случае, дух злой ведьмы вселяется во вполне добропорядочную женщину, которая начинает лютовать. Дело происходит под Новый год в пионерском лагере, все оформлено в стилистике а-ля Тим Бартон.

Я его фанат! Играю старшую пионервожатую, мне попадается маленький отряд детей, который я должна принести в жертву, чтобы окончательно воцариться в мире. Сценарий, между прочим, смешной, веселый, совсем не триллер и не какая-нибудь «Пила».

Что вы чувствуете, когда видите себя на экране?
Очень редко мне это нравится. Воспринимаю себя не как артистку, а как персонаж, как человека, который совпадает с текстом, поэтому я имею претензию к оператору, к своему лицу, к осветителю.

Если вы воспринимаете себя отстраненно, как персонаж, то никогда не бываете в конфликте с ролью?
Я бываю в конфликте с режиссером. Я должна иметь к режиссеру некоторый пиетет, поэтому часто отказываюсь от съемок. А к режиссеру в этом проекте я отношусь с большой симпатией.

Я заметила, что сейчас много режиссеров-женщин, креативных, интересных, тонких. Есть гениальные режиссеры-мужчины, но посредственных режиссеров настолько много, что гениальные в этой массе теряются.

Будучи сама сценаристом, вы позволяете себе критически относиться к чужим сценариям?
Я вообще очень критично отношусь, могу говорить текст своими словами, например. Особенно я критична, если у меня нет контакта с режиссером. Понимаете, сценарий - это вообще самое главное. Если его нет, то снять хорошее кино трудно.

Есть, правда, режиссеры - гении, как например, Питер Гринуэй. Я не могла вообще понять, про что у него сценарий, но согласилась у него сниматься потому, что он - выдающийся режиссер, и любой опыт, любой контакт с ним очень питателен.

Позволяете ли вы другим критиковать написанные вами тексты?
Это ваше право, будет вам нравится, что я делаю или нет. Я же снимаю то, что решила снимать.

Когда вы снимаете кино, приходится ли вам заниматься и финансовыми вопросами?
Отчасти приходится. Это дополнительный труд, обратно противоположное творческому процессу. С одной стороны, деньги - это независимость, свобода в творчестве, но одновременно ты сам себя редактируешь, загоняя в рамки бюджета. Деньги оттягивают часть энергии.

Расскажите, что интересного произошло в вашей жизни в последнее время.
Самым значительным я считаю то, что мы вместе с Земфирой сняли музыкальный фильм «Зеленый театр в Земфире».
Большой полнометражный фильм-концерт, с ним мы попали в волну, ведь в России и постсоветском пространстве этот жанр был абсолютно забыт в течение долгого времени. Были сняты разве что «Женщина, которая поет» и еще пару менее значимых лент.

Это был не DVD для фанатов?
Нет, мы это кино прокатали в цифровых кинотеатрах по всей России. Это был продюсерский проект, в котором половину на себя взяла Земфира. Плюс к этому, я увлеклась дизайном одежды. Мне действительно очень приятно этим заниматься.

Вы стали конструировать одежду от избытка энергии, свободного времени или невозможности больше видеть, как одеваются российские женщины?
И вообще, не рискованно ли начинать проекты во время экономического кризиса?
Я долго отказывалась от этого предложения. Нашла полгода, чтобы заняться одной коллекцией, еще полгода - чтобы другой. Знаете, это же очень много работы!

Cама я не шью, если бы я сама шила, мне бы цены не было. Но я реально отслеживаю каждый шов, так что мы делаем качественную одежду по доступным ценам. Допустим, примерно такой же пиджак, как у нас, но от Jil Sander стоит космических денег, то наш будет стоить около двухсот евро. Во время кризиса вы же не пойдете тратить деньги на дорогие брендовые вещи, а скорее предпочтете качественную одежду за адекватные деньги.

В коллекциях много черного, маленькие черные платья, маленькие черные плащи. Причем шьется все на человеческую фигуру, а не модельную, скелетообразную. Много вещей из натурального шелка, страшно элегантно.

В общем, то, что я делаю, я с удовольствием вытаскиваю из собственного шкафа. Есть в коллекции настоящие хиты, один костюм я сама купила раз двадцать, себе и в подарок. Но я точно знаю, не буду посвящать свою жизнь моделированию, хотя опыт считаю очень интересным.

Какие модельеры вам самой нравятся?
Я сейчас была на показе русской коллекции Шанель в Москве, познакомилась с правой рукой Карла Лагерфельда Патрисией, которая делает волшебные короны и другие аксессуары. Это, конечно, на меня произвело огромное впечатление. Люблю Jil Sander, из русских брендов - Nina Donis.

Скажите, помните ли вы то время, когда вас не воспринимали всерьез и чтобы вас услышали, приходилось как-то особенно напрягаться?
Сейчас такое невозможно. Мужчины слишком легко подавляются, они могли бы быть и не такими слабыми.

Верите ли вы в любовь с первого взгляда и до последнего вздоха?
Моя бабушка любила дедушку до последнего вздоха, не знаю, насколько он ее любил, но он ее не покидал. Значит, такая любовь есть. И я в нее верю.

08.06.2009
Ксения Репсон (С)

увеличить

0

28

РЕНАТА ЛИТВИНОВА И ОЛЕГ ТАБАКОВ НА 31 ММК

РуДата, 22.06.2009

В конкурсной программе состоялся показ фильма Киры Муратовой «Мелодия для шарманки».
«Кира Муратова предупреждает о душевной глухоте», - так говорит о фильме Олег Павлович Табаков. «Она снимает о том, что ее реально беспокоит», - утверждает Рената Литвинова. Сводные брат и сестра, оставшись сиротами после смерти матери, накануне Рождества отправляются на поиски своих отцов. Мир живет в ожидании праздника, и никому нет дела до бездомных детей. На своем пути они встречают самых разных людей, но все они, добрые ли, злые, умные, глупые, насмешливые и грустные, - все одинаково равнодушны к блуждающим по улицам детям, мечтающим о доме и Рождестве. Но рождественская ночь завершается драматически. На пресс-конференции, посвященной показу фильма, о нем рассказывали не только актеры, но и продюсер Олег Кохан и художник по костюмам Руслан Хвастов. Вел конференцию Андрей Плахов.

Андрей Плахов: Ожидалось, что картину представит режиссер Кира Муратова. К сожалению, Кира Георгиевна заболела и не смогла приехать. Поэтому мы будем вести беседу с другими участниками создания фильма. Этот фильм Киры Муратовой, безусловно, как и каждый ее фильм ¬– мы уже привыкли к этому – событие. Каждый раз это радикальное, новое явление в искусстве, в ее творчестве. Все ее фильмы сохраняют авторскую интонацию, свой стиль, и тем не менее они очень различны, и на протяжении последних 10-15 лет мы можем наблюдать, как меняется кинематограф Киры Муратовой.

О чем Вы думали, что Вы чувствовали, когда смотрели фильм?
Олег Табаков: Я смотрел диск, в зале вживую не видел, а это не совсем полные впечатления. Мне кажется, как в 60-е годы Александр Вампилов диагностировал рак совести у советских людей, теперь, в иное время, в государстве иной социально-экономической формации, Кира Муратова предупреждает о душевной глухоте, о той мере людской разобщенности, которая мне представляется весьма опасной. Как уж там выберемся из этого, с нами более-менее ясно, а вот как быть с детьми и внуками. Твердо ответить не могу, но вот открою школу в этом году для особ одаренных российских детей, так что внесу свою лепту в борьбу с этим заболеванием.
Рената Литвинова: Олег Павлович сказал о концепции этого фильма. Кира не живет в мегаполисе, где ты не можешь позвонить собственной маме, настолько ты загнан, где кто-то умирает, идет драка, а тебе не хватает сил даже взглянуть одним глазом туда. Это тотальное равнодушие. Кира живет в Одессе и себя там сохраняет, имеет возможность многое избежать. Я не могла бы пройти, если кого-то бьют, и мне не хочется кричать на всех углах, что если ты счастлив, то надо это как-то распределять, если у тебя есть деньги, надо делиться. Это все грустно, страшно, когда один, второй, третий ребенок умирает на улице.

Спасибо, что вы сняли такой фильм, он очень нужен. Как Вы на это решились?
Олег Кохан: Я хочу поблагодарить зал за теплый прием. Это давняя история. Автор сценария, Владимир Зуев, питерский автор, предложил нам сценарий, когда мы заканчивали фильм «Два в одном». А через месяц после премьеры мы уже приступили к работе над этим фильмом.
Рената Литвинова: Кира хотела снимать настоящих беспризорников, но это был вопрос здоровья, им было лет по 12, а они уже были глубоко больными людьми. Им нельзя было работать именно как актерам. Они живут в каких-то странных местах. Кира поражает тем, что берет такие темы, она добрее многих верующих.
Олег Кохан: На исполнение главных ролей мы попробовали более тысячи мальчиков и девочек, кастинг длился более четырех месяцев, и благодаря поддержке Министерства культуры Украины смогли организовать такой рода проект.
Олег Табаков: У Горького в пьесе «На дне», когда Лука ушел, Сатин говорит: «Старик жил из себя». Вот и Кира живет из себя. Я окончил только что студию МХАТ, и она с тогдашним мужем своим Сашей Муратовым, снимала диплом «Весенний дождь», совсем простую советскую историю о молодых людях, которые встретились и полюбили. И Саша командовал «Мотор!», потом говорил «Стоп!», потом бежал метров 20 к тому месту, где стояла в платочке Кира, и слушал долго, что она говорила, а потом приходил к нам – объяснял, как надо играть. Так что вот она¬ – из себя, про себя. Это серьезная возможность уцелеть, сохранить себя. Дело не только в том, что она живет в губернском городе, она живет как «И сквозь невидимые миру слезы», и, несмотря на видимые слезы, и очень нежно, но так твердо пытается призвать нас быть людьми. Она вообще все время сигналит о том, как человеку человеком быть. Что довольно трудно.

Кто эти дети, снявшиеся в главных ролях?
Олег Кохан: Это Лена Костюк и Рома Бурлака, настоящие беспризорники играют только в сцене драки, когда раздевают героев.

Андрей Плахов: Как создавался мир фильма?
Руслан Хвастов: Первое – это невероятное пальто на Роме – с ромбиками, узорами. Хотелось придумать что-то необыкновенное, непонятное, мы придумывали разные варианты. Но однажды я пришел домой, а мама вытащила диван-дек, которым накрывают диван, говорит, не знаю, что с этим делать, забирай в кино. Я принес это Кире и предложил попробовать слепить что-то необыкновенное из этих ромбиков. Весь фильм, все герои создавались по крупинкам, по кусочкам, использовались интересные разные фактуры. Создавая костюм, мне хочется, чтобы, помимо того, что костюм подходил бы актеру, он был бы красивым, но ни в коем случае не отвлекал от актера внимания. Потому что есть масса потрясающих фильмов, где ты смотришь только на одни костюмы, мне это нравится, но кого-то это отвлекает и раздражает. Помимо беспризорных детей, было очень много реальных бомжей. Я видел фильм, когда он был в рабочем состоянии, посчитал, что это безумно тяжело, долго, и я устал, но когда его смонтировали, положили на потрясающую музыку Земфиру, у меня слезы были на глазах. Настолько в тему, на месте, красиво. Это большой такой красивый букет.

Вопрос поставлен фильмом страшный, это печать времени, как и то, что он не дает ответа. Вы в общем-то люди, которые на сегодняшний день много чего определяют для зрителя. Вот Олег Павлович сказал, что хочет сделать школу. У вас есть свой рецепт, как спасти хотя бы детей, как не допустить страха в этой ситуации?
Олег Табаков: Не просто хочу, а уже построили здание. Нам пришлось отдать общагу свою, там, где выросли Миронов, Машков, на месте потерянного общежития теперь складное шестиэтажное здание, где будут жить и учиться детишки, собранные со всей России. Новосибирск, Екатеринбург, Липецк, Саратов, Петербург, Москва. Они будут там жить после девятого класса, как в пансионе, учиться, даже небольшую стипендию получать. По сути дела, ничего в этом оригинального нет, вспомните императорское Тенишевское училище: «Девица Ермолова 16 лет дебютирует…» Это, конечно, выигрыш у судьбы ни с чем не сравнимый, пять, может даже шесть лет. Есть у Алексея Иванова повесть «Блудо мудо», мудо – это муниципальное учреждение дополнительного образования. И поскольку в моей жизни это было, я попал во Дворец пионеров в 14 лет, и в общем мне повезло: довольно рано я понял, куда мне надо выбиваться.

Вы чувствуете, как изменилась Кира Муратова со времен «Увлечения»?
Рената Литвинова: Она идет в сторону все большего просветления, я знаю ее как убежденного атеиста, но мне кажется, что она добрее и благороднее многих воцерковленных и верующих людей. Она снимает о том, что ее реально беспокоит. Страшно, что на Украине она не может снимать не на украинском языке, а вдруг этот фильм ее последнее кино?
Андрей Плахов: Мы очень надеемся, что Кира Муратова будет снимать дальше. У нее бывали очень мрачные и жесткие фильмы – например, «Три истории», а потом ее посещала более легкая муза, в том же «Два в одном». Так что надежда нас не покидает.

Олег, было ощущение, что находятся какие-то параллели с последним фильмом Кшиштофа Зануссии, который вы тоже продюсировали. В частности форма, в которой поданы и тот, и другой фильм, в такой иносказательной, сказочной несколько манере. А второе – общее настроение «Мелодии для шарманки» и «Сердца на ладони», на преломлении жизни сытой и жизни на краю.
Олег Кохан: Не знаю, с чем это связано, не знаю, видела Кира фильм Занусси, но он ее фильм смотрел и тоже провел эту параллель. По всей видимости, это не случайно.

Каким предполагается российский прокат?
Олег Кохан: Точно знаем, что будет прокат на Украине, 9 июня премьера в Киеве, а в конце июля фильм выходит в прокат, а сейчас мы общаемся с несколькими прокатчиками-дистрибьюторами по поводу российского проката.
Олег Табаков: У нас большая надежда – это то, что вы, зрители, остались, я смотрю так внимательно и вижу глаза и повторяю для себя: «Не все еще потеряно, пока вы сидите в зале».

0

29

РЕНАТА ЛИТВИНОВА: Я ЖИВУ ПО ВДОХНОВЕНИЮ 

Metro, 23.06.2009

Премьера, и опять совместная работа с Кирой Муратовой.. 
Кира, как всегда, меня поражает. По-моему, она опять сняла что-то гениальное.
Я играю одну из женщин, которая бы хотела спасти ребенка. Образ странный: я такая с волшебной палочкой, в короне, поднимаюсь на какой-то небоскреб. Смотрю на город и говорю: "Боже мой, такой огромный город... Так много детей не спасенных". Когда умирают дети - страшно. Тяжелый фильм. Выворачивает душу.

Если говорить о людях, которые меняют жизнь, Кира для вас из этой категории?
Да, конечно! Она мне один раз позвонила, и моя жизнь перевернулась. У нас сразу появился контакт, мы ведь много работали вместе.

На пресс-конференции вы сказали, что боитесь, чтобы этот фильм не стал последним для Киры Муратовой...
Все дело в том, что у Киры такое неоднозначное положение. Кира живет на Украине, а снимает кино на русском языке. Вопрос: кто должен финансировать ее ленты? Украина? Но она не хочет снимать на украинском, она и ее кино всю жизнь говорят на русском... Россия? Но она же украинский режиссер. Вот поэтому "Мелодия..." может стать последним фильмом Киры. Надеюсь, что-то изменится.

Расскажите про ваши планы. Есть хорошие сценарии
Постоянно что-то предлагают, но иногда такой маразм! Очень странные бывают люди. Но не соглашусь я - согласится кто-то другой. Видите как. Но все-таки я стараюсь не разочаровывать людей, которые интересуются моим творчеством. Ведь это очень интеллигентные люди, воспитанные и любимые мною.

Не хотите для Земфиры еще снять пару клипов?
Я сделала достаточно много клипов. Больше пока не планируем. Мне будет интереснее, если кто-нибудь другой попробует снять видео для Земфиры.

У вас нет готовых сюжетов клипов на какую-нибудь песню?
Нет. Я не подготавливаюсь к сюжетам. Они возникают случайно, по вдохновению. И так во всем: в кино, в клипах, в моих дизайнерских эскизах.

Отредактировано INNESS (26-06-2009 14:12:16)

0

30

Азбука людей-брендов
Рената Литвинова, актриса, режиссер

Фото: Полина Лебедева
Помимо «Красной Москвы» мне нравятся духи «Мицуко». Мне все время нравятся духи, которые снимают с производства: тяжелые, старые запахи. Один знакомый сказал: «Когда ты пользуешься Красной Москвой, от тебя пахнет всеми мертвыми знакомыми женщинами».
Я являюсь фанатом Гарри Поттера. Мне очень нравится автор. Я считаю, что это - выдающаяся сказка. Я не считаю, что творчество Гришковца - это литература. По его высказываниям мне кажется, что он - неблагородный мужчина.

Меня раздражает, что сейчас люди все меньше и меньше делятся на мужчин и женщин. Что мужчины не претендуют отличаться от тебя... Настоящий мужчина, прежде всего, щадит женщину. А сейчас все больше какая-то беспощадность. Хотя, может быть, это Москва. Потому что в других городах люди совсем другие. Даже больницы другие: там к тебе относятся как к человеку. А в Москве все по-другому.

Людям-брендам можно только посочувствовать. Так как получается, что у них нет конкретной профессии. Такой человек может сконцентрироваться на выпуске косметической продукции, дизайнерских вещей. Но это что-то уж очень неконкретное, поэтому и отношение такое достаточно скептическое.

Я предпочла бы сконцентрироваться на режиссуре и не претендовать на звание человека-бренда. Такие люди очень четко выстраивают свой имидж, и это большой труд. Это очень энергозатратно. И мне непонятно, зачем я должна тратить на это свою энергию, когда я могу потратить ее на творчество. А люди-бренды работают на другие отношения - на публичные.

Честно скажу, я очень позитивная женщина. Есть гораздо более мрачные люди. Берут люди и зависают. Все время их пинаешь, пинаешь. Человек может захохотать на полчаса, а потом опять как в кому впасть. И таких людей много. Они как будто под какой-то инъекцией. А я женщина позитивная, вихревая.

В падении тоже есть свой позитив. Не надо бояться этого. Даже в депрессию я люблю упасть на какое-то время, она бывает для меня питательной. А находиться все время в какой-то стабильности, в довольстве... Это, мне кажется, какой-то кусок мяса, а не человек. Человек должен страдать!
Я вообще считаю, что кино - это экранизация твоих личных снов. В каком-то смысле, недостаток снов люди компенсируют тем, что смотрят фильмы. А я - тем, что могу их снять.
 

Записала Наталья Комелькова
http://www.lu-mon.ru/brandiman?uid=7

увеличить

Отредактировано INNESS (02-07-2009 09:41:47)

0