Форум о Ренате Литвиновой - © RenataLitvinova-Forum "Влюбленные в Ре..."

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Интервью (без комментариев)

Сообщений 31 страница 60 из 61

31

журнал Телешоу (Екатеринбург № 26, 01.07.)
Герой номера: Рената Литвинова: выйти замуж – это важно, но не первично

На прошлой неделе в рамках Московского международного кинофестиваля Рената Литвинова представляла новый фильм Киры Муратовой «Мелодия для шарманки». Мы встретились с актрисой после премьеры и поговорили о том, как она выбирает для себя роли и чего сейчас не хватает русским женщинам.

«Я – неземная женщина»
– Рената, как вы оцениваете свою работу в «Мелодии для шарманки»?
– Здорово было снова работать с Кирой. Она – выдающийся режиссер и очень неординарная личность. «Мелодия для шарманки» – это фильм, на мой взгляд, о человеческом равнодушии. Но мне кажется, это больше болезнь мегаполиса. В деревнях люди более открытые, готовые прийти на помощь. В городе – более разобщенные. Поэтому-то я и ненавижу мобильные телефоны, компьютеры и прочие средства технического прогресса, которые нас уже поработили и делают дальше от любимых людей. Личное общение намного ценнее...
Что-то я отвлеклась… Я очень боюсь, что Кира больше не будет снимать: нет денег сейчас на кино. Поэтому сниматься в ее картине я согласилась, даже не читая сценарий. Хотя у меня тут и небольшая роль, все равно было очень приятно. И наряд такой красивый! Этот мех, кудри, волшебная палочка... Палочку я оставила себе.
– Почти в каждом фильме вы создаете образы эфемерной женщины, какой-то даже неземной. А какая вы в реальной жизни?
– Даже не знаю. Может, я неземная и есть. Не буду отказываться от такого определения. Я согласна на него.
– Скажите, а как вы выбираете роли для себя?
– Они должны совпадать со мной. Необходимое условие – чтобы я уважала режиссера и ждала чего-то интересного от него. Если нет уважения к режиссеру, то нет смысла подчиняться на площадке. Актерская профессия подразумевает подчинение сюжету и режиссерской воли.
– Из чего складывается уважение к режиссеру?
– Все-таки я склонна очаровываться людьми талантливыми. Я даже ищу каких-то встреч с людьми, которые меня могли бы питать. Я никогда не могу понять людей, которые испытывают зависть к людям выдающимся и талантливым. Меня, наоборот, талантливые люди радуют, вызывают некий восторг и понимание смысла жизни и творчества. Та же Нонна Мордюкова, я считаю, одна могла оправдать существование огромной плеяды неудавшихся актрис. Потому что она своей жизнью доказывала, что надо идти в эту профессию, потому что ты можешь создавать гениальные образы. Я люблю очаровываться и обольщаться. Мне кажется, это всем полезно.
– А самой очаровывать и обольщать?
– Мне кажется, что это стезя людей молодых. Я, может быть, отдам им это право. Я такая. Над схваткой. В этом аспекте.
– А какие еще кинопроекты в ближайшее время выйдут с вашим участием?
– Фильм Екатерины Гроховской «Карантин» (премьера в России назначена на 01.01.2010 – «ТШ»). В нем я играю пионервожатую, в которую накануне Нового года вселяется дух злой ведьмы. Совершенно случайно. И из милейшей женщины я превращаюсь в валькирию с рыжими волосами.
– Режиссер уговорила вас перекраситься?
– Нет. У меня там будут длинные волосы – мне уже купили в деревнях какие-то рыжие волосы для парика…

«Нужно от себя всегда чего-то требовать»
– Рената, вы уже сложившаяся актриса, режиссер, а недавно стали еще и дизайнером. Как вы ощущаете себя в новом качестве?
– На самом деле дизайнером меня сложно назвать. Дело все в том, что я очень долго отказывалась от предложения выпустить собственную одежду. Потому что никак не могла освободить для этой работы время. В каком-то смысле мне даже помог кризис: очистилось время, и мы сделали вот такую коллекцию. Я этому рада.
Следующая моя коллекция будет осенне-зимняя. Это что-то нереальное! Там есть черные пальто с круглыми каракулевым воротничками, фетровые сумки… И мне хочется, чтобы было еще и дамское белье. Ведь у нас практически невозможно купить хлопковое красивое белье: или оно уродское, или оно красивое, но стоит запредельные деньги! И я уже думаю: может, мне заняться пошивом трусов? Это ведь все-таки тоже немаловажно. Вот эти модные сейчас стринги – это же ужас какой-то! У меня нет жира, а когда их надеваешь, он все равно выплывает. Это же так несексуально!
– А кто, по-вашему, из отечественных звезд хорошо одевается?
– О, у нас с этим все тяжело... Оксанка Фандера хорошо одевается, Ингеборга Дапкунайте, Маша Миронова… Но в общей массе – ситуация аховая! Я не знаю, почему другие не обращаются к стилистам. Иногда смотришь на артистку и видишь на ней белые сапоги, белую огромную сумку, белые колготки, белое платье… Получается вот такой вот кокон. И думаешь: «Господи! Ну полное отсутствие вкуса!» Вроде симпатичная женщина, а одета как бабушка. Или как психичка. А вообще сейчас у женщин отсутствует не столько чувства стиля, сколько женственность.
– Но некоторым, может, просто не хватает времени, чтобы быть женственными.
– Эти женщины перестали сопротивляться! Они приходят с работы, включают телевизор, где какие-то люди что-то там им навязывают, какую-то чепуху советуют. И они тратят свою жизнь, чтобы услышать этот бред! Они жарят эту картошку, пиво пьют… Получают какие-то сомнительные радости… И так вот жизнь проходит.
– А как вы относитесь к стремлению многих женщин во что бы то ни стало выйти замуж?
– Ну, вышла ты замуж и что? И сидишь ты себе на кухне. И у тебя ребенок. И это все? Какая-то странная цель... А что потом? Ведь нужно как-то состояться, а потом все приложится, в том числе и этот муж… Нужно из себя что-то представлять – это в первую очередь. Выйти замуж – это, конечно, важно, но не первично.
– Как же исправить ситуацию?
– Я всегда говорю, что человек склонен деградировать. Значит, нужно делать над собой усилие. Нужно от себя всегда чего-то требовать, к чему-то стремится. И это нужно делать с таким же усердием, с каким некоторые тренируют ягодичную зону. Но этого мало: надо тренировать главную мускулу – в голове. Я считаю, что русской женщине сейчас не хватает свободы. Она все время в каких-то клещах находится – то нужды, то работы… Замкнутый круг получается! Быт ложится на тебя и начинает душить, душить!.. Надо все-таки не поддаваться ему. Надо расправлять крылья – и улетать…

Женские советы от Литвиновой
– Одежда ни в коем случае не должна перекрывать лицо, отвлекать от него внимание.
В гардеробе у каждой женщины должно быть маленькое черное платье. И его надо правильно подобрать. Платье должно мягко ложиться на тело. Не обтягивать сильно. К черному платью можно надеть жемчужные бусы. Пусть они будут фальшивые даже. Можно и вуаль надеть. И вы будете самой неотразимой!
– Не надо зацикливаться исключительно на работе над своим телом. Вообще для поддержания формы нужно просто много не есть. И не пить водки – она женщине противопоказана, она сжигает ее! Так что вместо того, чтобы часами крутить педали, лучше читайте книжки и работайте над своим внутренним миром.

Выбор Ренаты
Любимый город – Санкт-Петербург, Венеция.
Любимый писатель – Иосиф Бродский.
Любимые дизайнеры – Нина Донис, Денис Симачев, Вика Газинская, Сергей Теплов.

0

32

РЕНАТА ЛИТВИНОВА: ДЕНЬГАМИ НУЖНО ДЕЛИТЬСЯ
Metro, 20.07.2009

Одной из самых ожидаемых на Московском кинофестивале в этом году стала премьера фильма Киры Муратовой «Мелодия для шарманки». Актриса Рената Литвинова сыграла в этой социальной драме фею, чье волшебство оказалось бессильным перед жестокой реальностью.

На премьере Литвинова выглядела мрачной и подавленной и не расставалась со своими темными очками. Свое состояние актриса объясняла тем, что ее очень волнует тема, затронутая в фильме.

Вы представили новый фильм «Мелодия для шарманки» - и это опять работа вместе с Кирой Муратовой...
Кира, как всегда, меня поражает. Думаю, она опять сняла что-то гениальное... Я играю одну из женщин, которая бы хотела спасти этого ребенка... Такой странный образ, потому что я такая с волшебной палочкой, в короне, поднимаюсь на какой-то небоскреб... Смотрю на город и говорю: «Боже мой, город такой огромный... Так много детей не спасенных... Ну еще один. Не успела, не спасла». Когда умирают дети - это страшно, один, второй третий... Но вообще - это очень тяжелый фильм... Душу наизнанку...

Почему вы так переживаете и все пропускаете через себя? Тема беспризорников вам близка?
Проблема детей-сирот не может оставаться незамеченной. Если ты счастлив, то должен сделать счастливым еще кого-то. Если у тебя есть деньги и чуть-чуть лишние, надо делиться.

Если говорить о тех «звоночках», которые меняют жизнь, то Кира Муратова из этой категории?
Да, конечно! Она мне один раз позвонила, и моя жизнь перевернулась. Мы же с ней очень давно сотрудничаем. У нас, как говорится, сразу появился контакт. Для меня Кира в кино - все равно что Рембрандт в живописи. Я ее очень люблю, у меня к ней родственное отношение, как будто она мне такая мама, которая живет в Одессе. И у меня такие хорошие с ней отношения, потому что я ей не обязана звонить раз в день и делать доклады о своей жизни. Но я к ней отношусь абсолютно так же.

Как-то вы сказали о своей боязни, что этот фильм может стать последним фильмом Киры Муратовой...
Все дело в том, что у Киры такое неоднозначное положение. Все эти разные государства... Кира живет на Украине, снимает кино на русском языке. А кто должен финансировать ее фильмы? Украина - она не хочет снимать на украинском, она всю жизнь говорит на русском и кино снимает на русском... Россия - но она же украинский режиссер. А на что снимать? В общем, я сейчас понимаю, что этот фильм может стать последним фильмом Киры Муратовой! Надеюсь, что нет, что что-то изменится.

С Кирой вы, по-видимому, хорошо сработались. А вот с Никитой Михалковым, говорят, всем нелегко пришлось?
Михалков мне понравился. Он трогательный. И чуть ли не в духе старого МХАТа ищет зерно роли. Хочет сделать несколько дублей, один лучше другого. В общем, играет прям как последний раз в жизни! Поразительное качество, которое я не встречаю у более молодых артистов. В этом есть даже какая-то беззащитность. А еще у него сильная харизма, мощь. Такого второго мужчины точно нет. Не знаю почему... Может, артистам нужно больше платить, чтобы они росли и матерели. Сейчас кино уже приносит миллионы. Пора сменить ценники.

Вы себя дорого продавать стараетесь?
Не продается вдохновение, но можно рукопись продать... Я считаю, что это неправильно: делать что-то бесплатно. А уж если занимаешься благотворительностью, скрывай это. Иначе не доброе дело будет, а очередной PR.

Сценарии хорошие сейчас часто предлагают?
Постоянно что-то предлагают. Такой маразм иногда поступает гурьбой! Очень странные бывают люди. Если я не соглашусь, согласится кто-то другой. Видите как. Все-таки я считаю, что люди, которые интересуются моим творчеством, это очень интеллигентные люди, очень воспитанные и достаточно любимые мною люди. Поэтому я стараюсь их не разочаровывать. Надеюсь, и в будущем не разочарую.

Ваши картины - повод поразмышлять о смысле жизни...
Каждый этот смысл выдумывает для себя сам. Для меня смысл жизни - это любить кого-нибудь. А если не дано испытать любовь, не стоит роптать...

Вам, автору собственных сценариев, трудно дается чужой текст?
Иногда трудно. Меняем слова на ходу. Иногда думаю: «Как это бездарно написано...» Но я помню, что такие же претензии артисты могут предъявить и ко мне, читая тексты.

Не хотите Земфире еще пару клипов снять?
Вы знаете, пока не планируем. Интересно будет, если ей еще кто-нибудь попробует снять. Я сделала достаточно много клипов.

У вас нет готовых сюжетов клипов на какую-нибудь песню?
Нет. Я не подготавливаюсь к сюжетам. Они возникают случайно, по вдохновению. Во всем - в кино, в клипах, в моих дизайнерских эскизах. Разве это можно предугадать заранее?

0

33

Рената Литвинова в InStyle
Еще в начале марта Рената Литвинова представила коллекцию своей одежды для бренда Zarina. Журнал InStyle поговорил с актрисой, сценаристом и режиссером о ее новой роли дизайнера и просто о моде.
В нашей стране хорошо одетых людей единицы. Все женщины сплошь "искушают", у них такой агрессивный женственный стиль: всегда на каблуках, всегда в лучшем – мужчин-то не хватает. А уж икон стиля нет вообще. Я тоже живу в России, так что не зовите меня иконой. Это звучит несколько издевательски.

Не называйте меня дизайнером, ведь я выпустила то, что сама не могла купить в магазинах. Я и снимаюсь, как правило, в своей одежде. Вот сейчас тоже – в фильме "Волшебный кубок" играю роль злой колдуньи. У меня там фантастические наряды, и почти все либо придуманы мной, либо получены от друзей-модельеров.
Правила – для всех, а исключения – для исключительных. Тренды, они для тех, кто сам не в состоянии придумать себя. Мой же стиль – потакать своим безумствам, идти им навстречу – слава богу, если они есть!

Черные платья для меня – все. Черное Chanel, черное Dior, черное Nina Ricci – я выбираю одно и то же, но в разном исполнении.
Джинсы редко украшают женщину, хотя бывает и такое. Но главное – их носят все. Это уже не одежда, а исключительно прикрытие тела, что ли. Униформа на заводе жизни.

увеличить

увеличить

увеличить

увеличить

0

34

№32 (101), 29.08.2009
Рената Литвинова: "Никакую работу не считаю черной"

Светлана АГРЕСТ-КОРОТКОВА, специально для «Профиля»

Новый фильм Киры Муратовой «Мелодия для шарманки» (Украина, продюсер Олег Кохан), в котором, по традиции, играет Рената Литвинова, был представлен в конкурсной программе Московского МКФ и получил три приза – ФИПРЕССИ, киноклубов и за лучшую женскую роль. Премьера картины в Киеве ожидается в октябре, а фестивальный показ послужил поводом для разговора с Ренатой Литвиновой.

Рената, есть жизнь, есть быт, есть работа, есть имидж. Вы человек, который загружает себя до предела, так, чтобы ни минуты свободной… Зачем?

Я как раз предпочитаю себя разгружать, а не загружать, потому что нельзя сделать что-то важное, когда ты разобран на молекулы в разных помещениях. Есть примеры – Кира Георгиевна Муратова. Та же Земфира. Они сосредоточены на своем творчестве и дают нам всем пример, как нужно служить своей профессии, своему таланту. У меня же, может, и не получается быть по максимуму везде, но я стараюсь. Люди очень склонны к деградации, только труд это может притормозить. Для меня очень важно – работать. И никакую работу не считаю черной.

А вы уже видели свою новую совместную работу с Кирой Георгиевной – «Мелодию для шарманки»?

Да, но уже на озвучивании было понятно, что Кира сняла свой очередной шедевр. Она все время экспериментирует, все время меняется – это примета большого художника. «Мелодия» – набат, гремящий об утере умения сострадать, о бытовом равнодушии.

Вами написаны многие сценарии для Муратовой, будет ли продолжаться ваше сотрудничество в этом направлении?

Как правило, никому не отдаю своих сценариев, а Кире я готова отдать все, что ее заинтересует. Я буду счастлива, если она станет снимать, и если ее будут финансировать в Украине. Может быть, продолжится ее работа с молодым украинским продюсером Олегом Коханом, ведь, насколько я знаю, кроме «Мелодии для шарманки», с этой же продюсерской компанией снята ее короткометражка «Кукла». Она гениальный человек на территории постсоветского пространства, и, считаю, ее нужно снабжать всеми причиндалами, только бы работала.

А что происходит в вашей творческой жизни? Новый поворот, ведь недавно вы представили свою коллекцию одежды?

Да, но не отношусь к этому, как к делу своей жизни. Просто вынула из шкафа вещи, которые люблю, и подумала, что наши дамочки, украшающие себя стразами, бахромой и прочей чушью, выглядят нелепо. Есть черный цвет, вполне почитаемый на нашем пространстве, есть натуральный шелк, другие натуральные ткани, вещи из которых стоят, кстати, весьма адекватно. Простая классика, съемный воротник, различные аксессуары дают вариативную возможность надеть этот костюм и в офис, и на вечеринку. Вещи такого порядка, изготовленные любой западной конторой, стоили бы раз в 15 дороже.

Что вдохновляло, когда создавали коллекцию?

Мои представления об одежде и образе складывались во вгиковские времена. Основа – классика мирового искусства, в частности, кинематографа. Наслаждалась атмосферой и творениями величайших людей, их гардеробом в том числе. Жан-Люк Годар и Огюст Ренуар, Микеланджело Антониони и его муза Моника Витти, Федерико Феллини и Мазина, Лукино Висконти... И у нас тоже: Марлен Хуциев, Жанна Болотова, сестры Вертинские. Уверена, если вам нравится Модильяни, вы никогда не наденете все эти растянутые свитера и драные джинсы.

Стало быть, дизайн одежды не главенствующая линия в творчестве. Что же, съемки, письменный стол, фотография?

Без фотоаппарата я теперь вообще из дома не выхожу. А снимаюсь в новой картине «Карантин». Режиссер – тоже женщина, Евгения Гроховская. Это такая рождественская сказка, где я играю главную роль – пионервожатой, в которую вселилась ведьма. Вместе со мной в фильме снимается молодая эстонская певица и актриса, моя тезка, Рената Пиотровски. Еще там много хороших детских ролей.

А вы не боитесь роли ведьмы? Наталья Варлей, например, считает, что Панночка из «Вия» сыграла достаточно негативную роль в ее судьбе.

Ой, нет, это не такая «закодированная» роль. Я, в принципе, никогда не согласилась бы сниматься в экранизации того же Гоголя. Свято верю в то, что сила его мистических представлений реально фатальна. Я не могу себя экономить на съемочной площадке, выкладываюсь полностью. В быту – нет. Кира Георгиевна открыла меня как актрису. Это было удивительно. Была такая девушка-сценарист, и вдруг во мне предположили актерский талант. Все актеры говорят, что я вне профессии. Следующая моя ипостась – режиссер. Потом – писатель. Иногда кажется, что моя внешняя оболочка мешает мне.

Дело в том, что оболочку, внешность, свой странновато-постоянный имидж вы сами создали точно, тонко и скрупулезно. Если пришел момент, когда вы говорите, что оболочка мешает, поменять ее можно легко, не так ли?.. Или страшно?

Что значит страшно? Хотя, не без того… В данном случае это очень интимный вопрос.

На ваш взгляд, что такое быть в профессии и вне ее?

Для меня это абсолютная загадка. Мне, например, смешно, когда актеры играют на крупных планах, масштабно, технично. Когда видна техника – для меня это вне профессии. И бывает очень часто, когда внутри пусто, и прикрываются такой техникой. Идут штампы. Но любому человеку в жизни нужно закрыться, вот они и прикрываются. Мне кажется, что красиво так, как я делаю.

Ни кино, ни театр, ни книги не могут дать готовых рецептов, как жить, но сам человек может. Как вы относитесь ко всему, что вас сегодня окружает?

Довольно общий вопрос. Есть что-то хорошее, есть много плохого. Я, например, не смотрю телевизор в принципе. Новости раздражают, от рекламы тошнит, уровень программ унижает – такое впечатление, что находишься в переполненном зале ожидания.

А что интересно? Может быть, литература? Или вы «чужие» книжки не читаете?

Да, конечно, литература. В этой области приоритеты у меня не меняются: Гоголь, Толстой, Достоевский, Бунин. Дальше – Томас Манн. Бродский, Платонов очень красиво писали. Поколение 30–50-летних не завораживает. А что еще интересного здесь и сейчас происходит? Только выдающиеся литераторы, ну, и спортсмены. Кризис какой-то, заводы почему-то остановились. Может, этот мир специально создан, чтобы рождалась литература?! И спортивные достижения?! И, в основном, всё сегодня создают женщины. Уже все давно согласились, что женщины у нас интересней и умнее.

У вас дочка. Вы готовите ее к тому, что она лидер по жизни?

Ни к чему я ее не готовлю. Насколько можно, продлеваю ей детство.

Я верю в существование своих ангелов. Считаю, все предрешено свыше. Не берусь судить, правильно это или нет, справедливо ли это великая тайна. Просто люблю работать, не останавливаясь. Живу в собственной колбе. И не продаюсь… Собираюсь прекратить много сниматься и буду отвлекаться только на что-то стоящее. Считаю, что мой настоящий успех кроется в литературе. Все знакомые литераторы говорили мне, что когда прочитаешь мои тексты, понимаешь: всё остальное, что ты делаешь малая доля того, что можешь сделать.

При нон-стоп как определяете приоритеты?

Я бесконечно люблю Киру Муратову какой-то родственной любовью, не говоря уже о том, что она человек благороднейший, большой-большой художник. Посему, чем бы я ни была занята, где бы ни была, если Кира Георгиевна позовет, все брошу и побегу работать с ней.

Как происходит работа, когда автор сценария Рената Литвинова, придумавшая историю, приходит на площадку как актриса, где надо безоговорочно подчиняться?

Подчиняюсь. Никаких протестов, никакой молодежной неадекватности, буду делать то, что нужно режиссеру. Тем более, если речь идет о Муратовой.

Можете назвать какие-то моменты своей жизни, когда чувствовали себя счастливой?

Не открою секрет: счастье – лишь кратковременные вспышки, это мы с вами понимаем одинаково. Естественно, это связано с состоянием влюбленности, с нахождением в поле близкого, любимого человека. Иногда это бывает, когда смотришь какое-то художественное произведение. Я когда-то испытала такое, увидев картину Рембрандта «Возвращение блудного сына».

Что из сделанного вы считаете для себя вехами, точками отсчета?

Иногда думаю, Боже, нечего показать! Может, несколько фотографий, несколько фраз. Такое у меня к себе отношение. Колоссальный опыт – съемки у Питера Гринуэя, но там такие шокирующие тексты… Он на меня произвел очень большое впечатление. Снималась там вместе с несколькими нашими известными актрисами – Кристиной Орбакайте, Ларисой Гузеевой – они играли мою свиту. Я играла аристократку. С актрисами снимали меня – не актрису. Это, наверное, больно.

Если бы вас поставили в условия выбора, какую из своих ипостасей вы бы выбрали?

В конце концов, я могу писать. Что для этого нужно? Угол, я и бумага. Не компьютер, хотя понимаю всю его современность и преимущества. Но мне кажется, что буквы его такие легкие, так просто появляются и, по-моему, так же легко исчезают. Это мои ощущения. Ну, еще печатную машинку могу принять…

0

35

МОСКВИЧКА РЕНАТА ЛИТВИНОВА

Москвичи живут в родном городе в таком безумном ритме, что не успевают перевести дух и задуматься о вечном. Time Out попросил 25 жителей столицы представить, что у них остался всего один день перед разлукой с Москвой. Как они его проведут?

Рената Литвинова:

"Я люблю Москву, которая осталась только в моих воспоминаниях. Сейчас она другая. Даже погода в Москве другая. Зимы без снега. И если описывать что-то любимое — когда я училась во ВГИКе, то переходила дорогу напротив Киностудии Горького и заходила с неглавного входа на ВДНХ, и шла в кафе, где продавали только мороженое и молочный коктейль. И кафе это было как сказочный дворец из снега и льда. Оно было огромным, с витыми лестницами, они были уже тогда все обломанные, неровные, но строение это переливалось оттенками голубого и зеленого. Мы с подругой даже брали стеклянную трехлитровую банку и покупали молочный коктейль. Кстати, в холодильнике он переставал пузыриться и превращался в сладкое молоко, то есть волшебство исчезало.

Я так любила это место. Потом это заведение начало красиво рушиться. И никто не спасал «умирающую красавицу». А однажды его снесли. Так и с теперешней Москвой — в какой-то момент она исчезла вся. Иногда только, когда вдруг зимой пойдет крупный снег, везде понавалит и не сразу растает, и это будет ночью, и будет раскачиваться фонарь, я вдруг ее узнаю".

Time Out Москва, №31 / 10 - 16 августа 2009

0

36

РЕНАТА ЛИТВИНОВА: "НИКАКУЮ РАБОТУ НЕ СЧИТАЮ ЧЕРНОЙ"

Профиль, 29.08.2009

Новый фильм Киры Муратовой «Мелодия для шарманки» (Украина, продюсер Олег Кохан), в котором, по традиции, играет Рената Литвинова, был представлен в конкурсной программе Московского МКФ и получил три приза – ФИПРЕССИ, киноклубов и за лучшую женскую роль. Премьера картины в Киеве ожидается в октябре, а фестивальный показ послужил поводом для разговора с Ренатой Литвиновой.

Рената, есть жизнь, есть быт, есть работа, есть имидж. Вы человек, который загружает себя до предела, так, чтобы ни минуты свободной… Зачем?
Я как раз предпочитаю себя разгружать, а не загружать, потому что нельзя сделать что-то важное, когда ты разобран на молекулы в разных помещениях. Есть примеры – Кира Георгиевна Муратова. Та же Земфира. Они сосредоточены на своем творчестве и дают нам всем пример, как нужно служить своей профессии, своему таланту. У меня же, может, и не получается быть по максимуму везде, но я стараюсь. Люди очень склонны к деградации, только труд это может притормозить. Для меня очень важно – работать. И никакую работу не считаю черной.

А вы уже видели свою новую совместную работу с Кирой Георгиевной – «Мелодию для шарманки»?
Да, но уже на озвучивании было понятно, что Кира сняла свой очередной шедевр. Она все время экспериментирует, все время меняется – это примета большого художника. «Мелодия» – набат, гремящий об утере умения сострадать, о бытовом равнодушии.

Вами написаны многие сценарии для Муратовой, будет ли продолжаться ваше сотрудничество в этом направлении?
Как правило, никому не отдаю своих сценариев, а Кире я готова отдать все, что ее заинтересует. Я буду счастлива, если она станет снимать, и если ее будут финансировать в Украине. Может быть, продолжится ее работа с молодым украинским продюсером Олегом Коханом, ведь, насколько я знаю, кроме «Мелодии для шарманки», с этой же продюсерской компанией снята ее короткометражка «Кукла». Она гениальный человек на территории постсоветского пространства, и, считаю, ее нужно снабжать всеми причиндалами, только бы работала.

А что происходит в вашей творческой жизни? Новый поворот, ведь недавно вы представили свою коллекцию одежды?
Да, но не отношусь к этому, как к делу своей жизни. Просто вынула из шкафа вещи, которые люблю, и подумала, что наши дамочки, украшающие себя стразами, бахромой и прочей чушью, выглядят нелепо. Есть черный цвет, вполне почитаемый на нашем пространстве, есть натуральный шелк, другие натуральные ткани, вещи из которых стоят, кстати, весьма адекватно. Простая классика, съемный воротник, различные аксессуары дают вариативную возможность надеть этот костюм и в офис, и на вечеринку. Вещи такого порядка, изготовленные любой западной конторой, стоили бы раз в 15 дороже.

Что вдохновляло, когда создавали коллекцию?
Мои представления об одежде и образе складывались во вгиковские времена. Основа – классика мирового искусства, в частности, кинематографа. Наслаждалась атмосферой и творениями величайших людей, их гардеробом в том числе. Жан-Люк Годар и Огюст Ренуар, Микеланджело Антониони и его муза Моника Витти, Федерико Феллини и Мазина, Лукино Висконти... И у нас тоже: Марлен Хуциев, Жанна Болотова, сестры Вертинские. Уверена, если вам нравится Модильяни, вы никогда не наденете все эти растянутые свитера и драные джинсы.

Стало быть, дизайн одежды не главенствующая линия в творчестве. Что же, съемки, письменный стол, фотография?
Без фотоаппарата я теперь вообще из дома не выхожу. А снимаюсь в новой картине «Карантин». Режиссер – тоже женщина, Евгения Гроховская. Это такая рождественская сказка, где я играю главную роль – пионервожатой, в которую вселилась ведьма. Вместе со мной в фильме снимается молодая эстонская певица и актриса, моя тезка, Рената Пиотровски. Еще там много хороших детских ролей.

А вы не боитесь роли ведьмы? Наталья Варлей, например, считает, что Панночка из «Вия» сыграла достаточно негативную роль в ее судьбе.
Ой, нет, это не такая «закодированная» роль. Я, в принципе, никогда не согласилась бы сниматься в экранизации того же Гоголя. Свято верю в то, что сила его мистических представлений реально фатальна. Я не могу себя экономить на съемочной площадке, выкладываюсь полностью. В быту – нет. Кира Георгиевна открыла меня как актрису. Это было удивительно. Была такая девушка-сценарист, и вдруг во мне предположили актерский талант. Все актеры говорят, что я вне профессии. Следующая моя ипостась – режиссер. Потом – писатель. Иногда кажется, что моя внешняя оболочка мешает мне.

Дело в том, что оболочку, внешность, свой странновато-постоянный имидж вы сами создали точно, тонко и скрупулезно. Если пришел момент, когда вы говорите, что оболочка мешает, поменять ее можно легко, не так ли?.. Или страшно?
Что значит страшно? Хотя, не без того… В данном случае это очень интимный вопрос.

На ваш взгляд, что такое быть в профессии и вне ее?
Для меня это абсолютная загадка. Мне, например, смешно, когда актеры играют на крупных планах, масштабно, технично. Когда видна техника – для меня это вне профессии. И бывает очень часто, когда внутри пусто, и прикрываются такой техникой. Идут штампы. Но любому человеку в жизни нужно закрыться, вот они и прикрываются. Мне кажется, что красиво так, как я делаю.

Ни кино, ни театр, ни книги не могут дать готовых рецептов, как жить, но сам человек может. Как вы относитесь ко всему, что вас сегодня окружает?
Довольно общий вопрос. Есть что-то хорошее, есть много плохого. Я, например, не смотрю телевизор в принципе. Новости раздражают, от рекламы тошнит, уровень программ унижает – такое впечатление, что находишься в переполненном зале ожидания.

А что интересно? Может быть, литература? Или вы «чужие» книжки не читаете?
Да, конечно, литература. В этой области приоритеты у меня не меняются: Гоголь, Толстой, Достоевский, Бунин. Дальше – Томас Манн. Бродский, Платонов очень красиво писали. Поколение 30–50-летних не завораживает. А что еще интересного здесь и сейчас происходит? Только выдающиеся литераторы, ну, и спортсмены. Кризис какой-то, заводы почему-то остановились. Может, этот мир специально создан, чтобы рождалась литература?! И спортивные достижения?! И, в основном, всё сегодня создают женщины. Уже все давно согласились, что женщины у нас интересней и умнее.

У вас дочка. Вы готовите ее к тому, что она лидер по жизни?
Ни к чему я ее не готовлю. Насколько можно, продлеваю ей детство.
Я верю в существование своих ангелов. Считаю, все предрешено свыше. Не берусь судить, правильно это или нет, справедливо ли это великая тайна. Просто люблю работать, не останавливаясь. Живу в собственной колбе. И не продаюсь… Собираюсь прекратить много сниматься и буду отвлекаться только на что-то стоящее. Считаю, что мой настоящий успех кроется в литературе. Все знакомые литераторы говорили мне, что когда прочитаешь мои тексты, понимаешь: всё остальное, что ты делаешь малая доля того, что можешь сделать.

При нон-стоп как определяете приоритеты?
Я бесконечно люблю Киру Муратову какой-то родственной любовью, не говоря уже о том, что она человек благороднейший, большой-большой художник. Посему, чем бы я ни была занята, где бы ни была, если Кира Георгиевна позовет, все брошу и побегу работать с ней.

Как происходит работа, когда автор сценария Рената Литвинова, придумавшая историю, приходит на площадку как актриса, где надо безоговорочно подчиняться?
Подчиняюсь. Никаких протестов, никакой молодежной неадекватности, буду делать то, что нужно режиссеру. Тем более, если речь идет о Муратовой.

Можете назвать какие-то моменты своей жизни, когда чувствовали себя счастливой?
Не открою секрет: счастье – лишь кратковременные вспышки, это мы с вами понимаем одинаково. Естественно, это связано с состоянием влюбленности, с нахождением в поле близкого, любимого человека. Иногда это бывает, когда смотришь какое-то художественное произведение. Я когда-то испытала такое, увидев картину Рембрандта «Возвращение блудного сына».

Что из сделанного вы считаете для себя вехами, точками отсчета?
Иногда думаю, Боже, нечего показать! Может, несколько фотографий, несколько фраз. Такое у меня к себе отношение. Колоссальный опыт – съемки у Питера Гринуэя, но там такие шокирующие тексты… Он на меня произвел очень большое впечатление. Снималась там вместе с несколькими нашими известными актрисами – Кристиной Орбакайте, Ларисой Гузеевой – они играли мою свиту. Я играла аристократку. С актрисами снимали меня – не актрису. Это, наверное, больно.

Если бы вас поставили в условия выбора, какую из своих ипостасей вы бы выбрали?
В конце концов, я могу писать. Что для этого нужно? Угол, я и бумага. Не компьютер, хотя понимаю всю его современность и преимущества. Но мне кажется, что буквы его такие легкие, так просто появляются и, по-моему, так же легко исчезают. Это мои ощущения. Ну, еще печатную машинку могу принять…

0

37

РЕНАТА ЛИТВИНОВА О СВОЕМ СТИЛЕ

"В моей личной моде - сдержанность, графичность. Поменьше отвлекающих приляпок, аксессуаров на одежде. Без них одежда становится драматичнее.

Мне очень нравится рашен-стайл, как его обыграла Шанель с драгоценными кокошниками и кафтанами. И вообще украшения охраняют от злых взглядов. Я сама обожаю короны, и это такой необходимый в моде подраздел - роскошь.

Что до массивных плеч... Чтобы оправдать эти нахлобучки на плечах, надо обладать ростом человека с затонувшей Атлантиды, быть безупречным, длинным и вытянутым. Достаточно комично выглядят дамы среднего роста в таких «доспехах». А бархат, как и мех, всегда были в почете из-за нашего холодного климата, так и останутся. Стиль милитари лично я очень люблю с тех времен, когда занималась конным спортом. Беспроигрышный вариант, если у вас спортивная фигура, и удобно, и при этом соблюдена претензия выглядеть аристократично".

0

38

Рената Литвинова
Рената Литвинова — о слухах вокруг своей свадьбы с Земфирой, об отказе сниматься у Балабанова в фильме «Морфий», о духах «Красная Москва» и о любви к Виктору Цою

Когда мы познакомились с Кирой Муратовой и ее мужем, они не поили меня отравленным коньяком. Я уже прибыла к ним на встречу в определенном состоянии. Просто у меня были такие красные щеки… Слава богу, мы встречались в небольшом таком баре, и он был достаточно полутемным. Вообще Кира не употребляет в больших количествах. Я ей все время говорю: «Кира, а как же вы расслабляетесь?» Кира совершенно не злоупотребляет.

Я все-таки с возрастом перешла на более легкие напитки. Теперь я совсем не потребитель коньяка. Вам нужно было меня встретить в годы «Богини», когда у нас был продакт-плейсмент коньяка, он целыми ящиками имелся на площадке. Сейчас я уже в коньяке не компетентна — вот шампанское, белое вино… И я все равно не могу пить отравленное белое вино; его очень легко подделать, очень много отравленного белого вина. Набахают туда какого-нибудь сахара.

Иногда я подвергаюсь критике за то, что выражаюсь нецензурно. Я на самом деле могу быть очень жесткой и кого-то даже обидеть. Это во мне есть. Но в принципе — всегда по делу. Я не могу сказать, что я какая-то несправедливая. Могу какое-то время терпеть.

Интересно, что когда ты делаешь какое-то дело, то вдруг понимаешь странную специфику нашей родины: людей надо как-то пинать, людей надо держать в каких-то рукавицах. Почему-то на работе особенно сильно вскрывается черта русского характера — не любят они работать. А я не побегу в этот — где кормят — в обеденный перерыв или за зарплатой. На съемочной площадке работают три человека; думаешь, а что делают все остальные? Почему они так странно вокруг слоняются? А мы в каком-то мыле работаем.

Я вам хочу сообщить, что играть стервозные роли намного питательнее и благодарнее, чем положительные. С актерской точки зрения они очень выгодные и выигрышные, там есть вещи, которые раздирают. Я не верю, что в чистом виде бывают люди хорошие или плохие — они такие в силу обстоятельств. Разные. Ну и еще есть, я надеюсь, святые.

В силу обстоятельств ты меняешься: в детстве ты такой природный, а потом начинаешь попадать в этот социум и действуешь по схеме Маркса, то есть «бытие определяет сознание». Но я надеюсь, что Карлуша был не прав, и с возрастом сознанием разруливаю бытие.

Если бы я была Марлен Дитрих, то, может быть, тоже пошла вразнос и удаляла б ребра не только себе, но и окружающим. Мне нравится совершенство, и в каком-то смысле я удаляю лишнее — кстати, это касается и одежды. Я отрезаю лишнюю длину, ширину, детали, цвет, рисунки, то, что рябит и сборит… Ты просто оставляешь одежду как рамку, оставляешь то, что может усилить человеческое обаяние. В принципе, это можно распространить и на все остальное. Это в какой-то степени режиссура — режиссура твоего экстерьера. А дальше это может распространиться и на пленку, и на текст, на эскиз, который ты нарисуешь.

Я часто переписываю ответы в своих интервью. Журналисты не сохраняют твою лексику, не оставляют твой индивидуальный стиль письма. Все-таки есть разделение на каких-то роботов, полуроботов и людей, и иногда они бывают такие нетонкие, даже не чувствуют разницу между таким словом и этаким словом. А там же может быть пропасть громадная! Когда текст переписывают своими словами, то получается, что журналист пропускает мои слова через себя, и получается уже его текст. Он как бы присваивает мои моменты. И можно сказать, что я пишу лучше, чем говорю. Или мой разговор не передается по бумаге.

Я действительно люблю духи «Красная Москва». Запах практически многовековой и был когда-то очень стойким, натуральным, это сейчас вместо натуральных отдушек употребляют химические заменители. И вот как-то я насандалилась этими духами, и Рустам Хамдамов мне сказал: «Вы пахнете всеми моими мертвыми женщинами». Тогда я была молодая душа, а сейчас мне кажется, что это комплимент — такая память в запахе. Я, кстати, не понимаю, почему люди не любят, чтобы от кого-то пахло именно насыщенными духами? Мне нравятся насыщенные, информативные запахи. Преимущественно старые. Это же так согревает в нашем холодном климате. В вонючих подъездах, в набитом метро, в трагической ситуации… Чуть-чуть обволакивает и помогает.

Сплетничают про всех и всегда. Но у сегодняшней прессы не существует такого понятия, как репутация, и серьезное вроде бы издание может перепечатать из желтого листка какую-то совершенно бредовую информацию и множить ее, множить до абсурда. Она оскорбительна, порочит твою репутацию, и ничего нельзя сделать — только сказать этим людям, которые работают в подобных изданиях и дают распоряжения наполнять свои полосы перепечатками из желтых таблоидов: «Гореть вам в аду!» Потому что ад существует, для них существует отдельный просторный этаж. Там котлы расставлены. Все очень негигиенично и неэстетично — все как в их статейках. Там они встретятся со своим творчеством воочию. Все имеет обратную силу. Обратку. Эти издания выпускают кал. И люди, которые все это читают, получается, калоеды. Они все употребляют — про этот мой нос, про этот шведский паром… Я в жизни не ездила в Швецию, никогда не вступала в однополые браки. Судиться бесполезно, суды — это профанация, отсутствие законов, равнодушие и беспредел… И я понимаю степень своей беззащитности — в том смысле, что наносится ущерб моей репутации. Кстати, чему же учатся толпы юношей и девушек на факультете журналистики целых пять лет, что они там делают-то так долго, если толку никакого нет? Их же так много по этажам бегает. Какими такими принципами они овладевают?

Я была с Кирой Муратовой и остаюсь с ней. Последняя картина Киры Георгиевны, «Мелодия для шарманки», естественно, не имеет большого кинопроката. Как и все ее картины, в которых я снималась, — их же никто не видел! Только горстка сумасшедших киноманов! А остальные обращают внимание на желтые издания, которые выходят миллитиражами. Долбятся в телевизоры чисто механически — он уже фон под жизнь, и радио постоянно включено с этими песенками, как они их там выбирают, парткомы их? И получается бешеный перекос — хочется отползать от телевидения, потому что оно как будто бы пачкает тебя. Есть такие персонажи, об них как будто пачкаешься, просто постояв рядом. Хочется отбежать подальше, а ведь они же настоящие, из жил и крови сделаны, претендуют на отношение к себе. Агрессивные, иногда глупые, иногда жалкие… Я, может, тоже кому-то такой кажусь — все это последствия ошибок… Я считаю, что телевизор не надо держать в квартире. У меня есть теория, что телевизор облучает. Сжирает твой мозг, твое время, которое вы могли бы потратить более конструктивно.

Есть хороший сериал «Lost». Я его покупаю на дисках на Горбушке, такой замечательный сюжет, ничего не понятно — что за люди в пиджаках в кустах, дым полсериала клубился и шептанья слышались, потом об этом забыли сценаристы. Мертвые герои или живые? Для мертвых больно они бытовые, и это как-то не так интересно, но пока ответ еще не придумали. Это же можно веками писать, только воображение как-то подпитывать у сценаристов, гонорарами например… А как мне нравился негр, которого быстро ликвидировали! Положительные герои, которые в лагере гуртуются, они, конечно, так себе… Мне нравятся спорные персонажи. Бен, например, и лицо у актера отличное. Единственно, меня бесит жирный герой. Пытаюсь привыкнуть к нему.

Я отказалась сниматься в фильме «Морфий» Алексея Балабанова — я же не артистка… В принципе, я у Леши уже снималась два раза, и я к нему очень душеранимо отношусь, но я не актриса, это не моя профессия, и я ведь имею право сказать: «Сниматься не буду»? Имею. А артисты, может, такого права и не имеют, тем более у талантливого автора.

Почему вы говорите, что я уж такая противница Гребенщикова? Мне нравится его песня «Все говорят, что пить нельзя, а говорю, что буду». Но я очень именно люблю Витю Цоя, и когда слышу его песни, то начинаю петь наизусть, а я вообще не про пение. Цой и Земфира — вот два имени, творчество которых я прямо люблю. Из русских.

Если ты не взлетишь, то ты не упадешь. Не упадешь, тоже не взлетишь. Давайте смотреть на минусы и превращать их в плюсы — вы понимаете, что в каждом падении есть возможность взлета и приобретение опыта, страданий, тренировка душевной мышцы. В конце концов, это все движение, события, которое я сяду и опишу когда-то. Так что и падения меня питают. И потом, нельзя все время быть наверху. Это вредно даже, адекватность теряется. Нельзя. И это отличное оправдание, не правда ли?»
http://pic.ipicture.ru/uploads/091009/Wq4ikEC4NV.jpg
взято тут:
http://www.bg.ru/article/8274/

Отредактировано Galina (09-10-2009 23:12:30)

0

39

В ЖЕНСКОЙ БЕЗЗАЩИТНОСТИ И СОДЕРЖИТСЯ САМАЯ БОЛЬШАЯ ЗАЩИТА 

Комсомольская правда, 12.11.2009
Эту актрису называют «иконой стиля». И действительно, нельзя не отметить ту изысканность, с которой Рената Муратовна подбирает свой гардероб. Ничего остромодного типа велюровых спортивных костюмов, никакого увлечения лейблами – кроме вечной Шанель. Чаще всего – черная гамма и оригинальные аксессуары. Одежда, которая придумывает Рената для бренда «Zarina» - стильная, немного с винтажным оттенком, которую не стыдно надеть и на тусовку, и на вечернее мероприятие. Мы решили поговорить с актрисой о моде и об искусстве одеваться.

Что, по-вашему, будет в моде этой зимой?
В моей моде - сдержанность, графичность. Поменьше отвлекающих приляпок, аксессуаров на одежде. Я бы сказала, что одежда становится драматичнее. В моде - образ "женщины с биографией". Хотя мне всегда такие нравились. Мне очень нравится рашен-стайл, как это нереально обыграла Шанель с драгоценными кокошниками и кафтанами – такое талантливое буйство украшений в последней коллекции "Москва-Париж". И которые непременно должны быть у русской женщины. И вообще, это охраняет от злых взглядов, отвлекает. Я сама обожаю короны, и это такой необходимый в моде подраздел - роскошь. А что такое роскошь? Это и есть искусство. И это никогда не пропадёт. Это фрагментарно, так или иначе, применяется русскими женщинами - красные, коралловые или жемчужные бусы носились всегда!

Говорят, будут носить накладные плечи, мех, милитари-стайл…
Эти массивные плечи в 80-х годах воспринимались мною, как уродство. И вообще вся та мода с дикими раскрасами и блёстками так и не будет иметь перспективы именно в повседневной одежде. Чтобы оправдать эти нахлобучки на плечах, надо обладать ростом человека с затонувшей Атлантиды, быть безупречным, длинным и вытянутым. Достаточно комично выглядят дамы среднего роста в таких "доспехах". А мех, бархат будут всегда - из-за холодного климата и из-за русской особенности тянуться к роскоши - буйной, очевидной. Милитари лично я сама очень люблю ещё с тех времен, когда снималась у Питера Гринуэя в роли аристократки-наездницы и занималась конным спортом. Очень лаконичный, беспроигрышный вариант, если спортивная фигура. И удобно, и соблюдена претензия выглядеть аристократично.

В чем вобще должна ходить по улице женщина 2000-х?
Женщине на улице должно быть тепло, удобно передвигаться. И она должна уместно выглядеть в своём наряде хоть в метро, хоть на остановке буранного полустанка... И чтобы по одежде была похожа именно на женщину. В беззащитности женщины и содержится сама большая защита.

Где вы чаще покупаете одежду - за границей, в России?
Чаще в Москве, а в последнее время ношу одежду либо из своей коллекции, либо дружественных дизайнеров-товарищей. Например, для моего последнего фильма-сказки"Волшебный кубок", где я играю роль Ведьмы, аксессуары делала дизайнер Шанель - моя талантливейшая подруга Летиция Клайе. И вообще, я фанат часовой марки Радо - в дизайне часов существует не меньше страсти и тенденций, чем в моде. Из русских модельеров я люблю Нину Донис, Терехова, Гайдая. Я люблю очаровываться талантливыми людьми и этим руководствуюсь в выборе одежды.

Куда "уходит" одежда из вашего гардероба? Например, которая разонравилась, или была приобретена по случаю, но так и не захотелось надеть... В юности многие девочки меняются одеждой, было ли у вас такое?
Я никогда не менялась одеждой в детстве, тем более не особенно много одежды у меня было. Вот если я зимнюю дублёнку носила с детского сада до класса восьмого, то что отдавать? Это сейчас я часто свои вещи дарю, иногда перешиваю. Но дарить - все-таки намного приятнее. И, кстати, не ношенное, а новое, теперь я могу дарить вещи из своей коллекции. Например, уникальные платки, которые эксклюзивно для нас расписал Рустам Хамдамов.

Что на данный момент интереснее всего: играть, писать, снимать фильмы или моделировать одежду?
Сочинять костюмы - это часть режиссуры. Даже только снимаясь, как актриса, я всегда занималась сочинением, разработкой своих образов в кино, а если работала, как режиссер, то "одевала" всех своих героев, рисуя точно такие же эскизы, как и к коллекции. Если мне везло, и со мной работала такой художник-постановщик, как Наталья Иванова, той, старой школы на картине "Богиня. Как я полюбила", то это было счастье. Совместное рытье в старых книжках, поиски силуэта, цвета, ткани, примерки, пошив вариантов...

Очень похоже происходит, когда мы разрабатываем коллекцию под моим именем. Так что я не занимаюсь чем-то себе несвойственным. Я всегда вела изыскания, как мои герои выглядят на плёнке, только сейчас это передвинулось в более прикладной аспект. И силуэты мои не вычурны, а в каком-то смысле старомодны, ведь я не мыслю себя дизайнером, я просто делюсь своими любимыми строгими силуэтами, которые своими деталями не перекрывают человека. Одежда должна быть всего лишь выгодной рамкой, из которой должно проступать лицо, а не наоборот.

Продолжается ли работа с МХАТом? И что с картиной Киры Муратовой «Злая Фаина, добрая Фаина»?
Я продолжаю сотрудничать с любимым театром. Играю уже пять лет спектакль "Вишневый сад". Скоро снова спектакли. У нас всегда аншлаг. Насчет «Фаин» - съемки ещё не начались, но я рада, что премьера другой Кириной картины "Мелодия для шарманки" назначена на ближайшее время. И счастлива, что Кира Муратова, наконец, выздоровела. И думаю, скоро решит, что она хочет снимать. А информация о моем раздевании в кино, как всегда, сильно преувеличена. 

http://pic.ipicture.ru/uploads/091113/thumbs/xfw6lc9DBR.jpg http://pic.ipicture.ru/uploads/091113/thumbs/RZvvpJw2dc.jpg http://pic.ipicture.ru/uploads/091113/thumbs/B2n7ZZVdhq.jpg http://pic.ipicture.ru/uploads/091113/thumbs/LB9Db1ys4k.jpg

+2

40

РЕНАТА ВСПОМИНАЕТ ПАПУ

Сегодня в Киеве должна была состояться премьера фильма Мелодия для шарманки Киры Муратовой, посвященная 75-летию режиссера.

Но премьеру отменили из-за эпидемии. Хотя сам фильм выйдет в прокат, как и было заявлено, со следующей недели.

О чем новая картина юбиляра? В канун Рождества мальчик Никита и девочка Алена, чья мать умерла, едут в большой город, чтобы найти своих отцов. Для зрителей, не привыкших к почерку Муратовой, смешение абсурда, иронии, социальных и библейских аллюзий, возможно, покажется слишком пугающим. Снявшаяся в картине Рената Литвинова объясняет сюжет по-своему:

- Я родилась в Москве в семье врачей. Папин род очень важный - княжеский татарский. Отец Мурат Амирович Вергазов не жил с нами. Мне не было года, когда они расстались с мамой, и видела я его не больше десяти раз в жизни. Но все эти встречи помню очень ярко. Он был красавцем, любимцем женщин, разбивателем сердец. Именно он в первый раз в моей жизни подарил мне духи настоящие, с запахом ландыша. Я такие себе иногда покупаю в честь него. И туфли на высоком-высоком каблуке. Но одну туфлю после его очень ранней смерти разорвала собака, и у меня хранится, завернутая в бумагу, только вторая туфелька. Как у Золушки. А мама так и не вышла больше замуж. Я, когда ко мне кто-нибудь приходил в гости (а ведь это было ужасно, что у меня нет отца!), вешала дедушкин плащ в прихожей. И всегда говорила, что папа поздно придет. Мне кажется, все знали правду, но я упорно держалась своей версии. Сама разводилась дважды, и родителей понимаю - если нет любви, то незачем вместе жить. Никогда не говорю плохо о прежних мужьях, чтобы не травмировать дочь. У Ули есть отец, они общаются, вместе я отпускаю их на море. Вспоминая себя с придуманным папиным плащом на вешалке, я никогда не стану сознательно лишать дочку отца. Потому что знаю, что это такое - когда ты ждешь, а он не приходит. У него своя жизнь, и ты ему не нужна...

0

41

Рената Литвинова: «Я не считаю себя иконой стиля»
В интервью «КП» режиссер, актриса и сценарист рассказала о своей кинокарьере и о состоянии влюбленности.
Литвинова - гость в Киеве редкий. Поэтому приехавшую на украинскую премьеру фильма Киры Муратовой «Мелодия для шарманки» актрису на каждом шагу сопровождали многочисленные вспышки фотографов. Но о фильме и Кире Муратовой, казалось, Литвинова может говорить не переставая.

- Я с большим пиететом отношусь к Кире Георгиевне. Она поручила мне быть ниткой в этом рисунке, и я исполняла все указания режиссера.

- Рената, вы же дебютировали у Муратовой как актриса...

- Да, Кира меня открыла. Мне бы самой в голову не пришло, что я могу существовать как актриса. Я была как спящая красавица, а Кира сняла с меня этот покров.

- Во всех фильмах, где вы играете, - вы красивы. Не было ли желания сыграть откровенно некрасивую женщину?

- Если Кира пригласит - то да. А так - нет. Хотя то, что в кино я всегда красива, неправда. В фильме «Три истории» я играла водителя трамвая. И там были такие ужасающие костюмы, свитер со стразами. Я там очень горевала, когда была уродски одета. Но считаю, это была одна из моих самых ярких ролей.

- Вы когда-то сказали, что стареете красиво… Но, кажется, вы совсем не стареете.

- Ну как же не старею? Это всего-навсего моя оболочка, и она, как и все, подвержена физическим изменениям. Но существует еще и внутренний мир. Он очень, кстати, улучшает внешность. Если внутри есть мотивация, если ты влюблен, если ты читаешь книги… А у нас перекос в сторону физического. Как можно качаться в спортзале и не читать книг? И что в результате получаем? Взгляд - как закрытая дверь. Я всегда вот перед сном читаю. Правда, часто всякий мусор, как, например, журналы. А вот телевизор я не смотрю - его у меня дома нет, новости читаю в Интернете.

- Рената, вы сейчас влюблены?

- Да. Я все свое время свободное всегда провожу в компании любимых людей. Может быть, от этого страдает карьера (улыбается). Для меня это нормально.

- Как вы относитесь к тому, что вас называют иконой стиля?

- Скорее с юмором. Я себя таковой не считаю. И потом - что такое икона стиля на нашей территории? Для этого ведь существует целая индустрия: агенты, фотографы, фотосессии, а когда ты все делаешь в одиночку…

- Вы - один из любимых персонажей для пародистов. Как к этому относитесь?

- На самом деле редко бывает что-то смешное. И на Новый год я телевизор смотреть не буду: там через канал пародии на меня. Буду смотреть обращение президента, а потом выполню ритуал - напишу желание на листочке бумаги и сожгу его. Принято этот пепел съедать, но я есть не буду. Кстати, я никогда потом не помню, исполнилось ли мое желание.

- Как вы относитесь к слухам о себе?

- Я просто не знаю, откуда они берутся! Вот поверьте, то, что написали о моем браке с Земфирой в Швеции… я никогда в жизни не была в Стокгольме, не ездила на паромах и ни с кем не сочеталась браком!

В ТЕМУ

Премьера фильма Киры Муратовой «Мелодия для шарманки» прошла в рамках благотворительной программы life:) «Помочь так легко». Все средства, собранные от проката фильма, будут направлены на помощь детям улицы, которые сейчас воспитываются в детских центрах по всей стране.

увеличить

0

42

..замечательное интервью - новые тайно-загадки: публику необходимо держать в напряжении )

0

43

Рената Литвинова в журнале Cosmopolitan
1. На Новый год необходимы шампанское брют, что-то запеченное в духовке, салат оливье и много-много кулечков под елкой.

Даже есть примета – нужно написать желание на бумажке, некоторые его сжигают, некоторые съедают до окончания 12-го удара, и тогда оно сбудется.
2. Нужно приготовить два наряда: ослепительный – пока вы можете держать себя в "рукавицах", а на следующем этапе переодеться во что-нибудь более демократичное.

Я очень люблю черный цвет, и второе платье должно быть, конечно, черным, все усеянное ювелирными украшениями и брошками. А первое платье – непременно сверкучее, максимально роскошное, как в мечте, как в сказке.

3. На Новый год нужно дарить очень щедрые, по мере возможности радующие и неожиданные подарки.

4. Новый год нужно встречать с елкой, на которой висят старые дореволюционные или доперестроечные игрушки.

И в окружении только близких и любимых людей – ни в коем случае нельзя встречать Новый год в обществе светских дежурных и не очень родных людей, это приносит расстройство в течение всего года.

И, конечно, я была бы счастлива иметь возможность заказать снегопад под бой курантов, организовать огромные белые сугробы.

5. В свой Новый год я обязательно надену перьевую накидку, сделанную вручную из черных лакированных перьев из моей коллекции , это мой любимый аксессуар из Новогодней коллекции.

фото не вставляю, т.к. все они из коллекции Зарина, уже  на форуме размещались.

0

44

РЕНАТА ЛИТВИНОВА: ДА, Я ВЫЗЫВАЮ ВОПРОСЫ

22 марта 2005

Открою вам секрет: Рената Литвинова умеет разговаривать нормальным голосом и не размахивать при этом руками. Если вы это хотели услышать.

Вам интересно было бы почитать большое традиционное интервью с нею? Вопрос, ответ? К сожалению, это почти нереально устроить. Но мы постарались — я и пресс-служба Московского Художественного театра. Только у Ренаты Муратовны каждый день плотно забит событиями, и это не позерство. Вот вы сегодня что делали? Завтрак — работа — обед — работа — магазины — дом — ужин — телевизор? С собакой еще погуляли? Потому-то персонажи творческие и деятельные столь интересны народу, что живут иначе. Я вам сейчас расскажу. Я провела с Литвиновой безумный гастрольный день: это сплошная работа какая-то вперемешку с беспрерывными телефонными звонками. Что в Питере, что в Москве. Там, говорят, даже хуже.

6 и 7 марта 2005 года МХТ давал чеховский «Вишневый сад» на сцене БДТ, где Литвинова играла Раневскую, поэтому в Петербург она приехала в составе труппы Художественного театра, и всего на два дня. В первый день ни о каких интервью и речи быть не могло: короткий отдых с дороги, репетиции, спектакль. Общение с прессой было назначено на день второй, который был расписан по минутам. Мне достались разъезды и поздний вечер после спектакля, в гримерке, полной цветов и подарков.

- Как можно выдержать такой безумный ритм? Звонки, разъезды, пробки, съемки, интервью…

- Это чистый кошмар. Что-то в этом есть неправильное, безусловно. И я такая пострадавшая глубоко от журналистов — это факт. Я не знаю — мне странно. Их очень много. Приходят, спрашивают... А потом еще такое пишут: как прочитаешь про себя, так прямо в шок входишь… Ни в сказке сказать, ни пером описать. Думаю: и чего это я им покоя не даю? Видно, у меня стезя такая, что ли. Вот скажите, почему про других такие глупости не пишут? Почему, не понимаю, я у них такая жертва любимая? Что такое? И знаете — слава тебе, господи! — я не хожу в Интернет. Но, как говорится, мир не без добрых людей: что-то мне все время сообщают, постоянно узнаю что-то новое.

Рената вздыхает и растерянно озирается, словно не в силах сообразить, за что хвататься. Длинный день на исходе, гастроли закончены, осталось еще совсем немного «поработать медийной личностью» — и домой.

- Господи, — говорит она, яростно стирая грим каким-то молочком, которое нашлось на туалетном столике, — меня так жутко накрасили, как будто я мертвец какой-то. — И небрежно скидывает ватные колечки в пакетик из-под подаренной орхидеи.

- Почему у Вас такой сложный грим?

- Не знаю, так получается. Это решение художника-постановщика нашего, Давида Боровского.

Ее одну гримируют целый час. Она и живет отдельно: весь МХТ в гостинице «Советская», а Литвинова — в «Астории». Потому что такая особенная? Да нет, просто очень любит жить в центре. Петербург для нее особый город, счастливый, приносящий удачу: здесь проходили премьеры ее фильмов, презентации книги о ней, здесь самые преданные поклонники любят и ждут.

- Здрасьте! — в гримерку вдруг без стука заходит какой-то человек.

- Здрасьте! — в тон ему отвечает Литвинова.

- Что взять-то? — его, кажется, послали за вещами.

- Да вот, смотри, сколько у меня всяких штучек-дрючек. Куда мы сложим все это? Не знаю… Что делать будем? А?..

Литвинова ходит с полиэтиленовыми мешками по гримерке, перекладывает что-то из маленьких пакетов и коробочек в большие. Потом бросает мешки, садится перед зеркалом, презрительно смотрит на свой телефон: он пиликает.

- Аллё! Да, наверное. Я вот сейчас переодеваюсь и выезжаю, да.

Вскакивает снова к мешкам, но телефон не унимается и снова звонит.

- Аллё! А, привет, ну что, вы прошли, все нормально? Спасибо, что пришли, я так переживала, что вы не попали, или еще что-то… Спасибо, спасибо, встретимся, целую, пока.

Тем временем человек подхватил пакеты, сумки, коробки и мешки и вышел. Рената откладывает телефон в сторону и поворачивается ко мне с виновато-усталой улыбкой: можем продолжать.

- Как Вам игралось на сцене БДТ?

- О, потрясающе! Мне так нравится зритель в Петербурге: такой добрый, такой хороший. В Москве гораздо строже смотрят, там намного тяжелее играть. А вообще я каждый раз ужасно волнуюсь перед спектаклем. Все время хожу с томиком Чехова, не расстаюсь. Один настолько затрепала, что он начал разваливаться, и мне подарили другой. Я его везде оставляю в кулисах, потому что у меня безумный страх, что я могу, не дай бог, что-то перепутать, забыть слова. Наверное, никто из актеров так не делает. Но я же непрофессиональная актриса…

В служебном буфете, уже в шикарном костюме, в гриме, за пять минут до начала спектакля Литвинова стремительно ест салат, улыбается девочкам-буфетчицам и со словами «я — непрофессионал, мне можно» утыкается носом в Чехова. При этом за нею хвостом бродит оператор с очередного телеканала и снимает, снимает: Литвинова с Чеховым в руке вызывает лифт, Литвинова с Чеховым под мышкой расплачивается за салат, Литвинова с Чеховым в одной руке и с тарелкой в другой бродит, умудряясь изящно придерживать длинные юбки, и ищет окошко для грязной посуды…

- Еще я получаю огромное удовольствие от партнеров. Чем дальше, тем больше. Я в таком упоении от Дрейдена… Большая честь для меня — с Кашпуром играть. Я считаю, что это выдающийся артист из того, именно старого, МХАТа.

Сергей Дрейден, актер из Петербурга, приглашен в «Вишневый сад» на роль Гаева, брата Раневской. Владимир Кашпур, артист МХАТа с 1961 года, в спектакле «Вишневый сад» играет старого лакея Фирса.

- И кстати, — продолжает Литвинова, меряя шагами гримерку и нюхая флаконы, — я знаю, что многие на меня злятся. Или какие-то вопросы возникают по поводу того, как это я вдруг оказалась во МХТе. Некоторые возмущаются, откуда я взялась и как попала в «Вишневый сад», как я посмела вообще выйти на сцену. Но если я так решила, то это же такой поступок, такой жест. Вы понимаете? Я до сих пор сама с трудом представляю, что играю Раневскую.

- Режиссер Адольф Шапиро сделал Вам предложение, от которого, как говорится, Вы не смогли отказаться?

- Да, чтобы отказаться, большой силы не надо. А теперь я все время думаю: вот какой я над собой проделала эксперимент! И вообще, раз Шапиро меня позвал, значит, он решил, что можно что-то со мной сделать. Мы и речью занимались, потому что у меня нет голоса нормального. Ну, зато у меня второй акт, конечно, выигрышный! А вы сейчас смотрели спектакль?

- Конечно. Правда, было плохо слышно — журналистов запихнули на второй ярус.

- Да, мне сказали, что очень тихо, поэтому сегодня я уже орала во все горло. Я еще поругалась с нашим оркестром.

На сцене во время спектакля оркестр сидит на скамьях, играет вживую и, действительно, иной раз заглушает актеров, особенно Ренату — с ее обычным, не поставленным, «киношным» голосом нелегко в театре. Странно, что сама она говорит не «в театре», а «на театре»:

- Да, но смотрите: я никогда раньше не играла на театре, и поэтому, видите, вызываю я вопросы у людей. Конечно, я себе устроила такой психологический тест. Но главное, конечно — это вопрос силы. Потому что я сама не понимаю, где была сила: отказаться или принять это. А теперь у меня контракт на год. До лета буду играть на театре, если меня не выгонят из МХТа. Но, Вы знаете, я себя причисляю к жертвам кинематографа. И мне больше нравится делать кино. Там у меня есть планы.

- А в книге Алексея Васильева «Богиня. Разговоры с Ренатой Литвиновой» я читала отрывки из Вашей прозы.

- Да, этот Васильев! Я считаю, что он такой талантливый! А я постоянно на его книжке нагло и беззастенчиво расписываюсь.

- Когда же у Вас будут силы на свою собственную книгу?

- Ну, может, когда-нибудь… Моя бабушка, кстати, говорила: настоящая твоя, какая-то там последняя, жизнь, будет именно в книжках. А она у меня была такая провидица! И поэтому я ей верю. Может быть, я действительно потом чуть-чуть подустану с этим кино и начну, наконец, писать книги. А пока я хочу делать новый фильм, мы сейчас как раз запускаемся.

- А на сценарии когда у Вас находится время?

- Я пишу только ночами. В остальное время столько хлопот… Вы же видели. А ночью спокойно. Во-первых, все же спят, во-вторых, молчит телефон и никто меня не дербанит. У меня главный враг — этот телефон. Я теперь думаю: ну, когда же я смогу себе позволить такую роскошь, чтобы его выключать? Пока у меня ничего такого с ним сделать не выходит, и я очень страдаю, что он без конца звонит. Я себя чувствую человеком, совершенно не принадлежащим себе. Я уверена — это мне послано такое наказанье. Для чего-то, почему-то, за что-то — настоящее наказанье.

И Литвинова как-то обреченно кидает свой телефон в сумку. Взгляд ее падает на заваленный букетами диван.

- Послушайте, а может быть, я Вам подарю цветы? Потому что их так жалко — они же просто погибнут у меня в поезде! Берите-берите!

Рената из театра поедет в гостиницу, а оттуда на вокзал. Людей, подаривших цветы, тоже жалко: старались ведь, выбирали… Но у меня дома эти цветы хотя бы проживут несколько дней в вазе. Беру с благодарностью и сижу с ними. А в гримерку уже врываются люди и торопят: водитель ждет, а поезд ждать не будет.

- Спасибо Вам большое за внимание, — говорит Литвинова. — Поеду, правда. А то я сейчас на фиг опоздаю совсем на этот поезд. — И надевает смешной меховой берет, круглые темные очки и черное пальто поверх мехового жакетика.

Снова какие-то люди просят: а можно щелкнуть еще разок, а то мы уже тут и свет выставили… Тащат ее к портрету Товстоногова, ставят в изломанную позу, отбирают у нее сумку, вырывают у меня цветы и суют ей в руки.

- Оставьте в покое цветы, я их человеку подарила уже, — отбивается Литвинова, но фотографы непреклонны: Товстоногов, поза, букет, работаем. Прорвавшиеся поклонники вокруг радостно щелкают камерами, словно в обезьяннике. Уже сбегая по лестнице, Литвинова успевает расписаться на протянутых программках и стремительно скрывается за дверью служебного входа.

Я медленно выхожу из театра с охапкой ее цветов. Падает хлопьями снег.

// Мария КИНГИСЕПП

0

45

Интервью с Р. Литвиновой в газете "Труд-7"
— Рената, когда у вас появятся новые роли?

— Недавно мне позвонили от режиссера Виктора Гинзбурга и попросили день досъемки. Это «Generation П» по роману Пелевина. Я так хохотала! Четыре года фильм делается! И что-то конца-краю не видно. У меня там партнер Миша Ефремов, а в главной роли Виктор Епифанцев. Надеюсь, доберемся когда-нибудь и до премьеры.

А еще сыграла недавно злую ведьму. Очень хороший сценарий, безумно смешной, я снималась вместе с детьми. Съемки были в Таллине.

— Российский фильм или эстонский?

— Там копродукция, совместное производство. Совершенно потрясающие декорации, жирные такие, богатые, просто сумасшедшие и нереально прекрасные, как у Тима Бертона.

— Как называется?

— Название «Волшебный кубок».

— И о чем фильм с таким названием?

— Значит, так. Пионерский лагерь накануне Нового года в таком, знаете, сталинском готическом стиле. Пионеры вот эти в галстуках, ворота железные. Я, значит, пионервожатая, очень такая мирная женщина в стиле, а-ля Рената.

— Какой вы и являетесь.

— Да. Я там такая почти не накрашенная вначале хожу. Потом в меня вселяется из леса волшебный дух, где-то я немножко подзевнула, разбираясь с какими-то дураками-рабочими, которые траншею все роют и роют, я никак не могу на них повлиять — ну, такая беззащитная. Как раз в этот момент в меня неожиданно влетает злой дух страшной ведьмы, который сидел до поры до времени в какой-то железной банке. И все — я начинаю демонить. Волосы рыжие мои распускаются, я надеваю какие-то немыслимые фэшн-наряды. У этих рабочих тут же покрываются глаза такой пленкой, они говорят: «Слушаемся и повинуемся, наша госпожа». У меня там ногти черные, лаковые, и я такая просто красотка неотразимая, сказочная, в длинных платьях, с роскошными прическами и стрелками у глаз.

— И кто придумал это сказочное безумие?

— Режиссер Катя Гроховская, очень талантливая. У нее был фильм хороший — «Человек безвозвратный». Я, кстати, тоже очень много привнесла, признаюсь честно. Короче говоря, я заваливаю весь пионерский лагерь такими непроходимыми снегами, идет снег, буря, пытаюсь чуть-чуть отравить директора пионерского лагеря, с досадой сообщаю ему, что он не умер, но отравился неизвестной болезнью. И у меня там остается 7 или 8 детей, которых мне нужно принести в жертву. Но они это быстро просекают и начинают со мной войну. Когда они мою ведьму доводят, она идет жаловаться чудо-дереву: «Какие страшные люди, эти дети!» И это ужасно смешно. То, что я видела в материале, меня очень порадовало.

— Интересно, что после доброй феи в «Мелодии для шарманки» Киры Муратовой вы сыграли злую ведьму.

— Мне нравятся такие необычные проекты, как у Кати Гроховской. А у Киры я всегда соглашаюсь на все. Ведь сколько лет я в кино, столько дружу и с Кирой Георгиевной.

— Ее «Увлечения» были началом вашего актерского пути?

— Да, там был мой дебют как киноактрисы. Но сначала Кира никак не могла найти мне место в этой картине, сомневалась. В конце концов я написала сама себе тексты, и она расслабилась, ей все стало нравиться. А до этого она как-то не знала, то ли да, то ли нет. Ведь я же была такая странная.

— А как вы познакомились?

— Она увидела меня на фестивале «Арсенал» в Риге. И, кстати, когда мы с ней познакомились, начался салют, вы представляете?

— В честь вашей встречи.

— Может быть, да, если верить в какие-то предзнаменования. Человек же не обращает внимания иногда на знаки судьбы, а потом вот вспоминаешь. Помню, она стоит, а за окнами бьет салют. И мы впервые увиделись. Уже после Кира рассказала, что тогда меня запомнила и подумала: боже мой, но ведь ее же надо снимать. Вот так. И еще она очень долго меня советовала Рустаму Хамдамову, а он, как она говорит, все не верил. А когда уже я у него снялась в «Вокальных параллелях», Кира сказала: «А я же ему говорила, говорила, когда он снимал „Анну Карамазофф“: тебе нужна именно она».

— Кира Муратова сыграла определяющую роль в вашей творческой судьбе, а вы, в свою очередь, вошли в ее творческий мир как важный и необходимый персонаж.

— Мне кажется, да. И сейчас Кира уже не глядя мне пишет тексты, которые совершенно совпадают со мной. Потому что раньше я могла что-нибудь там дописать, делала какие-то свои вставки. А вот начиная с «Настройщика», все, что она мне предлагает, просто попадает точно в органику.

— Диагноз бездуховности, который ставит Муратова фильмом «Мелодия для шарманки», может что-то изменить?

— Каждый на своем месте пытается что-то сделать, и Кира пыталась тех же беспризорников вырвать хотя бы на этот короткий отрезок времени из их беспросветности, снять их в картине. Кира всегда очень сострадающая… А что еще можно сделать? Только то, что вы готовы сделать лично от себя. Она же не общественная организация и делает что может. Я ее люблю и за то, что она прежде всего дерзкий, именно «молодой» художник. И я поражена ее душевной натренированностью. У нее есть вот эта мышца какая то, которая, в принципе, дарована молодым, страстным людям, она вся в страсти. Вы понимаете, это совершенно неравнодушная картина, она действительно горит, как красная лампа, и об нее можно обжечься.

— Олег Табаков, который играл в «Мелодии для шарманки» вашего мужа, оказывается, опекает школу, которую он создал для одаренных детей.

— Да, ведь он и сам в такой же школе в свое время учился. Я была в его школе и видела, что он реально туда ездит, помогает, это правда абсолютная.

— Рената, а для себя как вы решаете эту проблему?

— Не буду вдаваться в подробности, но вот я даже на своем опыте могу сказать, что, когда ты пытаешься дозвониться до кого то, тебя сливают по всем автоответчикам, через всех секретарей, чтобы не принимать ни в чем участие.

— Когда вы хотели богатых людей вовлечь в акции?

— Да. Это происходило в нескольких организациях одновременно. Я была страшно шокирована. Причем речь шла даже не о деньгах, нужны были, например, памперсы, и звонок был в фирму, которая ими занимается. Вы знаете, у людей, наверное, какие-то свои проблемы, но вообще ситуация очень плохая, так много пренебрежения и равнодушия к людям. Даже в больницах. А в милиции? Если с вами что-то случится, там же еще раз то же самое с вами сделают, если вы придете как жертва. Нет даже насечки такой в людях в этих инстанциях: милиция, травмпунк-ты, «скорая помощь», больницы. У них в принципе само чувст-во сострадания атрофировано. Я не знаю, что для них надо сделать, чтобы они дали человеку обезболивающее. Понапрасну будет кричать на этих их носилках какой-нибудь раненый после аварии. И хорошие люди, конечно, не удерживаются. Они не выдерживают, когда всем все равно, и они бьются о бетонные края.

— И как это изменить?

— Повышать зарплаты этим людям. Мотивацию формировать, ну никому же вообще не стыдно, внутренний цензор присыплён, внешний отсутствует.

— Только в этом дело?

— Ну, если милиция мечется для того, чтобы им заработать на прокорм, когда же у них время заниматься раскрытием преступлений и защитой граждан, тратить силы на сострадание?

— Может ли кино спровоцировать на жестокий поступок?

— Жизнь может спровоцировать. Я вот, например, отлучаюсь из Москвы — и вся такая добрая, а когда возвращаюсь, бывает, что все меняется. Например, вечереет, ты едешь из аэропорта, и кажется, что ты в такую жижу въезжаешь, агрессивную. Удручают эти грязные дороги, злые физиономии. Почему-то начинают с тобой чудовищно обходиться совершенно незнакомые, безадресные люди, задевают тебя, толкают. Москва — очень агрессивный город. Я иногда ловлю себя на мысли, что мне хочется купить какую-нибудь кислоту и, например, обливать машины, которые паркуются там, где нужно им, не думая о людях.

— Хочется ответить агрессией на агрессию?

— Да, это невольно возникает. Хотя понимаю, что это не я, в меня влезает какой-то демон, он захватывает тебя, и ты не можешь сдержаться. Я уже могу даже закричать и, был бы у меня пистолет, могла бы, кажется, кого-нибудь и пострелять, не дай бог.

— Так, может, кино должно усмирять страсти, утешать?

— Нет, усмирять должны другие инстанции. Художники — они же все равно лечатся при помощи своего кино, и они, в принципе, снимают его для себя, находят такой способ самолечения.

— Получается замкнутый круг: освобождаясь от своей боли, ты как будто переносишь ее на других?

— Но как приказать снимать доброе и светлое, как при Сталине? Надо же, чтобы это совершалось искренне.

— И каков результат?

— Я как зритель, посмотрев некоторые картины, думаю: «Господи, может, пойти напиться?» Это получается самый простой выход (смеется).

— Есть у вас новые режиссерские замыслы?

— После «Зеленого театра в Земфире» я затихла на время, чтобы все обдумать. И сегодня я снимаю свой камерный проект. Как режиссер и продюсер. Это, конечно, независимый и очень малобюджетный проект, я даже не ставлю задач про прокат и прочее, а снимаю как в первый раз, как некий дебютант, у которого минимум средств, масса амбиций и предельная независимость от чьих-то вложенных денег.

Картина состоит из хороших женских ролей. Отсняли только несколько смен, и трудно обобщать, это как перламутр: меняется с каждым съемочным днем весь замысел. Есть сценарий, но он редактируется и под актеров, и под бюджет, и под декорации. Но мне радостно сообщить, что у меня есть соратники: и молодые художницы, и второй режиссер, и композитор… В одиночку невозможно вступать в проект — кино ведь коллективное творчество.

Коротко
Москва — очень агрессивный город. Я иногда ловлю себя на мысли, что мне хочется купить какую-нибудь кислоту и, например, обливать машины, которые паркуются там, где нужно им, не думая о людях

0

46

Spletnik.ru, 19.03.2010

Вчера в торговом центре "Метрополис", что на Войковской, собралось непривычно много журналистов: вооруженные камерами, они караулили появление Ренаты Литвиновой и ее подруг на фотовыставке, посвященной выходу новой совместной коллекции актрисы и отечественного бренда Zarina. Сопровождал открытие выставки ролик-воспоминание о том, как в исторических интерьерах особняка Петербургского Дома Ученых проходила фотосессия.

Чуть позже мы встретились с Ренатой Литвиновой в магазине Zarina - актриса рассказала "Сплетнику" о том, как шла работа над коллекцией и какие у нее сейчас творческие амбиции. Разговаривать нам приходится в примерочной кабинке - в самом магазине собралась пресса, жаждущая заполучить еще пару снимков звезды:

"Боже, мне еще никогда не приходилось давать интервью в примерочной кабинке! Бывает же!"

Мы сидим на маленьких табуретках, закрытые от окружающего мира шторкой - более интимную атмосферу для интервью сложно представить. Рената невероятно хороша: тонкая, нежная, нервная. Она изящно заламывает руки, когда волнуется, о чем-то рассказывая, поправляет волосы, расправляет подол платья:

"Честно, эта коллекция - моя самая любимая. Каждую вещь из нее я хотела бы иметь в своем гардеробе. Эти юбки, блузки, платья - все такое женственное, изящное. Мы действительно вложили в нее всю душу. И, хотя я не мыслю себя дизайнером, все равно я отслеживала с какой-то маниакальной страстью каждый стежок, каждую кнопочку и застежку. Это был своеобразный пунктик".

"В этом году я как могла билась с производителями за то, чтобы все ткани в коллекции были натуральными. Сами платья, блузки, платки, даже подкладки - все это шелк. При этом нужно было сохранять адекватность, чтобы цена на вещи не зашкаливала. Было сложно балансировать между желанием сделать что-то по-настоящему качественное и в то же время приемлемое для большинства женщин".

Что стало для вас источником вдохновения при создании этой коллекции?
Разумеется, классика. Мне кажется, что великая мода кончилась в конце 1960-х, ее последними адептами были Диор, Шанель, Юбер Живанши. О, это был период красоты... Не только в моде, но и в кино. Так вот, когда этот период закончился, на смену ему пришел модернизм, это бесконечное смешение, эклектика. Мне все это не близко. Мне нравятся классические силуэты, линии, крой.

Еще один источник вдохновения - русская история. Мне хотелось добавить к классическим силуэтам немного сказочности, чтобы обозначить, что это коллекция отечественного бренда. Я как подорванная скупала жостовские подносы, мы изучали их роспись, копировали ее. Видите, платье, которое сегодня на мне - расписано вручную (кстати, на него уже ведется запись!). Есть еще несколько таких же нарядов, но они застряли на таможне. Там же "зависла" партия саквояжей с похожими принтами, несколько моделей обуви...

Кстати, обувь - еще одна моя гордость. Обратите внимание на форму - что может быть более красивым, чем традиционные лаковые лодочки на шпильке? Или шелковые босоножки на широком каблуке? В России, как сказал классик, трудно сыскать две пары изящных женских ножек, а такие туфли визуально удлиняют ногу и делают икры тоньше.

На сегодняшний день Рената Литвинова в большей степени кто: дизайнер, режиссер, актриса?
Но, конечно, я не мню себя дизайнером. Прежде всего, я режиссер и актриса. Сейчас я снимаю новый фильм - очень авторский, камерный, малобюджетный. Завтра будет уже 18-й съемочный день.

В проекте будут задействованы всего три актрисы - Таня Друбич, Оля Кузина и я. Хотя, изначально на эту роль я планировала пригласить совершенно другую актрису, но в целях экономии средств пришлось сниматься самой.

Мы снимаем с очень молодой группой, которую я называю "группой единомышленников": оператор нового фильма - вообще студент, художники-постановщики - выпускники московской студии-школы МХАТ. У нас потрясающая художница по костюмам - она создает сумасшедшие наряды. Музыку к фильму напишет Земфира.

О чем будет ваш новый фильм?
Вы знаете, мне кажется, что этот фильм о том, как будто одна женщина разделилась на три: одна любит, другая разлюбляет, а третья находится в поиске любви. И эти три женщины - они подруги. Фильм так и будет называться "Нас было три подруги". В фильме будет много мистики, безумия. Но что поделать, я люблю это безумие и никак себя не сдерживаю, снимая кино.

Пока нет точных дат релиза новой картины, но есть большая вероятность того, что какое-то мероприятие мы проведем в рамках Каннского фестиваля, куда я улетаю 20 мая. Очень надеюсь, что все удастся и мы представим фильм в Каннах. Кстати, возможно, на премьеру я надену что-то из новой коллекции.

0

47

Рената Литвинова: «Разнузданность женщины снижает ее класс»

Музами коллекции, которую Рената Литвинова презентовала в одном из торговых центров, стали актрисы Екатерина Волкова и Юлия Снигирь.

- Мы воплощаем три возраста отечественного кинематографа, - не без пафоса заметила гостям Рената. - Я - представитель старшего поколения, Юля - наша надежда, а Катя - его расцвет. Три разные женщины, объединенные общей любовью к кино и красивым вещам.

После показа мы с Ренатой присели в маленькой комнатушке при магазине и немножко поговорили, периодически роняя на пол платки и вуали, лежащие повсюду.

«АКСЕССУАРЫ - НАШЕ ВСЕ!»

- Вот смотришь на ваше платье и просто видишь в нем Любовь Орлову из фильма «Весна»...

- Это вы про сиротское такое? А мне кажется, оно беззащитное... - Актриса жеманно, в своей знаменитой манере пожала плечами, и шелк на плечах кокетливо заиграл. - Любови Петровне понравилось бы скорее такое, что на госпоже Волковой... А на Юле - что-то юношеское. Это платье - о первой любви. Создает чистый такой образ и класс женщине. А разнузданность, кстати, класс женщины снижает.

- У вас в коллекции много аксессуаров...

- Они передают какое-то настроение... Знаете, как раньше было: если у девушки в руке веер сложен, то это один сигнал, если она им обмахивается - другой. Если у нас нет аксессуаров, деталей, как же мы будем отличаться друг от друга? Женщина выделяется нюансами.

- Почему узоры на вашей юбке напоминают жостовские подносы?

- Я хотела, чтобы были русские мотивы. И когда сочинялась новая коллекция, попала на выставку жостовских подносов. Они меня и вдохновили.

- Другие дизайнеры тоже используют в коллекциях народные мотивы, но порой получается такой лубок...
- Я всегда говорила, что главное в одежде - ее адекватность. Я не делаю «фэшн» и моду для светских див... В нашей одежде можно появиться на работе. Это элегантно, скромно, но и с некоей претензией быть особенной. Эту претензию нельзя в себе ни в коем случае убивать!

- У вас дочка подрастает. Не было ли в планах сделать детскую коллекцию?

- Нет. Мне хочется больше ответвиться в свою профессию. Потому что быть модельером - все-таки не моя основная работа.

«С ЗЕМФИРОЙ ДЕЛАЕМ НОВЫЙ ФИЛЬМ»
- Ходят слухи, что вы снимаете новый фильм.

- Это такой камерный проект, на трех актрис. О чем кино? Это история одиннадцати дней из жизни трех женщин. Будет три периода, состояния души. Первый - когда вы кого-то разлюбляете, когда уходит чувство. Это олицетворяет первая женщина. Вторая влюблена. Третья, которую играю я, слегка выпивает, вечно с приключениями, в поисках любви... Очень позитивна.

- Это арт-хаусное кино?

- Ну да, у нас же маленький бюджет. Но материал очень красивый. Реальность перебивается сновидениями, потом уходит в сказку... Смысл в том, что, несмотря на конечность человеческой жизни, это вовсе не конец. Композитором у меня будет Земфира.

ФИШКИ ОТ РЕНАТЫ

Одежда: плиссированные юбки, бархатные жакеты, подбитые изнутри шелковыми орнаментами, лаконичные блузы и женственные платья живут в сказочно сверкающем пространстве натуральных тканей.

Обувь: атласные туфли с открытым носком, классические лаковые лодочки на шпильке.

Аксессуары: тканевые сумки с орнаментом из цветов, изысканные платки с рисунками птиц и кошек.

отсюда http://www.kp.ru/daily/24466.4/626091/

увеличить

Отредактировано INNESS (01-04-2010 13:58:07)

0

48

[b]Рената Литвинова: Оказывается, я – колдунья![/b]

Личная жизнь этой женщины всегда бурно обсуждается. Рената является ярчайшей представительницей матриархата, который, по ее мнению, скоро наступит. Актриса уверена, что сейчас можно прекрасно обойтись и без мужчин…

Рената, вы уже не первый год имеете имидж «иконы стиля». Легко ли вам это дается? Что вас вдохновляет?

– Что вдохновляет? Я с детства искала красоту не на улицах, а в искусстве. Часто этому не у кого научиться и подсмотреть, я сама в детстве инстинктивно посещала музеи, в Третьяковку ходила в выходные, как на работу, в Пушкинский музей… Я считаю, что вот это – правильные ориентиры.

– Но глянцевые журналы нам навязывают совсем другой образец красоты – нужно очень мало весить, носить сороковой размер, быть блондинкой…

– Это по-прежнему вопрос ума и культуры, воспитания и желания обучаться, как правильно одеться. Многие идут по пути – одеться, как все, как удачливая сослуживица или как девушка из журнала. А это ложный, невозможный путь, там ведь такие худые отфотошопленные девочки лет пятнадцати. А мы – женщины из плоти и с человеческими пропорциями и не можем себе позволить надевать всё такое разноцветное, сверкучее, прозрачное, короткое, карнавальное… Как нелепо смотрятся увесистые женщины в обтягивающих светлых или – еще хуже – белых брюках!

– А какой цвет ваш любимый? Черный?

– Вовсе нет. Хотя к черному отношусь уважительно – это цвет интеллектуалов. Мой любимый цвет – зеленый, причем разные его оттенки, особенно малахитовый. Кстати, в одной древней книге я прочитала и на всю жизнь запомнила приметы настоящей колдуньи. Среди многочисленных пунктов там был один – склонность носить зеленое. Представляете? А еще там было написано, что женщине полезно одновременно быть доброй волшебницей в этом жестоком мире и в то же время – недоступной и таинственной.

– Правда, что вы питаете особую страсть к сумкам и туфлям?

– Да, это так, их у меня бесчисленное множество! Но мои сумки – особенные. Не те мятые, бесформенные баулы, которыми завалены все прилавки и которые есть у каждой женщины нашей страны! Если бы вы знали, как мне надоели эти размазанные емкости ужасающих цветов, с массой нашлепок и кармашков, которые долгое время считались модными… С такими дикими «сумочками» в полметра являлись даже на вечерние приемы, гордо выставляя напоказ данное «месиво». И сжималось сердце от сочувствия. Моя любимая сумка – лаковая и черная. Она практически совершенна именно по размерам и в повседневной жизни просто незаменима. К ней – такие же лаковые черные шпильки. Это и есть тот самый необходимый минимум, которым должна обладать дама.

– Рената, вы очень занятой человек, деловая дама. Как вам удается жить в сумасшедшем ритме большого города и все успевать?

– А я никуда не тороплюсь. Я – медленная планета и очень хорошо думаю над тем, что я говорю, что я делаю. Я не за то, чтобы относиться ко всему окружающему бездумно, крутиться в вихре и не замечать ничего вокруг…

– Чем бы вы могли заняться в жизни, если бы не были актрисой?

– Сейчас я думаю, что могла бы быть бизнес-леди. Делать какие-то проекты, деловые встречи, да, это бы мне вполне удалось…

– Ходят слухи, что вы очень вспыльчивы и вас лучше не выводить из себя…

– Практически каждый из нас обладает этим качеством – вспыльчивостью. Просто одних задевает одно, других – другое… Но дело не в этом. Я стараюсь изначально верить, что человек – хороший. Не делю людей на хороших и плохих. И у меня нет ненависти к людям.

– Что в вашем понимании любовь?

– Настоящая любовь – это жертва. Это непреложный закон, я думаю. Если ты любишь, то все-таки готов на все и эта жертва приносит тебе счастье. Любовь человека питает, делает более качественным. Бывает разрушительная любовь, но тогда это не любовь. Значит, кто-то из двоих не любит.

– Рената, вы уже давно не замужем и, похоже, больше не собираетесь…

– Я придерживаюсь мнения, что грядет матриархат, можно сказать, что он уже наступил. Женщины везде – в политике, в бизнесе. Там, где раньше женщине невозможно было появиться, она появляется. Женщина становится самостоятельной, самодостаточной, она уже не зависит от мужчины, как раньше. Поэтому не понимаю, зачем я должна стремиться выйти замуж…

– Ну да, ведь благодаря современной медицине женщина даже родить ребенка может сама.

– Вот именно. У женщины появилась свобода выбора. И это, на мой взгляд, самое главное. Кто-то будет сидеть дома, варить борщи и с удовольствием это делать. Кто-то будет делать карьеру. Но главное, что есть выбор.

отсюда интервью http://www.sobesednik.ru/interview/tz_9_10_litvinova/

увеличить

0

49

СОБЕСЕДНИК
14.04.2010

Авторы:  Заболотских Евгения

Рената Литвинова: Меня постоянно сажали на гауптвахту

«Богиня!» – с придыханием шепчут одни. «Манерная и жеманная!» – кривят губы другие. Но нельзя не согласиться с тем, что Рената Литвинова – явление. В любом деле, будь то написание сценариев, режиссура, актерство или дизайн.

Пять рыжих париков на подоконнике

Мы встретились с Ренатой на съемочной площадке фильма «Волшебный кубок Роррима Бо». В этой картине она играет старшую пионервожатую, в которую вселился дух ведьмы. Присаживаемся на диванчик в гримерке. Кругом куча рыжих париков. Самый взлохмаченный – у Ренаты на голове, примерно пять других валяются на подоконнике.

– Зачем вам столько, Рената?

– Они различные состояния волос предполагают. По-моему, там даже есть одна высокая прическа. Моя героиня рыжая, как и все одиозные женщины. Абсолютная бестия.

– И злобная по сценарию?

– Нет, ну что вы! Естественно, она, как и во всех сказках, воплощает собой отрицательную сторону, но в каком-то смысле она очень обаятельна. Мне кажется, она честная женщина. Говорит правду всем этим ужасным детям. Я, кстати, таких персонажей, как эта пионервожатая, в детстве обожала. Мне всегда казалось, что в сказке должна быть какая-нибудь прекрасная колдунья. Она могла воплощать как злую, так и добрую сторону. Но почему-то злые были интереснее, а добрые однобокие.

– А вам в жизни, если вернуться от ведьм к пионервожатым, какие чаще встречались – злые или добрые?

– У нас был почему-то пионервожатый, а не пионервожатая. Миша. Он все время очень неразборчиво говорил. И очень быстро. Я его просила повторять, а он думал, что я над ним издеваюсь.

– Я думала, вы ответите, что пионерлагерь – что-то очень от вас далекое…

– Я была там только один раз. Лет в 11–12. До этого все время ездила отдыхать к бабушке с дедушкой. И меня послали в пионерский лагерь в тот год, когда дедушка умер. Был Советский Союз. Нас отправили в Грузию. Мы жили высоко в горах. Все время играли в «Зарницу», и меня постоянно сажали на гауптвахту.

– Почему?

– Звучит смешно – ну, там, честь не отдала. В кавычках. Короче говоря, там были боевые условия. И вечно что-то именно дисциплинарного порядка у меня не складывалось. Помню, сижу под дубом – а туда всех сосланных сажали – и чищу картошку. А наши отряды уходят в горы, только барабаны постукивают, а потом и этот звук исчезает. А мы все чистим и чистим картошку…
А еще мы в лагере свиней хотели оседлать. Знаете, когда около тебя трутся такие огромные свинята, нет-нет да и подмывает их как-нибудь поймать и покататься на них. Ни разу не удалось – они дико верткие!

– После таких проделок вас, наверное, не назначили бы председателем совета отряда?

– Почему же? Была. Помню, сидела на заседаниях и меня все время пихали, чтобы я высказалась о том, что одна девочка сбежала куда-то с грузином. «Ты должна ее осудить!» – бил меня локтем Миша. И я ему отвечала: «И чё я должна говорить?» Любовь там была.

Экранчик выжирает человека

– Ну, та любовь, что была у детей раньше, – цветочки по сравнению с тем, какая она у них сейчас.

– Нынешние дети вообще очень отличаются от тех, которыми были мы. Они почему-то играют вот в эти странные игры. В компьютере. И как будто отрываются от общения с внешним миром.

– Вас пугает это?

– Мне кажется, это неправильно. Это же заменитель твоей реальной жизни. Он пожирает твое личное пространство. Этим страдают и взрослые люди. А жизнь очень конечна. И представляете, вот этот экранчик выжирает человека.

– Неужели ни одна из социальных сетей вас не затянула?

– Нет. Меня никогда в жизни там не было. Я знаю, что меня там есть несколько, но это не я. И у меня нет ни «ЖЖ», ни своего сайта – ничего. Я как-то не приемлю все это интернет-общение, особенно когда человек сидит в одной комнате с кем-то и виртуально общается. У меня времени и так мало. Хочется потратить его на любимых людей.

– Как же вытаскивать людей из нереального мира?

– Мне кажется, это уже невозможно. Каждый взрослый сам для себя должен решить, как с этим бороться. А детям надо просто не разрешать.

– Дочь к компьютеру не подпускаете?

– Нет, я за то, чтобы Ульяна ходила в музеи, знала историю искусств, была читающим человеком.

– На съемочную площадку ее с собой брали?

– Да, один раз. Она приезжала ко мне в Таллин на съемки «Волшебного кубка». Посмотрела на девочку – главную героиню и сказала: «Ну, такую-то роль могла бы и я сыграть!» Но… не люблю все эти сю-сю про дочку. Давайте будем говорить по делу.

Черное не отвлекает от моего лица

– Недавно вы выпустили еще одну собственную коллекцию, и в ней, как и в прошлой, немало вещей черного цвета. Почему?

– Я – фанатка черного. Он не отвлекает от моего лица. И потом, если ты свою жизнь посвящаешь не только праздности, но еще и работаешь, то он очень практичный. Например, завтра рано утром у меня съемка, а времени каждый день стирать вещи нет.

– А «Черный квадрат» Малевича как воплощение черного цвета вам близок?

– Мне кажется, это такая концептуальная работа. И как раз она мне не близка. Я вижу в этом формализм. У нее же есть очень много вариаций. Я видела ту, которая была подарена Эрмитажу. Ну да, это был такой концептуальный ход, и он по-своему интересен. Но Малевич мне интересен другими работами.

– Разделяете ли вы расхожее мнение о том, что сейчас саморазвитием занимаются в основном женщины, а мужчины в большинстве своем, увы, отстают от них?

– Матриархат уже был когда-то. В истории все повторяется: кольца, волны, круги. Женщины и правда сейчас волевые, выносливые. Более вменяемые, мирные, в отличие от мужчин. В них нет агрессивности. И мне хотелось бы, чтобы они еще больше вошли во власть.

– Вы дружите больше с мужчинами или с женщинами?

– У меня практически нет друзей. Дружба – роскошь, а мне не хватает времени на самых любимых. И я скорее подарю время свое им, чем кому-то со стороны.

– А на себя время остается?

– Ой, у меня столько всяких дел. Хотя бы чаю выпить. В спокойствии. Еще прекрасно, если не надо никуда бежать и за чаем и разговорами можно провести хотя бы несколько часов. Это приятно. Это такая роскошь. Это возможно где-нибудь в старости. В преклонной. Когда ты уже никому не нужен и можешь побыть сам по себе.

Любопытно, что…

…мобильник у Ренаты звонит, как старинный телефон:
– Ненавижу музыку в мобильных телефонах. Мне нравится звонок старого телефона. Такой, знаете, дребезжащий.

0

50

20.04.2010
Авторы:  Заболотских Евгения

Рената Литвинова: камни меня хранят

Чем бы Рената Литвинова ни занималась – режиссурой ли, актерством ли, дизайнерским ли делом, – она всегда остается собой. Богиней, на которую засмотришься, которую заслушаешься. В этот раз корреспондент «МНЖ», раскрыв рот, внимала рассказам Ренаты о коллекции, о роли в фильме «Волшебный кубок» и о том, как она воспитывает дочку.

– Рената, недавно вы выпустили коллекцию, в которой немало вещей в стиле ретро. Интересно, на создание каких-то из них вас вдохновили наряды вашей бабушки?

– Дело в том, что сейчас совершенно не осталось  этих вот вещей с душой. Получается так, что рукав пришил один работник, низ прострочил другой. Всё   на каком-то страшном потоке, нет ручного труда. И всё это совершенно лишено какой-то энергии, а потому обезличивается. И изнашивается быстрее. Если у вещи нет души, мне кажется, она даже и не украшает человека. Ну, вот эти все бесконечные рынки вещевые: все одинаково одеты. А в старые вещи была вложена душа портнихи, которая делала их от начала и до конца. И ее любовь. Удивительные были силуэты. И конечно, если учиться, то у тех, старых, вещей.

– Многие ваши поклонники, заглянув в магазин, где продаются ваши вещи, взгрустнули, обнаружив там платья не из шелка, как было обещано, а из полиэстра…

– Ну, это было в прошлом году. Такая накладка поставщиков. Очень печальная для меня. Сейчас мы исправили эту ошибку: все эти платья были тут же уценены на 50 процентов. К сожалению, такое бывает. Видите ли, путь вещи от замысла до конечного этапа сопряжен с человеческим фактором.

– Неужели вы сами отслеживаете процесс от начала и до конца?

– К сожалению или к счастью, я должна контролировать ситуацию: оттенок, цветокоррекцию, качество ткани, каждый шов, завышена или занижена талия. Вещь должна быть доведена до совершенства и только потом пущена в производство.

– Доминирующий цвет  в  ваших  коллекциях – черный. Воплощение его – «Черный квадрат» Малевича. Вас привлекает эта картина?

– Мне она не близка. Я вижу в ней формализм. У нее же есть очень много вариаций. Я видела ту, которая была подарена  Эрмитажу. Ну да, это был такой концептуальный ход, но Малевич мне интересен другими работами.

Рыжая бестия

– Вы снимаетесь в фильме «Волшебный кубок», где играете пионервожатую, в которую вселился злой дух. По сюжету она – рыжая. Я насчитала в вашей гримерке штук пять огненных париков. Зачем столько?

– Они различные состояния волос предполагают. По-моему, там есть даже одна высокая прическа.

– Считается, что рыжие женщины – особенные. На ваш взгляд, это так?

– Одиозные. Абсолют-ные бестии. И моя героиня такая. Вообще-то, честно, она была такая тихая и безответная. И даже в очочках. Это в нее просто злой дух вселился.

– В «Волшебном кубке» речь о пионерлагере. Изменилось ли ваше отношение к пионерской организации после того, как она перестала существовать?

– Когда я была октябренком, хотела вступить в пионеры, а потом уже мечтала вступить в эти, в комсомольцы. А когда заканчивала школу, все это было уже на излете. А потом они так часто умирали, эти генсеки. Была какая-то абсолютная периодичность бесконечная. Помню, репортаж я видела, и там дяденька давал интервью на каком-то заводе и говорил: «Мы, конечно, все скорбим, но в это время нам не поставляют!»

Хочу, чтобы дочь много читала

– Приводили ли вы на съемочную площадку дочь Ульяну?

– Один раз. Она приезжала ко мне в Таллин, когда мы снимали там «Волшебный кубок». Посмотрела на главную героиню – примерно ее ровесницу – и сказала: «Ну, такую-то роль могла бы и я сыграть!»

– А вы хотите, чтобы она стала актрисой?

– Ну, это уж как она сама решит. Я хочу, чтобы она прежде всего была образованной. Знала историю искусств, посещала музеи, много читала. Впрочем, давайте не будем о ней – не люблю все эти сю-сю про детей.

– Хорошо. У вас  ожерелье оригинальное – будто из осколков зеркала.

– А это и есть маленькие-маленькие зеркала. Ожерелье сделала моя подруга  Летиция Крае. Она работает с Лагерфельдом и «Шанель».

– Вот так посмотришься в них и отвлечешься от того, что вы говорите.

– Ну конечно! Многие для этого только и надевают украшения. Не зря же ведь все цари пользовались аксессуарами. У некоторых из них было по несколько килограммов каждодневных украшений, включая ожерелья, бусы, короны, браслеты, серьги у женщин, какие-то накладки. Естественно, как гласят поверья, это определенную силу их обладателю добавляло. Правда, бывает, что одного хранит, а другого, наоборот, разрушает. Говорится же, что нельзя покупать себе самому какие-то сильные камни. Они должны как-то приходить к тебе. У меня такое часто было, что у меня, например, выпадал камень и мне его находили и возвращали.

– Драгоценный?

– Не обязательно они должны быть ценные, потому что цену камням назначили люди. В принципе все камни очень сильны.

– Рената, вы и без камней сильны. Не всем удается быть всегда в хорошем настроении…

– Ой, честно? Я вообще-то оптимист. И у меня столько дел! Хотя бы чаю выпить в спокойствии. Еще приятно, если ты можешь провести за разговором хотя бы несколько часов…

0

51

Рената Литвинова оставила привычный образ

Рената Литвинова уникальна в своей последовательности выбранному стилю и тем более интересна, когда от него отказывается. Специально для журнала TopBeauty знаменитая актриса, режиссер и сценарист согласилась сделать «ребрендинг» и предстать перед читателями в новых образах.

Рената, вы предложили сделать интервью по электронной почте. Любите эпистолярный жанр?

Дело в концентрации на вопросе. Когда ты сидишь в кафе с собеседником, которого видишь в первый раз, да еще и времени в обрез, о какой искренности может идти речь? Интервью будет формальным. Я знаю это по опыту.

Почему вы согласились на такой эксперимент - коренным образом изменить внешность? Для вас это провокация, насилие над собой или простая актерская задачка?

Я открыта для экспериментов. С годами я, видимо, перестала так уж дорожить своей внешностью и воспринимаю ее лишь как оболочку, данную мне в эксплуатацию. Поэтому она может быть какой угодно.

Смогли бы облачиться в безумный костюм от Андрея Бартенева?

Когда-то я снималась в его нарядах для первого номера журнала Рlayboy и даже, помню, запретила обложку с моим лицом: мне она показалась уродской. У меня всегда были проблемы в восприятии себя на фото и на экране.

Какой из предложенных нами образов вызвал у вас особые эмоции?

Думаю, точнее всех получился образ мадемуазель Шанель. К тому же он самый выигрышный для исполнения: эта вечно дымящаяся сигарета в руках, шляпа, прикрывающая прическу из нерасчесанных прядей... Ее неизменные костюмы, как некая униформа, в которых чередуется только цвет, - это вообще эталон, предел элегантности, который весь мир копирует десятилетиями. Коко могла себе позволить не улыбаться, если не хочется, быть такой, какая есть, порой «неприглаженной». Это вызывает уважение, согласитесь? В наши-то зависимые от диктатуры СМИ времена кто может себе позволить быть самим собой? Единицы, про «невыносимый характер» которых потом рассказывают небылицы. А это на самом деле следствие не характера, а человеческой цельности.

Когда женщина меняет свою внешность, меняется ли ее восприятие мира и, соответственно, отношение мира к ней?

Можно спрятаться от судьбы, переделав лицо, подобно преступнику. У таких людей курс меняется - не знаю, в дурную или в лучшую сторону, - и меняется судьба. Помню, у меня была знакомая гимнастка из цирка. Мечтала себе переделать лицо и позвала меня вместе с ней пойти к врачу, так как боялась одна. Мы были тогда молоды; врач этот все время просил меня повернуться в профиль и в результате сделал подруге точно такой же! Как-то я пришла к ней на выступление, и это было, как легкое сумасшествие: когда она поворачивалась в профиль, я видела своего двойника! Я ловила себя на том, что думала: «Как я там оказалась? Неужели это я кручу эти железные обручи на теле?» Это реальная история, похожая на сюжет фильма об «украденном» профиле. Кстати, судьба подруги и вправду резко поменялась: она уехала из России. Есть много способов вторгнуться в свою судьбу: например, менять линии жизни на руке, управлять снами... Но правильно ли это? Я не знаю ответа, но искать этот ответ - часть смысла жизни.

В кино, театре или для фотосессий вам предлагают одежду, которая, возможно, не отвечает вашим представлениям о прекрасном. Может ли это послужить причиной конфликта со стилистом или режиссером? Что вы никогда не наденете?

У меня нет правил - они нужны для тех, кто боится сделать ошибку. Поэтому-то минимализм всегда и будет востребован - он для тех, кто боится рисковать. А для безумцев ограничения не интересны. На съемках важен вопрос вкуса, таланта стилиста, который принес вещи, и его неравнодушие к профессии. На Западе стилисты - очень важные, высокооплачиваемые персоны, а у нас же их до сих пор недооценивают и не очень-то хорошо платят за их труд, лишая мотивации тратить свою жизнь на «неблагодарные журналы». Поэтому я привыкла приносить на съемки вещи из своей коллекции, которую уже два года делаю для бренда Zarina, что-то винтажное или уникальное, как, например, украшения любимой мною художницы Летиции Краэ, которая уже много лет работает с Лагерфельдом для Chanel и делает аксессуары для Maison Michel. Помните кружевные «ушки» с вуалью, в которых в последнее время появлялось так много знаменитостей?

Может ли неправильная одежда помешать вам сыграть роль или выразить себя во время фотосессии?

Нет, помешать может только отсутствие контакта с фотографом, если он не «видит» меня, а я не чувствую его... За все долгие годы «в отрасли» такое у меня было пару раз. Однажды случилась просто тупиковая ситуация, когда не получалось ни одной хорошей фотографии: как ни крути свет, как ни поворачивайся - словно колдовство какое-то. Кстати, фотограф в тот раз была женщина, и тогда я подумала, что это нонсенс. В женской природе изначально присутствует некая ревность к другой женщине, и, чтобы перепрыгнуть через нее, нужно лишиться инстинктов. Стать фотографом в наше время легко, ведь цифровые камеры столь элементарны в эксплуатации, что, кажется, любой может претендовать на звание художника.

В одежде вы предпочитаете черный цвет. Это дань классике или отражение вашего внутреннего мира?

Я люблю черный за то, что он не отвлекает внимания от лица, как самая выигрышная рамка. К тому же он не толстит и не пачкается. Цвет романтиков, как я думала в юности: сигарета за сигаретой и каждый день как последний. Все мои любимцы из кино - тот же Витя Цой - всегда были облачены в черное. Я люблю этот цвет и в аксессуарах: например, в часах, которые прежде всего должны быть часами, а не перегруженным деталями браслетом. Поэтому уже многие годы ношу только Rado, в которых меня ничто не отвлекает от стрелок, отсчитывающих мое время.

Вы могли бы позировать художнику обнаженной и без макияжа или вам кажется, что без одежды это уже не вы?

Разумеется, это я. Только у меня встречный вопрос: а зачем голой и ненакрашенной? Согласитесь, для всего нужен веский повод, а к эпатажу я не стремлюсь.

В вашем образе угадываются черты Эвиты Перон, Любови Орловой, Жаклин Кеннеди, Одри Хепберн. Кого все-таки больше?

Я иногда вдохновляюсь всеми этими женщинами, но не более.

Ваш имидж - это возможность почувствовать себя более аристократичной, интеллигентной и рафинированной? Согласитесь, сложно представить себе такую женщину - в изящной шляпке с вуалью, с жемчужными нитями до пояса и в меховом манто, например, непристойно выражающейся, покупающей картошку на рынке или дающей взятку гаишнику.

Я никогда не давала взяток гаишникам, а какая я на рынке - это моя частная жизнь, это не образ, ради которого я могу часами наряжаться и краситься. В повседневной жизни я готова слиться с асфальтом или стать прозрачной и «проявляться» для отношений со своими близкими и любимыми. Я не выплескиваюсь на улице или в магазинах - для этого у меня есть кино, театр, бумага с ручкой, в конце концов.

У многих женщин есть страсть к определенным вещам. Например, к дорогой обуви. У вас есть свой фетиш?

Я люблю камни. Говорят, если сапфир положить под язык в пустыне, он утоляет жажду. А сверкающие камни в ушах спасают от дурного глаза. Мне нравится нацеплять на палец сразу несколько камней. Знаете, цари во все времена увешивались украшениями; я даже читала, что их специально взвешивали, чтобы бус, колец, браслетов было по несколько килограммов - в этом было что-то от брони. В камнях есть сила, вот как раз без них я будто раздетая, как без кожи. И они необязательно должны быть драгоценными - стоимость определили люди, а магией и могуществом обладают и самые скромные по цене экземпляры.

В одном из ваших интервью я прочитал буквально следующее: «Меня раздражает, что сейчас люди все меньше и меньше делятся на мужчин и женщин. Что мужчины не претендуют отличаться от тебя... Настоящий мужчина прежде всего щадит женщину». Вам не кажется, что для того, чтобы щадить женщину, она должна быть слабой? В обществе, где феминизм стал воинствующей идеологией, у мужчин не осталось ничего другого, как конкурировать с представительницами «слабого» пола.

Во многом женщины сами «вырыли себе могилу» своим доминирующим поведением в отношениях, в поступках, в одежде - они хотели независимости, и вот результат. Но все-таки женщина физически более хрупкий сосуд, и я замечаю, как на самом деле много мужчин, безжалостных по отношению к женщинам. Недавно я вошла в состав международного жюри фестиваля короткого фильма, темой которого было насилие против женщин в семье. Я отсмотрела около четырехсот роликов, и вы даже не представляете, какой на меня обрушился поток фактов о женской слабости и бесправии.

Ваша страсть к классике не позволяет вам отказаться от меховых манто, аксессуаров из кожи и перьев. Нет ли противоречия в том, что при всем вашем гуманизме в творчестве вы отказываете ему в своей гардеробной?

Наш русский климат предполагает носить изделия, которые бы согревали человеческое тело, а производство искусственных мехов, к сожалению, не так развито, как хотелось бы. И уж если так ставить вопрос, то тогда надо отказаться и от обуви кожаной, и от сумок; а чтобы быть совсем последовательными - вырвать кожаные ремни из брюк.

Одежда помогает женщине выглядеть слабой, а мужчине - сильным? Можете дать пару рекомендаций, как с помощью туалета достичь этого, пусть и чисто визуального, эффекта?

Женщине я всегда советовала хоть иногда надевать вуаль и вернуться к юбкам и длинным волосам. А в мужчине главное все-таки чистоплотность - и внутренняя, и внешняя. И еще: мужчине не следует быть слишком цветным в одежде, он же не птичка!

В мире животных самцы яркие и красивые, самки же - серые и неприметные. В мире людей все с точностью до наоборот! Кто придумал, что женщина должна украшать себя камнями, шелками, помадами и пудрами? Вам не кажется, что, прибегая к этой мимикрии, женщина, по сути, подписывается в собственной серости?

Чем вас обидели «серые» женщины? Я вот лично никогда так не высказываюсь в сторону мужчин. А потом, хотелось бы думать, что люди, хоть и имеют животное происхождение и желания, но располагают в нагрузку и разумом, чтобы попробовать прыгнуть выше своих животных инстинктов.

И напоследок: как модельер могли бы сказать, что будет актуально в ближайшие годы?

Быть самим собой, сохранить и донести себя и свою концепцию как некий огонь из точки А в точку Б. А это труднее всего.

Как повторить три макияжа Ренаты Литвиновой, рассказывает официальный визажист CHANEL в России Андрей Шилков:
Тщательно увлажняем кожу и наносим тональное средство со светоотражающими пигментами. Закрепляем рассыпчатой пудрой. Нарочито подводим брови в стиле Габриэль Шанель. Четкой линией подводим верхнее веко и мягко прорабатываем складку глаз квартетом теней. Губы акцентируем красным.

1. Помада Rouge Coco 19 Gabrielle.

2. Квартет теней Les 4 Ombres 18 Kaska Beige.

3. Тональный крем Lift Lumiere 20.

Все - Chanel
Кожу увлажняем и тонируем. Затем наносим рассыпчатую пудру и приступаем к макияжу. Корректируем брови набором теней для бровей. Подводим верхнее веко и интенсивно прорисовываем форму глаз квартетом теней. На ресницы наносим три слоя туши. Темно-красным оттенком помады оформляем губы.

1. Помада Rouge Coco 22 Paris.

2. Кисть для тонального средства.

3. Хайлайтер Empreinte de Chanel.

Все - Chanel
Кожу следует увлажнить и нанести на нее тональное средство. Затем закрепить результат пудрой. Акцентируем внимание на «невидимости» бровей. Наносим светлые тени на верхнее веко. Губы освежаем нежным розовым оттенком помады. Расставляем мушки с помощью подводки.

1. Помада Rouge Coco 31 Cambon.

2. Румяна Joues Contraste 59 Imprevu.

3. Тушь для ресниц Exceptionnel De Chanel Smoky Noir 10.

Все - Chanel

(с)журнал TopBeauty

0

52

№ 097, 02 Июня 2010г.О работе над фильмом «Последняя сказка Риты» Рената Литвинова рассказала «Труду».

Рената Литвинова: «Свободна, спокойна, делаю то, что хочу»
Рената Литвинова заканчивает новый фильм «Последняя сказка Риты», с успехом представленный недавно в Русском павильоне Каннского фестиваля. Об этой работе Рената Литвинова рассказала «Труду».

— Все ваши фильмы связаны с исследованием женского характера. Мужчины вас меньше занимают?

— А где вообще мужчины? Они куда-то подевались. В принципе это даже какой-то социальный вопрос. Об этом исследования специальные есть, что на шесть женщин четверо мужчин приходится. На самом же деле еще меньше. Если вычесть женатых, больных, колченогих, алкоголиков, негодящихся — что остается? Жалкая горстка. За ними страшная охота. Поэтому они только и думают, как бы увернуться половчее.

— Из-за них страдают героини «Последней сказки Риты»?

— По сути, это одна женщина, но в разные периоды. У нас в фильме — особенная, персонифицированная концентрация трех состояний женщины. Их трое, и они олицетворяют самое главное: любовь, ненависть и поиск.

— В конкурсе «Кинотавра» будет фильм Сергея Дебижева «Золотое сечение», где вы снимались. Он вам понравился?

— Я пока не видела. Но вообще у меня там совсем небольшая роль. В принципе я не считаю себя артисткой. Если только роль меня не завораживает. Например, как ведьма в «Волшебном кубке». Тем более это сказка, я их сама люблю. Всегда настаиваю, что если веришь в чудеса, то они у тебя сбудутся.

— Смысл жизни в чудесах?

— Смысла жизни нет. Каждый назначает его себе сам. Я себе назначаю смысл жизни — искать.

— Свой мир вы творите без помощи крупных продюсеров. Почему решились все делать самостоятельно?

— Не хочу ни в чем сдерживаться, не хочу ни перед кем отчитываться. Сейчас я свободна, спокойна, делаю то, что хочу.

отсюда http://www.trud.ru/article/02-06-2010/2 … xochu.html

0

53

Рената Литвинова: грани безумия

Рената Литвинова заканчивает  работу над фильмом «Последняя сказка Риты».

О своем новом проекте режиссер и актриса рассказала на Каннском фестивале.

В Канн Рената прибыла по приглашению хозяйки Русского павильона, киноэксперта Первого канала Екатерины Мцитуридзе. Литвинова  пребывала в прекрасном расположении духа и с удовольствием отвечала на вопросы о новой картине. И даже показала отрывки из него: три прекрасные женщины  обсуждают свои личные невзгоды, то и дело отвлекаясь на песни, танцы и выпивание алкоголя.  Картинка получилась завораживающая – сказочная, артхаусная, напичканная цитатами из Хамдамова, Озона, Киры Муратовой…

- Работа над фильмом закончена  буквально несколько дней назад, — говорит Рената. —  В нем много снов и много яви. Эта картина без бюджета, я сняла ее на собственные деньги, это было принципиальное решение – мне была необходима независимость.  Это настоящее артхаусное кино, я его снимаю с выпускниками  ВГИКа – обожаю дебютантов, обожаю запускать их в Космос! У меня «новенькие» все – и оператор, и дизайнер по костюмам…

— Расскажите об актрисах и их ролях.

В главной роли – Ольга Кузина – хорошая театральная актриса, которую я давно хотела снять. Она у Олега Меньшикова в театре работает. За те 7 лет, что я за ней наблюдаю, она очень изменилась, и  я  ее полюбила.  Но помимо главной героини в этой истории еще две женщины – ее подруги, одну играю я, другую – Таня Друбич. Каждая олицетворяет какую-то одну стихию. Если одну женщину – например, меня – распилить на три части, то получится: я в состоянии любви, ненависти и поиска. Вот в таком сжатом состоянии и пребывает моя героиня в течение 11 дней. Она очень болеет. Все свое имущество завещает любимому мужчине, а ее подруги спрашивают: а он тебе что-либо завещал?

Я вообще сейчас хожу как больная и всем задаю вопрос: а вы написали завещание? И все начинают задумываться – хоть и молодые. Но тема смерти меня всегда завораживала…
В общем, начинается все как боевой фильм – жили-были три подруги, а заканчивается — как «Последняя сказка Риты».

— И вы, и Кузина, и Друбич  представляете разные возрастные поколения. Как же вы можете играть подруг?

— Ну в фильме же нет колченогих за 70 и 18-летних героинь… Вообще это жестокий вопрос…

Но дело же не в возрасте. Все мои женщины ищут любви. Смысла в жизни нет, каждый его назначает сам. Я назначила – искать. Моя героиня ищет встречи, расставания, если всего этого нет – зачем жить?

Героиня Тани Друбич  – женщина в ненависти, она понимает, что не то что не любит  человека. А ненавидит его… Героиня Оли навсегда влюбленная – в героя Коли Хомерики…

— Так у вас в фильме  есть мужчины?

— Мужчин у меня навалом. У меня их тонны – японец, русский поэт… Но они нужны как антураж моим героиням. Ну а что?  Разве в жизни не так? Все мужчины куда-то девались… Это социальный вопрос  — я могу даже начать исследование. Уже вижу, как некоторые женщины тревожно засмеялись…

Есть исследование, что на 60% женщин в России приходится 40% мужчин. Выбросите из 40 детей, алкоголиков, негодящихся… Останется жалкая горстка, у которой единственная цель – увернуться половчее, потому что на них идет страшная охота.
Вот поэтому в моем фильме мужчины проскакивают штрихами – чтобы разукрашивать биографию моей героини. Некоторые мужчины ее отвергают. И она  то  с перерезанным горлом ходит, то с автомобиля ее сбрасывают… Но она неубиваема: пока не найдет свое счастье – ничего с ней не случится. Моя героиня  осуществляет в фильме позитив,  впрочем, я  и в жизни его осуществляю. Если кому-то плохо – можете ко мне припасть, я найду аргументацию и препровожу…

— А Николай Хомерики легко отдался вам на растерзание, он ведь сам режиссер?

— Хомерики был взят в эксплуатацию как артист и вел себя дипломатично. Иногда он как-то по-режиссерски возбуждался. Но… он соратник и понимает, как тяжело снимать кино. Сережа Дебежев тоже сыграл  у меня, мы тоже приятельствуем —   он снялся в роли мужа героини Друбич. Он все время лежит в постели – неактивно – и играет в карты – это такая финальная стадия отношений с женщиной.

— А почему вы остановили свой выбор именно на Друбич и Кузиной?

— Я люблю снимать людей, сохранивших энергию. Закон сохранения энергии существует! Есть, конечно, момент тренинга – когда актер занят в театре и постоянно в форме, — но это не имеет отношения к тем, которые снимаются везде. От Татьяны Друбич и Ольги Кузиной я получила наполненность, нерастраченность – ту, которой нет у востребованных актрис, не экономящих себя.
Кстати, у каждой героини в фильме – музыкальные монологи. И это был эксперимент для всех нас!

— Слава Франсуа Озона и его  «8  женщин» не дает покоя?

— Ага! Я была на том фестивале, где этот фильм показывали,  и всем говорила: вы все тут возрождаете высоколобое кино, а вот кого награждать надо… Да, у меня нечто пограничное получилось, местами – совсем безумное. Я не хотела сдерживать безумие, отчитываться: а почему так? А вот потому! Я вижу столько нормального  вокруг, что это… как оскорбление  для меня. Моя независимость – мой выбор.

— Ну а есть какой-то предел вашего безумия? Когда вы понимаете, что пора остановиться?

— Когда вижу осуждающие глаза близких, вскинутые на тебя, если ты совсем уж выходишь за обшлага.
— Легко снимали?

— Меня мучили ночные кошмары. Мы не могли выставить свет на Друбич. Таня запереживала, побежала худеть. А мне каждую ночь снился ее полупрофиль… Я ей потом так и говорила: вы женщина прекрасная внутренне и в профиль.
— Почему главной героине вы дали имя Рита?

— Рита – мой любимый собирательный образ. Маргарита Готье, Мастер и Маргарита...  Имя определяет поведение. Вот моя героиня в фильме – она Таня – а я ведь совсем не Таня. У нее другая степень безумия, я хоть сдерживаюсь – а она нет.

— Вы уже планируете прокатную политику?

— Никаких договоренностей с прокатчиками у меня нет. Я так воспитана, что надо сделать – а потом продавать. Я сейчас приступаю к монтажу и озвучанию, материала много. И это меня вдохновляет. А по поводу проката – я открыта для предложений.

отсюда http://www.vokrug.tv/article/show/Renat … miya_5667/

0

54

Ланч со звездой: Рената Литвинова

Рената Литвинова рассказала, что общего между любовью и змеей, и как страсть может перерасти в близость.

Мы в редакции с нетерпением ждем выхода вашего нового фильма – «Последняя сказка Риты». Введите, пожалуйста, в курс дела: что это за работа, какая там история?

В принципе, это абсолютно независимый проект, снятый за очень крошечные деньги. Я так сделала, потому что надоело в каком-то смысле подвергать себя цензуре, не хотелось сдерживать безумие творческое. Вокруг так много нормальных, так мало безумия. Вот я и дала себе волю побезумствовать наотмашь. Если говорить про сюжет – у нас три героини, одна находится в поиске любви, вторая абсолютно влюбленная – по-настоящему, как ты мечтаешь в жизни полюбить и умереть в один день, а третья... Она и не любит сама, и ее никто не любит, и она себя обнаруживает на этом отрезке времени такой распавшейся субстанцией. Это как раз самая невнятная из трех героинь (ее играет Татьяна Друбич) – в силу того, что у нее нет главной мотивации: у нее отсутствуют желания, ведь если ты не любишь никого, ты как бы бессмысленен... Есть, конечно, большая стезя, когда человек любит сам себя, но в данном случае героиня как бы и себя не любит, и другого человека, которого когда-то любила, и чувствует себя нелюбимой.

Тупик?

Абсолютный. В этом смысле Друбич было очень тяжело, потому что она не понимала, как играть это. Вот когда вы смотрите на пожилых людей, а они уже все как ржавое железо, уже подвержены окислению, такие вздутые, у них уже внутри процесс распада. Ведь материальная оболочка дана нам в аренду, и она портится. И вот данная героиня – она так же расщепляется уже.

А душа, она тоже окисляется?

Нет. Но в силу некоторого жизненного опыта мне кажется, что есть люди вообще с потерянными душами, настолько животный они ведут образ жизни. Настолько они напоминают биомясо, что думаешь, может быть, это уже и не человечество... Я тут читала отчет какого-то знаменитого ученого, он говорит, что землю уже давным-давно захватили инопланетяне и заселяют нас какими-то субстанциями. Иногда поражаешься – ты видишь существо, но не можешь до него доколотиться. Все, что его интересует, это абсолютно материальные ценности: побольше денег или просто побыстрее уйти с работы, поесть, выпить. И что его волнует? А, кажется, ничего. И никакая любовная история их не жжет.

Мне очень понравилось, как вы сказали в каком-то интервью, что «у жизни нет цели, а у моих героинь есть – найти любовь, я так назначила».

Да, ты сам можешь назначить свою цель – ведь можно прочитать массу умных и древних книг, но там нигде не объясняется, для чего рожден конкретно ты.

Все ваши героини как-то по-шамански замаливают-вымаливают любовь у мира, а она не вымаливается. В том смысле, что в итоге героиня всегда остается со своей любовью, но не с объектом любви.

Нет, в новом фильме еще как с объектом! Но вообще у меня теория такая, что если ты хочешь найти любовь и ты себе так назначил, тебе, конечно, будет дано. Когда вы кого-то отчаянно любите, тот человек вообще не имеет шансов ускользнуть. Он полюбит вас тоже. Или он будет всегда помнить о вас. Человек, неистово любящий, – ну, чтобы это была не какая-то там фанатская любовь и не болезнь психическая, когда кто-то может лазать по заборам и проникать в квартиры, а безусловная любовь – такой человек обязательно заразит другого своей любовью. И если вас любит сильная личность, с сильной энергетикой, то и у вас нет шансов. В каком-то смысле это даже какое-то разрушительное чувство. Потому что если у вас все в быту устоялось и по полочкам разложено, но вдруг в вашу жизнь вторгается какая-то мощная энергия – у вас нет вариантов спастись.

Это вселяет оптимизм...

Да... Но люди столь нерешительны. В конце концов они «усомняются». А я считаю, что если ты кого-то любишь, то нужно добиваться этого. И никогда не надо ориентироваться на мнение других. Я вижу столько жизней, которые на моих глазах протекли, и люди уже стали уходить – и я вижу, что все забывается, и все то, чего они когда-то боялись, что их кто-то осудит, все это уже не важно, а жизнь человеческая пройдена, не вернешь уже ничего. Все это так печально. Никогда не надо слушать никого... Но в то же самое время существует ряд постулатов, которые нужны менее сильным людям. Вот я выпускаю коллекцию, а мне говорят: как только кончились шапочки, перестали покупать вуали. Потому что люди не знают, куда девать эту вуаль. Им надо показать, как можно эту кофточку носить, с чем. Так что многим нужны советы.

Массовая культура любит создавать такие противоборствующие группировки, даже сталкивать – например, кошки против собак, женщины версус мужчины. Но ведь это противостояние в случае с последними ужасно усложняет жизнь?

Вот этого я не понимаю, но я хочу сказать, что это если уж ты любишь человека, то, конечно, готова на огромные компромиссы. Вы поймите: встретить любовь – это столь редкое явление! Конечно, потом над ней нужно будет трястись, как над какой-то драгоценностью. Потому что периоды ослепления уходят, и уже происходят эти так называемые притирки, и вот тут начинается самая главная работа. Но нельзя бросаться этим чувством, потому что потом можно уже никогда его не встретить.

Как вы думаете, почему любовь проходит?

Она не проходит, она должна, как змея, скинуть кожу, перейти в другой изгиб. Она меняется. Потому что невозможно гореть вот этими сексуальными огнями всю свою жизнь, мне кажется, это так абсурдно. Потом должна наступать другая степень близости – более близкая.

Жизнь наказывает за то, что отказываешься от любви?

Да, это страшно наказуемо. Особенно когда ты женишься за деньги. Потому что если ты теряешь адекватность и начинаешь думать, что это ничего страшного, – потом узнаешь, что за это надо платить. Много чем. Вот Лев Толстой говорил, что всю правду о женщинах он скажет только на краю могилы, а потом сразу же прыгнет в гроб и захлопнет за собой крышку.

Как по-вашему, что такого ужасного он про нас понял?

Да ничего он не понял про женщин – так же, как и этот великий ловелас Антон Чехов. А ведь он, Антон Павлович, был красавчик! Вы видели в музее его вещички? Такой модник! Значит, так: метр восемьдесят, кожаный плащ, как у рок-музыканта! А ведь тогда у писателей и поэтов был статус рок-музыкантов. И вот этот Антон, вечно изучающий женщин и разбивающий сердца, не разобравшись, полюбил Ольгу Книппер-Чехову. И она его прям чуть ли не силком заставляла дописывать «Вишневый сад». И нельзя сказать, что она была какая-то красавица, но Ольга была уникальная женщина. Воспитанница Немировича-Данченко, она, уже будучи женой Чехова, слала в театр телеграммы: «Сегодня он закончил еще одну сцену!» При этом муж умирал от чахотки, а она говорила – нет, ты должен дописать пьесу! И таскала его на премьеры за собой.

То есть Чехов полюбил, что называется, не ту женщину?

Ну как сказать. Она его беспощадно использовала. Так же, как он когда-то цинично использовал других дам. Он ничего не понял в них!

Мне кажется, мужчины вообще не разбираются в женщинах: многим надо 20 лет с женой прожить, чтобы хотя бы закралось подозрение, что она дура.

Нет, есть другая версия: он просто не вглядывался.

А вы как оцениваете, сейчас век бесчеловечности на дворе?

Если вспомнить период инквизиции, татаро-монгольские орды, которые жгли все на своем пути, – сейчас более комфортный мир, чем раньше. Наоборот, люди в наше время развращены комфортом. Общество потребления совершенно незаслуженно требует от человечества все больших благ. В церквях уже скамейки с подогревом, везде нас возят машины, люди не добывают сами себе пищу. Я считаю, что в каком-то смысле прогресс уничтожает нас как живой подвид. Не знаю, мне кажется, вот если на секундочку вырубить электричество и лишить нас всех этих удобств, это будет человечеству полезно. Помните, я вам до этого говорила о биомясе – про людей, которые физиологически устроены? Так вот такая практически веселая история: был у меня знакомый, который в те лихие годы бандитствовал. Был сам он жирный, тучный, развращенный молодой человек. И вот как-то раз на одной из разборок его схватили, потащили и выкинули с огромного моста – а дело было зимою. Он шмякнулся об лед, попал в прорубь. В принципе, ничто не предвещало, что он спасется. Но он выполз как-то, обсох. И знаете, бросил после этого бандитизм, похудел и, вы представляете, превратился в человека. Я говорю ему – неужели тебе требовалось, чтобы тебя скинули с моста, чтобы у тебя вдруг душа проснулась? Но как с ним еще было поступать? Представляете, его судьба шмякнула вот таким образом, чтобы он задумался о чем-то и изменился... Наверное, по-другому мы не понимаем – может, действительно нужно нас всех вот так шмякнуть.

Стилист: Анастасия Сирота. Макияж и прическа: Ольга Чарандаева/TheAgent.ru для М.А.С и Tecni.art L'Oreal Professionnel.
Благодарим за помощь в организации съемки Tatler Club (Кутузовский пр-т, 2/1, тел.: (495) 229 8305, novikovgroup.ru). На Ренате Литвиновой — часы RADO

0

55

Влюбленная в Ре написал(а):

Ланч со звездой: Рената Литвинова

По моему,это очень интересное,содержательное и призывающее к действию  интервью. Какая же  ОНА умница !   Спасибо ,Влюблённая.

0

56

№24 ЖУРНАЛА ОК! ОТ 16 ИЮНЯ 2011 ГОДА

Однажды вместе с Ренатой Литвиновой мы вели торжественную церемонию в Театре «Новая опера». Выглядела Рената как и подобает кинодиве. Строгое черное платье в пол, эффектное черное перо на лбу и, естественно, бриллианты. Признаюсь, партнерство с Ренатой на сцене стало для меня сплошным удовольствием 
Сколько образов сменила за один вечер этот провокатор Литвинова! Еще минуту назад она была женщиной-вамп, а теперь это дерзкая хулиганка; вот она уже язвительная светская львица, которая мгновенно превращается в наивно-восторженную девчонку. И все это не было заранее спланированной игрой — сплошная импровизация. Причем не актрисы Литвиновой, а Литвиновой-женщины. Ренату нельзя «поймать». Она постоянно ускользает. И вот эта ее талантливая непредсказуемость мне очень нравится. 
Игорь, вам тоже кофе? 

Меня зовут Вадик. 
Я, наверное, год, встречая вашего брата, называла его Вадимом, пока однажды он не вскипел... Теперь очередь дошла до вас. 

Когда меня называют Игорем, это ничего, все-таки родной брат, а другим именем не надо. 
Значит, у вас другое устройство, тем более вы не артист, артисты — они более душеранимые. 

Рената, в МХТ спектакль «Шага» Мари-Луиз Бишофберже стал для тебя новым шагом, такой Литвиновой я еще не видел. 
Мари-Луиз фантастически работает с артистами, ее режиссерский подход очень близок к киношному. Например, Кира Муратова тоже идет от актера, работает словно на крупный план, а не чтобы было слышно на галерке. Нет четкой конструкции, все три героя говорят как одна отчаявшаяся безумная женщина в пограничном состоянии, а три роли — словно расстроенная душа ее. 

Послушай, тебе не привыкать играть безумную женщину в пограничном состоянии.
Не знаю, все-таки играть безумцев — это не набор штампов, надо быть отчасти… безумцем. 

А в тебе это «отчасти безумство», конечно же, есть.
Я никогда не боролась за звание самой нормальной, тем более быть нормой для меня скорее оскорбление. 

Вот давай про «оскорбление» поподробнее. Когда ты почувствовала себя белой вороной? 
В школе я всегда хотела поскорее домой, к книгам, к своим радиоспектаклям в шесть вечера. Я помню, как-то шла по осенней аллее домой, особенно грустная, и все перебирала плюсы своей жизни. И сказала самой себе: «Но зато меня ждет дома попугайчик». Что-то совсем я была одинокой. Только когда я попала во ВГИК, я нашла подобных себе. Это как вернуться на родину и заговорить на языке, не подбирая фраз и выражений, без заикания. 

Но все-таки я думаю, тебе было комфортно в этом самом одиночестве: ты же писала рассказы, училась в музыкальной школе... 
В детстве я сама себе придумывала досуг. Я так мечтала научиться играть на пианино, что сама устроилась в музыкальную школу. Потом сама пришла в общество «Спартак» и попросилась к тренеру по легкой атлетике. У меня в этих областях не было талантов, но зато и музыкалка при консерватории, и спорт научили меня терпеть, трудиться, добиваться цели и доводить дело до финальной точки. 

Скажи, целеустремленная Рената, а сейчас ты занимаешь себя физическими упражнениями? Например, ходишь в фитнес-клуб?
Я не могу себя этому посвятить, для этого надо быть очень эгоистичным существом. Пока ты туда доедешь, пройдет час. Пока разденешься, пока оденешься, пока там сделаешь все манипуляции... Оболочка физическая занимает слишком много сил. 

А все-таки ты ведешь сегодня правильный образ жизни?
Я привыкла мало спать, я не могу заснуть в 11 вечера, я люблю хорошее вино и не стану себе этого запрещать. Делать что-то редко — большое удовольствие. 

Я видел, с каким удовольствием в спектакле «Шага» ты играешь на пианино и поешь. 
Это Прокофьев. Я же закончила школу при консерватории по классу фортепьяно, но 20 лет уже не занимаюсь. Мари-Луиз дня за два попросила выучить этот отрывок и... Руки же помнят, дома всех измучила одной и той же партитурой. 

Да, музыкальная память у тебя отлично сработала. Это же «Ромео и Джульетта»? 
Да. 

Рената, у тебя все как в бизнес-классе: если снимаешься в кино — то у Киры Муратовой, если играешь в театре — то в МХТ и обязательно Раневскую в «Вишневом саде»... 
Меня ввели в театр Табаков с Шапиро, предложив мне роль в «Вишневом саде». Это был дерзкий поступок с их стороны, и я знаю, многие роптали, но видите, Табаков остался молодым, способным пойти вопреки... Это редкий дар — пойти наперекор и выиграть. А я со своей стороны хоть и «ненорма», но как я могла отказаться от Чехова, от великой роли в лучшем театре страны? Это такой опыт, учеба, тренинг. Так же и с Кирой Муратовой — я же не мыслила себя актрисой, учась на сценарном, и всегда отказывалась сниматься. Но как я могла пренебречь возможностью поработать с таким мастером? И вот я иногда подвизаюсь артисткой. 

«Подвизаюсь артисткой» — это сильно звучит, кокетливая Рената! А бывали такие соблазны, что предлагали сумасшедшие деньги, а ты отказывалась? 
Да, конечно же. Даже когда денег не было, они как-то появлялись непозорным путем. Существует момент, когда о тебе заботятся обстоятельства. Можно жить и на маленькие деньги. Когда я была бедная, у меня были красивые вещи, купленные на копейки. 

Рената, твоя мама, Алиса Михайловна, прекрасный врач, я ее знаю. Отец тоже был врачом. Мне интересно, как в этом мире, далеком от творчества, родилась ты, такая поэтичная натура? 
Почему ты думаешь, что врачи непоэтичные, ведь Чехов был врачом, и мама моя — одна из самых нематериальных женщин, которых я встречала. У меня, помню, был суд, а она мне рассказывает, казалось бы, вместо поддержки такую историю: «Вот, помню, был у меня больной, тоже все судился, с бумажками бегал, в коридорах совещался, совсем в палате не лежал, а на операции у нас вдруг взял и... умер. И зачем он с этими бумажками бегал...» В общем, она вот так меня решила взбодрить. А моя бабушка вообще сочиняла такие парадоксальные истории, что Маркесу далеко до нее. 

Какие отношения у тебя с мамой? Она когда-нибудь критикует тебя? 
Она всегда была очень строгой, критиковала меня постоянно. После мамы мне ничего не страшно: я такую критику выслушивала! «Волосы, прибитые к черепу. А нос длинный, волнистый, как пила. Тень от него лежит на губах. Что это за оператор такой тебя снимал?» Хоть стой, хоть падай, это о роли в фильме. Или: «В этом фильме, «Еще раз про любовь», видно, что Доронина работает на международных авиарейсах, что у нее есть деньги, что она посещает парикмахера. А твоя героиня — побирушка с висящей прядью поперек лба». Я говорю: мама, это же ужасно, когда такие букли, как будто бигуди только что вытащили. Но нет, мама видит, что у нее есть деньги, она ходит к парикмахеру! 

Тебя все это расстраивает, или ты относишься к этому с юмором? 
Теперь да, с юмором, конечно. Я думаю, моей маме можно иметь свою колонку в газете! 

Рената, а когда у тебя в школе была эта тотальная нестыковка с социумом, ты маме жаловалась? 
Никогда в жизни не жаловалась. Нет, ей и так было тяжело. Она воспитывала меня одна, никто ей не помогал. Она все пыталась подзаработать, дежурства и командировки брала, и я иногда ее сопровождала. Я к ней относилась щадяще и не заставляла ее на свой счет переживать. Все сама решала. 

И тебе не нужна была материнская ласка, внимание? 
Всем, знаете ли, нужна любовь и ласка. Но мама меня любила как могла. И не было у меня к ней претензий, как у теперешних детей, а только сочувствие и уважение. Более того, как только я получала стипендию, то отдавала ее маме. 

А она потом тебе хотя бы часть этих денег выделяла? 
Зачем? В школе я с ней жила и то ухитрялась подрабатывать. Первая съемка, в рекламе, у меня была в 9-м классе. Какие-то советские драгоценности мы рекламировали. Меня снимали на пруду в Ботаническом саду, увешанную золотыми цепями в пять рядов. Была я накрашена немыслимо. Мне заплатили тогда крупную сумму — 25 рублей, я гордо ехала в автобусе, грим, конечно, не смывала до самого вечера...

0

57

Рената Литвинова: «Житель мегаполиса ошибается, думая, что никто за ним не следит!»

Самая нежная и удивительная российская актриса рассказала «КП» об ангелах смерти, невозможности отдыха и патриотических мыслях о русском кино
Елена ЛАПТЕВА — 20.08.2011

Ее называют одной из самой загадочных женщин нашего кинематографа. Фраза дурацкая, шаблонная – но ведь и вправду Литвинова стоит совсем особняком от нашего «мейнстрима». Вот сняла новый фильм фактически в одиночку, на свои деньги. Хотя, казалось бы, все карты на руках – красивая, знаменитая, обаятельная женщина, которой достаточно улыбнуться, чтоб ей все дали…

Мы встретились на досъемках ее нового фильма - «Последняя сказка Риты». Буквально за два дня до ее отъезда с МХТ имени Чехова на гастроли в Пекин. Пока Ренату гримировали, я успела задать ей несколько вопросов.
Наш корреспондент встретился с актрисой на съемках нового фильма

«КИТАЙЦЫ ХОТЯТ ВЫБРАТЬ СИСТЕМУ СТАНИСЛАВСКОГО»

- Как в Китае воспримут наши спектакли? Их поймут?

- Как я поняла из встреч, это очень благодарный народ. Уже в Москве в преддверии гастролей китайская сторона устроила грандиозную пресс-конференцию – специально в МХТ приехали китайские журналисты, ведущие артисты из пекинских театров. Во всём этот народ хочет занять лучшие позиции, и в экономике, и в спорте, и в кино. Вот хотят сейчас они выбрать, как основополагающую в китайском театре, систему Станиславского. Уникальная нация, и недооценивать значение Китая – это недальновидно. Кроме того - огромный процент населения всего земного шара сконцентрирован в Китае.

- А после гастролей?

- Я вернусь из Пекина, и сразу за озвучание на Мосфильм – буду озвучивать свою роль в своём же фильме «Последняя сказка Риты». И, надеюсь, месяца через полтора уже закончу свою картину. Я сама не ожидала, что этот проект, снятый принципиально независимо, на свои деньги, как бескомпромиссный арт-фильм, заберёт почти два года моей жизни, принесёт грандиозный опыт. Вы представьте себе, что мы сделали ее практически вдвоем с Земфирой, как продюсеры (она отвечает за весь саундтрек и за музыку в этой картине). И конечно, мои соратники - актеры, художники – все работали над этой картиной за символическую плату. Я снимала ее за те деньги, которые я заработала в «масс маркете» (Рената выпустила свою линию одежды для женщин в сотрудничестве с питерской фирмой. – Ред.), пустила туда весь гонорар.

«ЕСЛИ СМЕРТЬ УВАЖАЕТ ЧЕЛОВЕКА, ПРЕДУПРЕДИТ ЕГО ЗАГОДЯ»

- Насколько важна для фильма музыка?

- Это всегда очень важно! В этом фильме будут совершенно гениальные песни и музыка Земфиры. Я говорю не только о своих впечатлениях, я говорю о впечатлениях людей, тех же звукооператоров, которые сейчас со мной начинают работу над картиной.

- У вас, кстати, весьма интересные героини подобрались…

- Таня Друбич, которая играла одну из главных ролей, волшебна совершенно. Ольга Кузина, театральная актриса, - замечательная, грандиозная. И Николай Хомерики, он вообще-то режиссер, но снимался как актер. Алиса Хазанова – интеллектуальная и умная… Сати Спивакова блеснула в яркой роли властной дамы - она такой энергетики актриса… Жалко, что Сати когда-то оставила актёрство.

- Друбич, говоря о своей героине, употребляет слово «потеря». А вы в других интервью про нее говорили - «ненависть».

- А в результате вышла очень трогательная, человеческая роль. В Тане есть такое удивительное присутствие на пленке. То, что ты можешь не воплотить в жизни, а именно на пленке идет какая-то таинственная энергия от нее, очень трогательная, которую я не могу сформулировать. Она внесла какую-то удивительную краску, и эта тайна, которая в ней есть, передалась на целлулоид. Да, она такая потерянная женщина, которая не может себя взять в руки, она не может помочь своей подруге, она такая спивающаяся… Ее разлюбил муж, она никого не любит. Такая женщина вне любви… Главная героиня, которую играет Кузина – она, наоборот, любит, и это именно та душа, которая очень нравится третьей героине, которую играю я, - такому мифологическому существу, которое притворяется человеком, а на самом деле - охотница за красивыми душами.

- Как это?

- Моя героиня – не человек, а некое мифологическое существо, втиснутое в оболочку человека и пытающееся вести себя, как люди. А на самом деле у неё задание – сопровождать в последний путь особую «красивую душу», которую они себе выбирают из людей… По жанру фильм - вроде как и сказка про современную жизнь, но я бы назвала её былью. Человек в огромном мегаполисе заблуждается, думая, что за ним никто не следит, не знает, какие добрые дела за ним числятся, а какое зло он совершил – словно он спрятан в массе таких же. Это не так. За всеми есть пригляд. И это не пригляд людей из спецслужб, таких же зачастую грешных и слабых, а неких сил, нематериальных существ. Вообще, если оглянуться, есть множество поверий и легенд о том, что если Смерть уважает человека, предупреждает его загодя, дня за три, что он скоро уйдет. Либо во сне придёт, либо в виде случайного незнакомца… У нас в кино именно такой современный миф о том, что к смерти не следует относиться трагически, но за всё будет ответ - «качественные души» ожидает новый уровень. И все твои мечты будут выполнены

- Практически в каждом вашем фильме особое внимание уделяется смерти.

- Я не принимаю это разделение на живых и мертвых, именно в таком трагическом смысле. Потому что мы все - будущие мертвые, а все мои любимые, которые ушли, для меня все равно остаются живыми. Профессор Бехтерева говорила о мистических моментах: как только ученый подходил к разгадке того, что время единомоментно (времени на самом деле не существует, как понятия, мы только в собственное утешение себе придумали часы и думаем, что так контролируем своё время), то его всегда резко останавливали трагические события именно в частной жизни, как будто бы учёных не пускали туда некие силы. Переходы из прошлого в будущее существуют, просто нас туда не пускают, - или пускают не всех. А вот здесь и сейчас параллельно идет будущее и параллельно идет прошлое.

«НИКАКОЙ ОСОБЕННОЙ ВНЕШНЕЙ КРАСОТЫ Я ЗА СОБОЙ НЕ ЧУЮ»

- С вами учился Иван Охлобыстин, который вам когда-то подарил свои стихи перед уходом в армию...

- Ваня учился со мной параллельно. Я была на сценарном факультете. Параллельно на режиссерском учился не только Иван; Федя Бондарчук, и еще Саша Баширов, который поступил, как я тогда считала, уже дяденькой. Мне казалось, такой пожилой мужчина! Но он как будто законсервировался и выглядит сейчас абсолютно точно таким же, нисколько не постарел. А среди однокурсников все постарели, а некоторые даже поумирали, а он все такой же, как двадцать лет назад.

- Про вас говорят то же самое.

- Нет, про меня говорят всякое…

- Это не лесть, вы на самом деле выглядите великолепно, безо всякой косметики (напоминаю, в процессе интервью Ренату гримируют, и сначала я видела ее лицо, какое есть).

- Мне как раз приписывают омолаживающие операции. Я уже не знаю, пройти смеха ради освидетельствование вот, например, с вами, Лена, что у меня нет шрамов за ушами… А вообще я вечно предъявляла к своей внешности претензии. Мне кажется, мне надо научиться быть довольной собой. Никакой особенной внешней красоты я за собой не чую, если только Эрнест (гример – Ред.) накрасит меня половчее. Мне кажется, что теория о том, что нужно постоянно заботиться о своей оболочке, изжила себя. Ну, не годится она мне. Я имею в виду эти вот фитнес-залы. Как придешь к какому-нибудь специалисту, он говорит: вас надо лечить, вам надо ходить на то, вам надо это. И получается, что если я захочу устаканить свою оболочку и сделать ее практически совершенной, я должна просто не вылезать с этих мест, фитнесов, массажей, SPA, голодательных каких-то санаториев. Тогда когда же я буду работать? Это практически вторая работа. Мне кажется, нужен какой-то баланс между твоей душой и оболочкой, Хотя бы книжки читать. 

- Мне кажется, вам-то как раз и не нужно ходить по фитнесам и прочим процедурам.

- Я считаю, что нужно физически себя напрягать обязательно. Нельзя лениться, нельзя обьедаться. Нужно иногда даже брать обеты молчания, уходить в себя, наконец – это я и самой себе советую. Но нельзя делать такие перекосы в сторону оболочки.

- Как удается вам находить время на отдых? Сейчас вы уезжаете в Пекин, где активно будете работать, потом фильм заканчивать…

- Наверное, отдохну как раз на спектаклях. Перемена декораций… Потом, в самолёте можно побыть без телефона, который я ненавижу и постоянно теряю или ломаю.

- А уехать куда-то? Чтобы просто полежать или побродить…

- Я уехала однажды – лучше б не уезжала. Мы отправились на отдых с дочерью, и у меня украли сумочку со всеми деньгами. Я стояла на площади, у меня было только 10 евро… В общем, отдохнула с огоньком. Зато я знаю там теперь всех карабинеров, даже собаку из их местного околотка знаю – она весь день спит. У карабинера-дежурного огромный начёс на голове, не хуже вечерней прически дамской. Там никого не грабят уже много лет, а обокрали именно меня. И грабителя не нашли, кстати.

«НА КАНАЛЕ "КУЛЬТУРА" БУДУ ПЕРЕБИРАТЬ ИСТОРИЧЕСКОЕ БЕЛЬЕ»

- У вас довольно специфическое амплуа. Сложно сейчас подобрать под него интересную роль? Предлагают ли вам режиссеры что-то, что вас бы саму заинтересовало?

- Предлагают. Но самое интересное, конечно, я предложу себе сама - сама напишу и сама сниму. Но все равно сейчас у нас проект запускается с Кирой Муратовой. У меня будет партнер - Маковецкий. В октябре мы снимаемся. Потом, запустился проект Рустама Хамдамова. Он столько лет не снимал, а сейчас снимает одну картину за другой - прямо «накопил зерно». Еще в начале следующего года, наконец, выйдет в прокат фильм «Волшебный кубок», где я играю ведьму. Это практически будет блокбастер – такие там масштабные декорации и много компьютерных спецэффектов.

- А расскажите подробнее про Маковецкого и фильм Муратовой.

- Мы с Сергеем давно хотели вместе сняться, он тонкий и не похожий ни на кого актер. Вот, наконец, в октябре в Одессе мы «соединимся», как говорится. Это такой камерный сюжет, только на мужчину и женщину. В картине еще будет сниматься Олег Павлович Табаков мой любимый, и интеллектуальная звезда советского кинематографа Алла Сергеевна Демидова. Она давно не снималась. Когда-то я убеждала Киру Муратову, что роль в «Настройщике» очень подходит именно этой актрисе. И сейчас Кира снова не забыла Демидову.

- Кого будете играть?

- Это будет фильм о пробах в кино на мужскую и женскую роль. Один и тот же текст говорят немолодая пара и пара средних лет…

А ещё на канале «Культура» скоро выйдет моя программа о моде. Это будет не развлекательного характера программа, а именно «культурная» - уже были съемки в архивах исторического белья в Париже, у коллекционеров, я брала интервью у знаменитых дизайнеров и историков моды. Это будет научно-исследовательская и очень амбициозная программа, которая будет давать экскурс и в прошлое, и в настоящее. У нас нет передачи достойной о моде. И это нехорошо. В такой огромной стране, где огромное количество красивых женщин, потребность узнать что-то о моде - абсолютно естественная. Когда ты удовлетворил свои первые инстинкты, ты стремишься к чему-то прекрасному – к искусству и к моде в частности.

- Мне кажется, вы наверняка, будь ваша воля, вообще весь наш шоу-бизнес переодели.

- У нас очень специфический шоу-бизнес, у меня нет никакого желания его переодевать. Практически 90% поют под фонограмму какой-то странный репертуар, и не понятно мне, какие же они музыканты? А если этого человека оставить с микрофоном, с живым звуком, что это будет? Они же профнепригодные, это не есть искусство.

- Неужели вам никто не нравится?

- Очень мало. Кто поет у нас живьем?

- Шевчук, кстати, мне говорил, что ему очень нравится Пенкин, как это ни удивительно.

- Наверное. Но я не являюсь поклонницей Пенкина. Хотя, конечно, уважаю Шевчука. Мне кажется, он и Земфира – люди, которые без всякой рекламы могут собрать «Олимпийский». А все остальные – не соберут, боюсь, без своего телевизора.

- Охлобыстин, с которым вы дружите, вот тоже планируете собрать большую площадку - Лужники…

- Я с Иваном снималась у Киры Муратовой в «Увлечениях» - именно я ей тогда посоветовала Ваню. Я считаю, что у него есть практически животный дар «присутствия в кадре». Видите, он все-таки вернулся в актёрство, так как это было наиболее сильной его стороной. Не знаю, как он это совмещает со своей церковной деятельностью.

- Если он снимается, то он не в церкви.

- Тем не менее, он пытается проповедовать. Но тогда нельзя осуждать. Он очень много осуждает. Я читала его цитаты... Я считаю, что это совершенно недопустимо для действующего или бывшего священнослужителя. Я, например, ненавижу сегрегацию и гомофобию, и не понимаю, как это может соединяться с тем, что Бог - это добро?

«МНОГИЕ МОЛОДЫЕ КИНЕМАТОГРАФИСТЫ ПРОФНЕПРИГОДНЫ!»

- Вы хорошо рисуете. Для «Богини» вы делали аниматорскую работу. Не было ли у вас мысли попробовать себя в этом жанре, скажем так, более широко?

- Попробовать именно как художницу? Все равно я и так и так работала, как художница на своей картине. Мне помогала дизайнер Катя, которая выполнила несколько уникальных платьев, но в основном всеми костюмами занималась я одна. У меня был очень скромный бюджет на костюмы к «Последней сказке Риты».

- Неужели невозможно было найти хотя бы каких-нибудь частных инвесторов в ваш фильм?

- Весь фильм я сняла за свои деньги, а сейчас на финальном этапе  мне дружескую помощь оказывают - «Вольво», и «Абрау-Дюрсо» именно на постпродакшен – на озвучание, перезапись и саунд-дизайн. Весь мой бюджет исчерпался на съемочный период. Иначе я бы, наверное, картину вынуждена была бы заранее продать, что тоже мне не хотелось. Потому что, конечно, не секрет: у нас очень трудно с кинопроизводством, у нас в принципе нет легких путей. У нас нет закона об отечественном кино, как во всем мире, где защищают свое, национальное. То есть, у нас в кинотеатрах нет такой квоты, когда кинотеатры обязаны ставить в репертуар необходимый процент отечественных картин. Это такая на самом деле драма для авторских картин.

- Эту ситуацию можно изменить?

- Да, нужно переписывать законы о кино. Нужно что-то делать. Даже какие-то независимые фонды. Кино не может работать вот так на ровном месте. То есть получается, что горстка сумасшедших производит какие-то артхаусные некоммерческие фильмы, есть несколько серьезных кинопродюсеров, но их только несколько на такую огромную страну! Кино – это же мощнейшая образовательная воспитательная машина. Не понимаю, почему это недооценено в нашем государстве.

- Вы такой получаетесь один в поле воин…

- Почему? У нас есть еще и Герман, и Сокуров, те же Звягинцев, Попогребский… Есть продюсеры, которые, слава богу, финансируют их картины, которые иногда выходят. Но они совершенно обречены оставаться внутри фестивального движения. Или быть показанными в «Закрытом показе» Первого канала, - что уже прорыв; эти картины хоть кто-то смотрит массово. А что нужно зрителю, что не нужно – решают именно прокатчики, директора кинотеатров , а их прежде интересует касса, а не патриотические мысли о русском кино. Но на самом деле зритель нуждается не только в блокбастерах. Когда я проезжала мимо Пушкинского музея, я ни разу не могла попасть на выставку Пикассо – там все время стояли гигантские очереди. Это неправда, что зрителю нужно только развлекательное! Но если мы не дадим свет русскому кино, оно никогда не разовьется в мощную индустрию. Никогда без помощи законов и государственных дотаций. И поэтому искусством в кино занимается пресловутая кучка безумцев. Как правило, на очень скромные деньги.

- И все же вы сделали фильм в одиночку.

- Все-таки продюсеров было двое - Земфира и я. В какой-то момент у меня было такое отчаянье - в период монтажа, когда я раскладывала материалы, пыталась склеить кадры, которые были сняты молодыми операторами и студентами ВГИКа. Многие из них были практически профнепригодные. У меня была настоящая драма - монтаж почти семь месяцев, пока я не рассталась с очередным «молодым » и не позвала опытного киношного монтажёра, которая когда-то училась у Калатозова. Дело в том, что распадается и операторская школа и нет профессиональных киномонтажеров – нарождаются только такие рекламные «кромсатели», которые не понимают, что такое длинный план и внутрикадровый монтаж.

- Вы могли бы попросить помощи у кого угодно в плане меценатства.

- Поймите, это же принципиальное решение. Не хотелось ни под кого ложиться ни в каком смысле! То есть хотелось, чтобы мое кино никаким образом не подвергалось никакой цензуре. Если идёт творческое безумие, я не хотела его лимитировать. Хотя бы один раз в жизни. И я, заплатив огромную цену за весь этот опыт, утверждаю, что была абсолютна творчески свободна.

- Вы готовы это повторить?

- Вот так, чтобы снимать на свои заработанные гонорары – уже нет. Опыт пройдет. Будет другая схема. Я понимаю, почему режиссеры занимают первые места по смертности - по-моему, режиссеры и шахтеры лидеры в плане опасных профессий. Ты зависишь от такого количества людей, человеческого фактора, обстоятельств, что иногда это бывает очень разрушительно. Ты зависишь от идиотов-монтажеров, непрофессиональных и неталантливых операторов, недобросовестных ассистентов, от погоды, плюс на тебе грандиозная ответственность за результат. За кино, которое ты снимаешь,ведя за собой съёмочную группу, актеров. Даже фотографию сделать красивую - это огромный труд, а кино это же как бы движущаяся фотография. Представляете,я должна передать им свою силу, мою одержимость снять свою картину вопреки всему. Напитать своей верой неверящих и - донести свой фильм до финальной точки.

увеличить

увеличить

+1

58

... Безумно интересно читать и слушать интервью с  любимой РЕНАТОЙ.  Мне кажется, было бы здорово издать целую книгу.составленную из ЕЁ подлинных интервью... У нас ,например " Исповедь четырёх",состоящая из бесед с музыкантами, мгновенно раскупилась из магазинов...   И  ещё :... Здорово,что РЕНАТА опять пересечется с Демидовой ,мощная энергетика Аллы Сергеевны придает особый шарм  обожаемой РЕНАТЕ...

0

59

СНОБ

Рената Литвинова продолжила отвечать на вопросы пользователей проекта "Сноб".
Рената Литвинова рассказала о будущих проектах.

ПОСЛЕДНЯЯ СКАЗКА РИТЫ
"Это сказка. У нас, у людей, существуют некие мифологические существа. Как в Древней Греции вот есть боги, так и среди нас существуют такие божественные субстанции, и даже мифологические, которые подделываются под людей. А героиня, мифологическое существо, начинает свой отчет, фильм начинается с отчета, что она попадает в портал… Причем она его очень долго не может найти в течение фильма, потому что, находясь в нашем прекрасном городе, она все время ищет адреса домов, которые снес наш бывший драгоценный мэр. И там все время у нее такое радио, она ходит с этим радио. Мы связались с Архнадзором и взяли у них кипу адресов, что снес мэр. И это радио объявляет, что портал по такому-то адресу по личному распоряжению правительства Москвы, города и лично мэра снесен. И такой-то дом по такому-то адресу разрушен".
"Как только я доделаю кино, а это будет через месяц, я смогу его показать и говорить о прокате".

ВОЛШЕБНЫЙ КУБОК РОРРИМА БО
"Должны выпустить на следующий год. А там какая-то колоссальная компьютерная графика. И его уже купили многие страны и континенты, но вот из-за компьютерной графики он до сих пор еще не вышел. Премьера его планируется на Новый год следующего года. Фильм будет называться Волшебный кубок Роррима Бо, и я лично его очень жду, и роль у меня там грандиозная, если не вырежут".

БУДУЩИЕ ПРОБЫ
Мне сказал Кирилл Серебренников, что есть идея поставить «Сансет-бульвар» с вами в главной роли.
"Да, приедет режиссер из Франции Мари-Луиза Бишоф-Берже, будет кастинг. Это совершенно грандиозная роль-мечта. Мне говорили, что я молодовата для этой роли, на что я отвечаю: это совершенно исправимо".

ПРОЕКТ НА ТВ
"Мы сейчас запускаем программу на канале «Культура». Это будет программа про моду. А начинаем мы с «Истории нижнего платья — красоты скрытого». Там будет именно история моды, не только последние новости с показов. Например, когда возник первый корсет и до наших дней".

КИНОПРОБЫ. ОДНОКУРСНИКИ
"А через несколько дней я улетаю к другой своей подруге Кире Муратовой сниматься в ее новом фильме, где кроме меня еще Сергей Маковецкий и Олег Табаков".

И ЕЩЕ ХАМДАМОВ...
"Хамдамов запустился с новым фильмом, сняли пробы, продюсер у него Андрей Кончаловский. Но Кончаловскому Госкино пообещало переводить деньги траншами, и он решил не вкладывать свои средства, а дождаться окончательного и бесповоротного транша, и закрыл Рустама до февраля. Я считаю, что это кошмар — начать, остановиться и снова ждать начала".

"ДЕВУШКА И СМЕРТЬ"
"В ноябре у меня съемки у Йоса Стеллинга. У него новый проект — история начала ХХ века. Я буду играть — страшно сказать — куртизанку. При этом режиссер долго думал, как бы меня изуродовать. Я говорю: «А зачем?» Он говорит: «Ну, зачем бы вы стали куртизанкой?» И они мне сделают на щеке шрам, у меня будут черные волосы. Я погоревала, но.."

Вместе с Ренатой в новом фильме Йоса Стеллинга снимется Сергей Маковецкий. В интервью КиноПоиску Стеллинг рассказал о своем проекте:
"Действие происходят в конце XIX века в одной гостинице. Это фильм о любви, о том, к чему человек стремится, но достигнуть не может. Там царит такая чеховская атмосфера, хотя «Девушка и смерть» не костюмная драма в привычном понимании. Просто эта эпоха сама по себе придает романтическое настроение. А еще состав персонажей интернациональный — здесь есть итальянцы, голландцы, русские, немцы, французы. Все они говорят на своих языках и не понимают друг друга. То есть в отличие от большинства моих картин здесь все же есть диалоги. Я долго думал, как бы сделать их лучше и в итоге придумал интересный ход. Фразы с очень прагматичного голландского перевел на русский и обратно на голландский. Получился совершенно новый язык. Например, вместо «Что ты здесь делаешь?» получилось "Какие ветра тебя занесли сюда?".

0

60

http://uploads.ru/t/I/X/W/IXWg4.jpg
http://uploads.ru/t/Z/M/D/ZMDws.jpg
http://uploads.ru/t/s/0/m/s0m8d.jpg

0